Зашумит лес зелёной листвой…
0 мин, 38 сек 19195
Зашумит лес зелёной листвой.
Тайну спрячет июльская ночь.
Ворожбу юной нимфы речной,
Ведь стихии своей она дочь.
Юный Пан — Бог лесов и лугов,
Безобразен, по-детски упрям.
Надоест ему вид берегов,
Устремит взор к лазурным ручьям.
Одурманит Сиринга красой,
Поступь легкая, стройный стан.
Обернётся та встреча бедой,
Он как ветер в лугах хулиган.
Подойти к ней попробует Пан,
Лишь презренье от нимфы в ответ.
Он в любви попасть жаждет капкан,
И сгореть, словно алый рассвет.
Прокричит в тишь ночную она:
«Артемида, спаси меня!»
Поменяются неба тона,
Станет ночью светлее дня.
От светящихся тонких столбов,
Превратится Сиринга в куст.
С нежным цветом лиловых цветов,
И раздастся негромкий хруст.
А за утром наступит день,
Уходя тихо в зеркало вод.
Опьянит ароматом сирень,
Как же сладок запретный плод…
Тайну спрячет июльская ночь.
Ворожбу юной нимфы речной,
Ведь стихии своей она дочь.
Юный Пан — Бог лесов и лугов,
Безобразен, по-детски упрям.
Надоест ему вид берегов,
Устремит взор к лазурным ручьям.
Одурманит Сиринга красой,
Поступь легкая, стройный стан.
Обернётся та встреча бедой,
Он как ветер в лугах хулиган.
Подойти к ней попробует Пан,
Лишь презренье от нимфы в ответ.
Он в любви попасть жаждет капкан,
И сгореть, словно алый рассвет.
Прокричит в тишь ночную она:
«Артемида, спаси меня!»
Поменяются неба тона,
Станет ночью светлее дня.
От светящихся тонких столбов,
Превратится Сиринга в куст.
С нежным цветом лиловых цветов,
И раздастся негромкий хруст.
А за утром наступит день,
Уходя тихо в зеркало вод.
Опьянит ароматом сирень,
Как же сладок запретный плод…