В нашем нью-йоркском квартале живет бомж-негр. Раньше он клянчил мелочь, а теперь принялся рисовать. Пошел в пункт металлолома, спер старые банки из-под краски, там еще кое-что оставалось. Бог его знает, откуда он достал кисточку. Но потом он начал рисовать на всяком попавшемся под руку хламе — картонках, бумаге, любой плоской поверхности. И у него при этом на удивление здорово получалось. Он рисовал пейзажи, разные места нашего района, собак, всякую прикольную фантастику… Да, среди бомжей этот парень был настоящим Микельанджело.
Добавить в моё избранное
1 мин, 43 сек 7423
Продавал он свои творения за 50 центов или за доллар. На эти деньги покупал бухло и напивался до потери пульса. Ничего не скажешь — настоящий художник.
Затем он стал писать портреты. Почему-то они никому не нравились. Я как-то раз говорил об этом с соседкой, у ей от этого разговора было совсем не по себе. Она заказала у него портрет и, как она утверждала, он совсем не был на нее похож у вызывал у нее омерзение.
Я попросил показать портрет. Он был изумителен, невероятно правдоподобен. Когда я сказал это вслух, она влепила мне затрещину и велела проваливать из ее дома. Больше она со мной не разговаривала. Но я все равно был так поражен картиной, что попросил бомжа написать мой портрет. Он сказал, что это обойдется в два бакса; я заплатил авансом, и он велел прийти за готовым портретом на следующий день. И вот я пришел в то место, где он обычно ошивался, дрожа от нетерпения, но бомжа там не было. Я здорово разозлился и подумал, что он надул меня. Но потом я увидел, что к стене здания прислонена завернутая картина, а на обертке написано мое имя и прикреплена записка. Она состояла из одного слова: «Удачи».Я сорвал обертку и ужаснулся. Мое лицо было изуродовано. Исковеркано. Болезненно искажено так, что сразу заболели глаза. На портрете я был совершенно точно изображен при смерти, если не уже мертвым. Мое тело пожирали вороны и черви. Я не услышал, как сзади подошел один из соседей и сказал: «О, классный портрет. Надо будет и себе такой заказать».
Он произнес это как будто мимоходом и пошел своей дорогой, но я успел на него взглянуть. Его тело было деформированным и уродливым. Он шел какой-то искривленной походкой, а за ним шлейфом тянулись черви и вороны, пожиравшие его тело. Я огляделся — все, что меня окружало, и люди, и дома, и предметы — все выглядело так, как на картине. От того, что я вижу, у меня постоянно болят и слезятся глаза.
Все безобразно и омерзительно. И все говорят, какой у меня прекрасный портрет. Как я ни пытаюсь, никак не могу отговорить их заказать такой же.
Затем он стал писать портреты. Почему-то они никому не нравились. Я как-то раз говорил об этом с соседкой, у ей от этого разговора было совсем не по себе. Она заказала у него портрет и, как она утверждала, он совсем не был на нее похож у вызывал у нее омерзение.
Я попросил показать портрет. Он был изумителен, невероятно правдоподобен. Когда я сказал это вслух, она влепила мне затрещину и велела проваливать из ее дома. Больше она со мной не разговаривала. Но я все равно был так поражен картиной, что попросил бомжа написать мой портрет. Он сказал, что это обойдется в два бакса; я заплатил авансом, и он велел прийти за готовым портретом на следующий день. И вот я пришел в то место, где он обычно ошивался, дрожа от нетерпения, но бомжа там не было. Я здорово разозлился и подумал, что он надул меня. Но потом я увидел, что к стене здания прислонена завернутая картина, а на обертке написано мое имя и прикреплена записка. Она состояла из одного слова: «Удачи».Я сорвал обертку и ужаснулся. Мое лицо было изуродовано. Исковеркано. Болезненно искажено так, что сразу заболели глаза. На портрете я был совершенно точно изображен при смерти, если не уже мертвым. Мое тело пожирали вороны и черви. Я не услышал, как сзади подошел один из соседей и сказал: «О, классный портрет. Надо будет и себе такой заказать».
Он произнес это как будто мимоходом и пошел своей дорогой, но я успел на него взглянуть. Его тело было деформированным и уродливым. Он шел какой-то искривленной походкой, а за ним шлейфом тянулись черви и вороны, пожиравшие его тело. Я огляделся — все, что меня окружало, и люди, и дома, и предметы — все выглядело так, как на картине. От того, что я вижу, у меня постоянно болят и слезятся глаза.
Все безобразно и омерзительно. И все говорят, какой у меня прекрасный портрет. Как я ни пытаюсь, никак не могу отговорить их заказать такой же.
