Каждое существо имеет своё значение в сложной цепи взаимодействия организмов. Даже крохотная пушинка, гонимая прочь порывом ветра играет огромную роль в чёрной бездне космоса. Каждый шаг, каждый вздох… Всё взаимозаменяемо. Нет добра и зла. Нет чёрного, белого. Есть только любовь. Я люблю… Я изучал этот феномен, слово, знамение очень долго, чтобы донести её истинный смысл до вас.
Добавить в моё избранное
3 мин, 12 сек 12278
В первый раз, когда я понял, что жизнь не имеет смысла и все краски мира стали блекнуть, было лето. Я сидел, обняв руками свои колени в углу возле шкафа и ни о чём не думал. За окном шёл дождь, и капли, стукавшиеся о подоконник били маленькими молоточками по пыльным уголкам моего сознания. Я не выходил из дома уже месяц, может быть больше. Почти ничего не ел, мало спал… Именно в такие моменты все чувства организма обостряются и вещи, доселе скрытые от посторонних глаз становятся ощутимы. Например странные шорохи под кроватью и в шкафу, словно крошечные пальчики скребутся, в надежде донести до внешнего мира свои переживания и чувства. Детские голоса, шепчущие что-то при включении света на кухне. Томные вздохи в ванной… Я ненавидел этот мир и всех их. Я думал, что больше не смогу переносить их шума, их взглядов, их вони… Но ПАРА научила меня.
Не помню, когда я в первый раз ЕЁ увидел. Лишь помню, что из тревожного полусна меня вырвал звонок в дверь. Я встал с пола и посмотрел на часы. Половина третьего ночи. Дождь шёл четвёртый день и назойливые молоточки играли вальс… Еле поднявшись я медленно, пошатываясь шёл к двери сквозь свалку, созданную моим воображением из бытовой техники и старой мебели. Переступая ногами через пыльные ящики, с торчащей из них одеждой, сломанные стулья, разбитое зеркало, я, казалось, всё ещё дремал. Как во сне я подошёл к двери и посмотрел в глазок.
Лампочка в подъезде мерцала, то затухая, то вновь загораясь ярким, пульсирующим светом, заставляющим отбрасывать предметы длинные тени. И увидел я ПАРУ. Неизменна она. Тот, что выше всегда в чёрном пиджаке с грязной красной розой в кармане и так же чёрной кофте с капюшоном, закрывающим половину мёртвенно бледного лица. Красные губы, всегда сложенные в грустную улыбку, не могут скрыть металлическую пластину с колючей проволокой, рассекающую рот аккурат посередине. Чёрные брюки и остроносые старомодные туфли. Руки в чёрных перчатках всегда держат поводок. На нём тот, что пониже. Обычно его плохо видно в мерцающем свете, но он похож одновременно на волка и на кролика, хотя стоит обычно на двух лапах. Чёрная шерсть и стоячие ушки, и ошейник из колючей проволоки.
ПАРА всегда молчит, но я без слов понимаю о чём ОНА просит. Каждый раз после ЕЁ прихода я усваивал новый урок. ПАРА учит ломать шкаф и заколачивать окна. Учит не включать свет и любые электрические приборы. Учит любить… Не могу сказать точно сколько раз я ЕЁ видел. Обычно после встречи я снова возвращался к своему углу и засыпал. Иногда ОНА мне снилась. Вроде бы мы играли в мячик на фоне молодой зелёной травы, которой было так много, что иногда казалось будто бы мы на морском дне. Лишь небо было тёмно-красным… Я учился любить постепенно. Шаг за шагом. Как младенец. Ножницы и старые клещи диктовали законы моему телу. Кахдый день я выводил на себе новый узор. Ванна в которой я рисовал поменяла свой цвет. Мне никогда не нравился белый… Узоры всегда советовала ПАРА. Я учусь…
Затем одежда. Изолента… Я обматывал своё тело день за днём. Ноги, руки, голову. А снаружи булавки навсегда закрепили костюм с моей плотью.
