Эту историю я услышала совершенно случайно. Уже давно, и не помню, от кого. Не помню я и всех деталей. Поэтому, не претендуя на точность изложения, решила написать об этом по-своему.
Добавить в моё избранное
3 мин, 16 сек 13873
Ещё когда она только открывала дверцу машины, я почувствовал: что-то с ней не так. На меня повеяло холодом — но не снаружи, а изнутри. «Как из могилы» — подумал я, хотя, конечно, не верил в то, что покойники способны, выбравшись из могилы, разъезжать на такси. Вообще-то это была обычная пассажирка — женщина неопределённого возраста в тёмном пальто. Странным казалось разве то, что в руках у неё не было никакого багажа, даже крошечной дамской сумочки. Кошелёк, вероятно, лежал в одном из необъятных карманов пальто. Но это не моё дело — моё дело доставить её по назначению.
Она попросила отвезти её к кинотеатру «Ударник» и остановить напротив.
— «вы знаете, у моста».
— Знаю, возле «дома на набережной» — ответил я.
Сначала мне показалось, что она будет всю дорогу молчать. Обычно я сразу определяю, как пассажир поведёт себя в пути: станет молчать, словно воды в рот набрал, или, наоборот, всё время проговорит без умолку. Честно говоря, я не люблю ни молчунов, ни болтунов: первые вроде как презирают тебя, а вторые раздражают. Я больше люблю возить компании, чем одиночек: под них не надо подстраиваться.
Но с этой женщиной я ошибся. Она заговорила со мной, как только мы отъехали.
— Я еду к дочери. Она мне там назначила встречу.
— Вы с ней редко видитесь? — спросил я, чтобы только поддержать разговор.
— Последний раз я видела её два месяца назад.
— А что это она вам назначила такое странное место для встречи? Вы что, дома не можете встретиться? Или у вас какие-то нелады?
Спросил и пожалел: ну что я суюсь в их дела? Но она не рассердилась.
— Ну что вы, у нас прекрасные отношения. Мы с ней очень любим друг друга. Я ведь её одна растила…
— А семья у неё есть?
— Детей нет, она ещё молодая. А муж есть.
Может, у неё с зятем проблемы? Меня самого тёща недолюбливает.
Пассажирка между тем продолжала рассказывать мне о дочери.
— Она у меня красавица. В сентябре они с мужем были на юге — бархатный сезон. Прислали цветную фотографию — стоят вдвоём на фоне моря, оба такие довольные, загорелые… Да вот, взгляните, она у меня с собой.
Есть такие чудаки, любят первому встречному показывать снимки своих жён и детей. Но сейчас мне было интересно: чем-то эта незнакомка меня заинтриговала. Я посмотрел. Действительно, приятная пара. Только у девушки какая-то грусть, тревога в глазах.
— Очень красивая у вас дочка, — похвалил я вполне искренне.
— Они должны были вернуться тридцатого сентября вечером. Прислали телеграмму, что выезжают. И я поехала встречать…
Вдруг она встрепенулась и посмотрела в окно.
— Вот здесь, здесь остановите! Вон она стоит, видите?
Я глянул в ту сторону. И правда, мы уже доехали. Впереди, между двумя припаркованными машинами, я увидел размытый от дождя силуэт молодой женщины. Несмотря на холодную погоду, она была почему-то в одном платье. Хоть я и не видел её лица отчётливо, но сразу узнал девушку с фотографии.
— Она всегда так легко одевается? Ведь простудится! — заметил я.
— Она не простудится, — тихо произнесла женщина.
— Моя дочь умерла месяц назад. Тридцатого они должны были вернуться, а двадцать девятого после обеда она пошла купаться и утонула. Тела так и не нашли — море в тот день сильно штормило и её, видно, унесло через границу, к противоположному берегу.
— Но тогда… как же она назначила встречу?
— А мы с ней общаемся. Так же, как раньше по телефону. Только во сне. Каждую ночь. И вот сегодня ночью она пришла ко мне и сказала: «Мама, я жду тебя завтра в три часа дня у моста, напротив кинотеатра» Ударник«. Приходи». Сегодня ровно месяц, как она погибла… Ну, мне пора. Взгляните, она машет рукой, зовёт меня!
Я высунулся из окошка: девушка по-прежнему была там и действительно махала нам рукой.
