Западнославянские прибалтийские племена (венды), расселившиеся между Эльбой (Лаба), Одером (Одра) и Вислой, достигли высокого развития к IX-Х векам нашей эры, построив на острове Ране (Рюген) священный город храмов Аркону, который выполнял для всех прибалтийских славян роль славянской Мекки и Дельфийского Оракула. Славянское племя ранов сформировало в своей среде жреческую касту (наподобие индийских браминов или вавилонских халдеев) и ни один серьезный военно-политический вопрос не решался другими славянскими племенами без совета с ранами. Раны (руаны) владели рунической письменностью вендской традиции, графика которой заметно отличалась от известных старших и младших рун (вероятно и сам термин раны произошел от славянского ранить, то есть вырезать руны на деревянных дощечках).
Добавить в моё избранноеК сожалению, литературные источники не дают однозначного ответа по методике этого гадания: по одним — конь всю ночь перед гаданием находится в храме, по другим — жрец (или сам Святовит) всю ночь скачет на нем верхом.
Арконский храм сделался главным святилищем славянского Поморья, средоточием славянского язычества. По общему убеждению балтийских славян, арконский бог давал самые знаменитые победы, самые точные прорицания. Поэтому для жертвоприношений и для гадания сюда стекались славяне со всех сторон Поморья. Отовсюду доставлялись ему дары по обетам не только частных лиц, но и целых племен. Каждое племя посылало ему ежегодную дань на жертвы. У храма были обширные поместья, дававшие ему доход, в пользу его собирались пошлины с купцов, торговавших в Арконе, с промышленников, ловивших сельдей.
у острова Рюген. Ему приносилась третья часть военной добычи, все драгоценности, золото, серебро и жемчуг, добытые на войне. Поэтому в храме стояли сундуки, наполненные драгоценностями. При храме находилась постоянная дружина в 300 витязей на белых боевых конях, оснащенная тяжелым рыцарским вооружением. Эта дружина участвовала походах, изымая в пользу храма треть добычи.
Феномен арконского храма напоминает Дельфийский оракул у греков. Аналогия идет и дальше: как в Дельфы посылали дары и обращались за предсказаниями иноплеменники, так и в арконский храм посылали дары властители соседних народов. Например, датский король Свен пожертвовал храму золотую чашу.
Почтение, которое питали племена балтийских славян к арконской святыне, невольно переносилось и на ранов, которые так близко стояли к этой святыне.
Адам Бременский писал, что у балтийских славян закон: в делах общих ничего не решать и не предпринимать наперекор мнению ранского народа, до такой степени боялись ранов за связь их с богами.
Святилища, подобные Арконскому, существовали также в Щетине, где стоял идол Триглава, в Волегоще, где стоял идол Яровита и в других городах. Святилище Триглава находилось на самом высоком из трех холмов, на которых располагался город Щетин. Стены святилища изнутри и снаружи были покрыты цветною резьбою с изображением людей и животных. Статуя бога трехглавая была убрана золотом. Жрецы утверждали, что три главы — символ власти бога над тремя царствами — небом, землею и пеклом. В храме складывалось оружие, добытое в войнах, и предписанная законом десятая часть добычи, взятой в битвах на море и на суше. Там же хранились золотые и серебряные чаши, которые выносились лишь в праздничные дни, из которых пили и гадали вельможи и знатные люди, позолоченные и украшенные дорогими камнями рога, мечи, ножи и разные предметы культа.