Я разбил телефон и телевизор и соорудил из хлама фигурки. Фигурки людей, которых я люблю. Я выбросил из дома все свечи, потому что мне вдруг стал ненавистен запах парафина. ПАРА говорила о любви, а я слушал. В комнате, ставшей похожей на склеп я сижу натачиваю свой большой острый предмет, которым я рубил крупные куски мяса до того как узнал о чувствах.
В последний раз я видел ПАРУ недавно. Всё хорошо. Я почти готов к любви. Почти готов… Скоро я смогу выйти в мир и показать любовь остальным людям. Я очень волнуюсь, но уверен, что всё будет хорошо. ПАРА научила, что лучше любить, чем ненавидеть… И я уверен, что полюблю этот мир, полюблю их, полюблю их взгляды и полюблю их вонь… Я уверен, что полюблю их тёмно-красных ангелов… Я уверен в этом…
Не помню, когда я в первый раз ЕЁ увидел. Лишь помню, что из тревожного полусна меня вырвал звонок в дверь. Я встал с пола и посмотрел на часы. Половина третьего ночи. Дождь шёл четвёртый день и назойливые молоточки играли вальс… Еле поднявшись я медленно, пошатываясь шёл к двери сквозь свалку, созданную моим воображением из бытовой техники и старой мебели. Переступая ногами через пыльные ящики, с торчащей из них одеждой, сломанные стулья, разбитое зеркало, я, казалось, всё ещё дремал. Как во сне я подошёл к двери и посмотрел в глазок.
Лампочка в подъезде мерцала, то затухая, то вновь загораясь ярким, пульсирующим светом, заставляющим отбрасывать предметы длинные тени. И увидел я ПАРУ. Неизменна она. Тот, что выше всегда в чёрном пиджаке с грязной красной розой в кармане и так же чёрной кофте с капюшоном, закрывающим половину мёртвенно бледного лица. Красные губы, всегда сложенные в грустную улыбку, не могут скрыть металлическую пластину с колючей проволокой, рассекающую рот аккурат посередине. Чёрные брюки и остроносые старомодные туфли. Руки в чёрных перчатках всегда держат поводок. На нём тот, что пониже. Обычно его плохо видно в мерцающем свете, но он похож одновременно на волка и на кролика, хотя стоит обычно на двух лапах. Чёрная шерсть и стоячие ушки, и ошейник из колючей проволоки.
ПАРА всегда молчит, но я без слов понимаю о чём ОНА просит. Каждый раз после ЕЁ прихода я усваивал новый урок. ПАРА учит ломать шкаф и заколачивать окна. Учит не включать свет и любые электрические приборы. Учит любить… Не могу сказать точно сколько раз я ЕЁ видел. Обычно после встречи я снова возвращался к своему углу и засыпал. Иногда ОНА мне снилась. Вроде бы мы играли в мячик на фоне молодой зелёной травы, которой было так много, что иногда казалось будто бы мы на морском дне. Лишь небо было тёмно-красным… Я учился любить постепенно. Шаг за шагом. Как младенец. Ножницы и старые клещи диктовали законы моему телу. Кахдый день я выводил на себе новый узор. Ванна в которой я рисовал поменяла свой цвет. Мне никогда не нравился белый… Узоры всегда советовала ПАРА. Я учусь…
Затем одежда. Изолента… Я обматывал своё тело день за днём. Ноги, руки, голову. А снаружи булавки навсегда закрепили костюм с моей плотью.
Я разбил телефон и телевизор и соорудил из хлама фигурки. Фигурки людей, которых я люблю. Я выбросил из дома все свечи, потому что мне вдруг стал ненавистен запах парафина. ПАРА говорила о любви, а я слушал. В комнате, ставшей похожей на склеп я сижу натачиваю свой большой острый предмет, которым я рубил крупные куски мяса до того как узнал о чувствах.
В последний раз я видел ПАРУ недавно. Всё хорошо. Я почти готов к любви. Почти готов… Скоро я смогу выйти в мир и показать любовь остальным людям. Я очень волнуюсь, но уверен, что всё будет хорошо. ПАРА научила, что лучше любить, чем ненавидеть… И я уверен, что полюблю этот мир, полюблю их, полюблю их взгляды и полюблю их вонь… Я уверен, что полюблю их тёмно-красных ангелов… Я уверен в этом…