Я остановил такси. Незнакомка расплатилась по счётчику, вышла и направилась к стоянке, где ждала её девушка, которую она считала своей дочерью. Через мгновение я услышал визг тормозов и в следующую секунду увидел на тротуаре неестественно распластавшуюся фигуру в тёмном пальто. Шофёр автомобиля, который её сбил, стал вылезать из машины. Я повернулся, чтобы поглядеть на девушку со стоянки, — но на том месте уже никого не было.
Она попросила отвезти её к кинотеатру «Ударник» и остановить напротив.
— «вы знаете, у моста».
— Знаю, возле «дома на набережной» — ответил я.
Сначала мне показалось, что она будет всю дорогу молчать. Обычно я сразу определяю, как пассажир поведёт себя в пути: станет молчать, словно воды в рот набрал, или, наоборот, всё время проговорит без умолку. Честно говоря, я не люблю ни молчунов, ни болтунов: первые вроде как презирают тебя, а вторые раздражают. Я больше люблю возить компании, чем одиночек: под них не надо подстраиваться.
Но с этой женщиной я ошибся. Она заговорила со мной, как только мы отъехали.
— Я еду к дочери. Она мне там назначила встречу.
— Вы с ней редко видитесь? — спросил я, чтобы только поддержать разговор.
— Последний раз я видела её два месяца назад.
— А что это она вам назначила такое странное место для встречи? Вы что, дома не можете встретиться? Или у вас какие-то нелады?
Спросил и пожалел: ну что я суюсь в их дела? Но она не рассердилась.
— Ну что вы, у нас прекрасные отношения. Мы с ней очень любим друг друга. Я ведь её одна растила…
— А семья у неё есть?
— Детей нет, она ещё молодая. А муж есть.
Может, у неё с зятем проблемы? Меня самого тёща недолюбливает.
Пассажирка между тем продолжала рассказывать мне о дочери.
— Она у меня красавица. В сентябре они с мужем были на юге — бархатный сезон. Прислали цветную фотографию — стоят вдвоём на фоне моря, оба такие довольные, загорелые… Да вот, взгляните, она у меня с собой.
Есть такие чудаки, любят первому встречному показывать снимки своих жён и детей. Но сейчас мне было интересно: чем-то эта незнакомка меня заинтриговала. Я посмотрел. Действительно, приятная пара. Только у девушки какая-то грусть, тревога в глазах.
— Очень красивая у вас дочка, — похвалил я вполне искренне.
— Они должны были вернуться тридцатого сентября вечером. Прислали телеграмму, что выезжают. И я поехала встречать…
Вдруг она встрепенулась и посмотрела в окно.
— Вот здесь, здесь остановите! Вон она стоит, видите?
Я глянул в ту сторону. И правда, мы уже доехали. Впереди, между двумя припаркованными машинами, я увидел размытый от дождя силуэт молодой женщины. Несмотря на холодную погоду, она была почему-то в одном платье. Хоть я и не видел её лица отчётливо, но сразу узнал девушку с фотографии.
— Она всегда так легко одевается? Ведь простудится! — заметил я.
— Она не простудится, — тихо произнесла женщина.
— Моя дочь умерла месяц назад. Тридцатого они должны были вернуться, а двадцать девятого после обеда она пошла купаться и утонула. Тела так и не нашли — море в тот день сильно штормило и её, видно, унесло через границу, к противоположному берегу.
— Но тогда… как же она назначила встречу?
— А мы с ней общаемся. Так же, как раньше по телефону. Только во сне. Каждую ночь. И вот сегодня ночью она пришла ко мне и сказала: «Мама, я жду тебя завтра в три часа дня у моста, напротив кинотеатра» Ударник«. Приходи». Сегодня ровно месяц, как она погибла… Ну, мне пора. Взгляните, она машет рукой, зовёт меня!
Я высунулся из окошка: девушка по-прежнему была там и действительно махала нам рукой.
Я остановил такси. Незнакомка расплатилась по счётчику, вышла и направилась к стоянке, где ждала её девушка, которую она считала своей дочерью. Через мгновение я услышал визг тормозов и в следующую секунду увидел на тротуаре неестественно распластавшуюся фигуру в тёмном пальто. Шофёр автомобиля, который её сбил, стал вылезать из машины. Я повернулся, чтобы поглядеть на девушку со стоянки, — но на том месте уже никого не было.
