Меня зовут Александр. Мне 26. В детстве мне поставили страшный диагноз аутизм и очень редкое отклонение психики, при котором у человека, напрочь, отсутствуют эмоции.
Добавить в моё избранное
2 мин, 35 сек 19449
И поэтому у меня не было друзей и единственной вещью, через которую я изучал мир был телевизор. Мои родители делали все, чтобы вылечить меня. Куда мы не ездили за этими «высокооплачиваемыми» психотерапевтами, все как один разводившие руками. Мы были в Казахстане, Германии и Японии. И я хотел бы рассказать про то, что изменило мою жизнь.
Это началось два года назад в Токио. Я со своими родителями приехал за очередным человеком, который мог мне помочь. Мы поселились в одном отеле на окраине города. Наступил вечер, я спал (точнее пытался заснуть) в комнате с большим окном, через которую я мог наблюдать панораму всего Токио. Я видел огромный туман, мерцающий тысячами огоньков этого города. Да, я помню, один доктор говорил мне, что когда я смотрю на что-нибудь, я должен пытаться соотнести к этому слово (мол, для тренировки). Я выключил свет и долго думал, наблюдая за огоньками небоскребов и нашел только одно слово:
— Красиво.
— И в правду — красиво.
Ответило мне пустота из темного угла.
— Кто здесь?
Вдруг, из темного угла ко мне подошла бледная девушка в сером платье, с длинными, черными волосами почти закрывавшее ее лицо. Я видел по телевизору девушек похожих на нее и они всегда убивали простых людей.
— Ты хочешь меня убить?
— Пока, нет.
— Как тебя зовут?
— Маэми.
И так в тишине мы сидели минуты две.
— А тебя как зовут?
— Александр, но родители называют Саша.
— Тебе страшно?
Услышал я из-под черных волос, закрывавшее её лицо.
— Нет.
— Не ври.
И она приподняла голову. Её лицо было морщистое, бледное, из её глаз сочилась кровь, а челюсть вместе с мясом висела на уровне горла, она издала истошный крик и поползла обратно в угол.
Я закрыл окно и лег спать.
Наутро мы поехали к психотерапевту. Опять эти тесты и анализы, я мог бы сказать, что они были «скучные» но я ничего такого не чувствовал. Я вообще ничего не чувствовал.
Снова вечер. После того как я выключил свет, я сел на пол и стал вглядываться в тот угол. Через минуту я увидел проблески глаз, они сияли синим цветом.
— Привет.
Она как и в прошлый раз подошла ко мне и села рядом.
— Почему ты не испугался меня?
— Это была не ты.
— Что?
— Если бы это была ты, то не могла бы со мной разговаривать с такой челюстью…
— (смех).
— И я думаю ты притворилась это была не ты.
— Какой глупый…
— Я знаю мне многие так говорят.
— И ты злишься на них?
— Нет.
— Почему?
— Я не умею злиться, но видел по телевизору как это делается.
— Не умеешь? Ты наверное очень добрый?
— Нет, доктор говорит я не умею чувствовать.
— Значит, это правда?
Она подняла голову. Лунный свет осветил её лицо.
Она посмотрела на меня своими большими, полностью черными с синими зрачками глазами и спросила:
— Ты не боишься меня?
— Нет.
И так мы долго просидели молча, смотря друг на друга. Смотрел на нее. Смотрел. И вдруг, что-то случилось. Мне показалось, что внутри меня что-то надувается и если я сейчас ничего не скажу я лопну. Мне срочно нужно было сказать ей что-то, потому что я «почувствовал» хоть и смутно, но все же…
Единственное, что я мог из себя выдавить это:
— Ты. Очень. Красивая. Маэми…
Она улыбнулась…
И я тоже…
Это началось два года назад в Токио. Я со своими родителями приехал за очередным человеком, который мог мне помочь. Мы поселились в одном отеле на окраине города. Наступил вечер, я спал (точнее пытался заснуть) в комнате с большим окном, через которую я мог наблюдать панораму всего Токио. Я видел огромный туман, мерцающий тысячами огоньков этого города. Да, я помню, один доктор говорил мне, что когда я смотрю на что-нибудь, я должен пытаться соотнести к этому слово (мол, для тренировки). Я выключил свет и долго думал, наблюдая за огоньками небоскребов и нашел только одно слово:
— Красиво.
— И в правду — красиво.
Ответило мне пустота из темного угла.
— Кто здесь?
Вдруг, из темного угла ко мне подошла бледная девушка в сером платье, с длинными, черными волосами почти закрывавшее ее лицо. Я видел по телевизору девушек похожих на нее и они всегда убивали простых людей.
— Ты хочешь меня убить?
— Пока, нет.
— Как тебя зовут?
— Маэми.
И так в тишине мы сидели минуты две.
— А тебя как зовут?
— Александр, но родители называют Саша.
— Тебе страшно?
Услышал я из-под черных волос, закрывавшее её лицо.
— Нет.
— Не ври.
И она приподняла голову. Её лицо было морщистое, бледное, из её глаз сочилась кровь, а челюсть вместе с мясом висела на уровне горла, она издала истошный крик и поползла обратно в угол.
Я закрыл окно и лег спать.
Наутро мы поехали к психотерапевту. Опять эти тесты и анализы, я мог бы сказать, что они были «скучные» но я ничего такого не чувствовал. Я вообще ничего не чувствовал.
Снова вечер. После того как я выключил свет, я сел на пол и стал вглядываться в тот угол. Через минуту я увидел проблески глаз, они сияли синим цветом.
— Привет.
Она как и в прошлый раз подошла ко мне и села рядом.
— Почему ты не испугался меня?
— Это была не ты.
— Что?
— Если бы это была ты, то не могла бы со мной разговаривать с такой челюстью…
— (смех).
— И я думаю ты притворилась это была не ты.
— Какой глупый…
— Я знаю мне многие так говорят.
— И ты злишься на них?
— Нет.
— Почему?
— Я не умею злиться, но видел по телевизору как это делается.
— Не умеешь? Ты наверное очень добрый?
— Нет, доктор говорит я не умею чувствовать.
— Значит, это правда?
Она подняла голову. Лунный свет осветил её лицо.
Она посмотрела на меня своими большими, полностью черными с синими зрачками глазами и спросила:
— Ты не боишься меня?
— Нет.
И так мы долго просидели молча, смотря друг на друга. Смотрел на нее. Смотрел. И вдруг, что-то случилось. Мне показалось, что внутри меня что-то надувается и если я сейчас ничего не скажу я лопну. Мне срочно нужно было сказать ей что-то, потому что я «почувствовал» хоть и смутно, но все же…
Единственное, что я мог из себя выдавить это:
— Ты. Очень. Красивая. Маэми…
Она улыбнулась…
И я тоже…
