История одной королевы

Все равно всегда одно и то же: «это великая честь для нас» и все в таком духе. Но она то знает, что о ней говорят в народе. Ее тошнит от этих лицемеров, но это все же лучше, чем сидеть в тронном зале с Его Древнейшеством и терпеть всю ту похабщину, что он несет изо дня в день. Она ушла в воспоминания, как это часто с ней бывает, когда она едет сквозь однообразный лес. Все шло как всегда, однако пейзаж чем-то смущал уже немолодую королеву. Она вспомнила имена почти всех своих фаворитов, вроде даже вспомнила, кто из них пока жив, однако это не привело к сладкой дреме, как это обычно бывало на ухабистой дороге. Только тут она поняла, что было не так — дорога была идеально ровная, деревья и кусты не мельтешили в глазах, а проплывали, как опавшие листья на реке. Все было мирно и спокойно, как то затишье перед штормом. Карета плавно тормозит посреди леса, как всегда ей открыл дверь и подал руку кучер, и, только выйдя из кареты и осмотревшись, королева замечает потрясающий замок, сплошь поросший плющом, но не простым, а фиолетовым. Она не может отвести взгляд от сего великолепия, все листы были одинаковы и как будто уложены в идеальное покрывало, понятно, почему она не сразу заметила молодого человека, стоявшего рядом с ней.

— Удивительное место, не находите, Ваше Величество? — королева от неожиданности вздрогнула. Будем откровенны, только высокий статус не позволил ей подскочить и завизжать.

— Определенно. Граф Проп, я полагаю?

— Прошу, называйте меня Вуд, граф Проп — мой покойный отец. И хоть после его смерти я унаследовал его титул, мне до сих пор слишком непривычно отзываться на такое обращение.

И только сейчас королева начала потихоньку вспоминать о цели своего визита. Покойный граф Проп был родственником ее благоверного, не достаточно близким, чтобы король лично привез свою драгоценную задницу, но и не достаточно далеким, чтобы отправить гонца, поэтому королева приехала выказать свое уважение этому человеку. Она отметила, что Граф Проп теперешний, он же Вуд, был невероятно хорош собой и завораживал не хуже покрытия своего замка. Он в меру высок и подтянут. Длинные темно-каштановые волосы были скреплены в низкий хвост аккуратной желтой лентой и обрамляли слегка вытянутое лицо. Улыбка играла на его губах, глаза, как два пронзительных изумруда, немного заостренный подбородок и невероятно изящные скулы. Вуд был облачен в, казалось, только что сшитый фиолетовый камзол, под камзолом виднелась ослепительно белая рубаха и единственное, что портило идеальный внешний вид молодого наследника — шрам от ожога смутно знакомой формы. Что-то в этом красавце тронуло сердце уже давно не юной королевы, и она нацепила одну из самых своих обворожительных улыбок. Сославшись на жару, королева сняла шаль и открыла взору юноши свои формы во всей красе черного платья.

— Вы вероятно устали в дороге, пройдемте в столовую, уже должны были подать обед.

— Спасибо, Вы весьма великодушны.

Всю дорогу королева слушала историю невероятного замка прямо из уст прелестного хозяина. Обед действительно уже был на столе. К середине трапезы королева уже смеялась, как будто компанию ей составлял не очаровательный граф, а ее фрейлины. Его речь была искусна: в ней переплетались и изысканные комплименты, и свежие сплетни, а так же чарующие истории. Вуд покорил королеву полностью. После вполне сносной еды он предложил прогуляться по лесу, который заменял в этом странном месте сады и парки. Конечно, она согласилась. Ей казалось, что она уже не сможет отказать этому наследничку.

— Ваше Величество, простите меня за дерзость, но как такая очаровательная леди могла попасть в лапы нашего короля?

— О, Вуд, вам не кажется, что Вы уже выпили достаточно вина? Во дворце Вам бы уже успели отрезать язык и скормить Вам же.

— Но я действительно недоумеваю. Вы умны, хороши собой, даже больше чем просто хороши… Ваш визит, пожалуй, лучшее, что со мной случалось.

— Попался! — промелькнула мысль у королевы.

— Ах, это история печальна и полна дешёвых политических игр старых маразматиков, вроде моего отца и мужа. Я была юна и наивна, он был богат и не скуп. Первое время этого мне хватало, чтобы потакать воле отца, а потом уже было поздно идти на попятную. Теперь приходится прятаться по углам со всякими ради хотя бы отголоска любви и заботы, — королева начала тихо плакать. Ей было жаль своей юности и всех погубленных юношей.

Вуд подошел к ней вплотную, пальцем снял одну из последних слезинок и слизнул ее. Это насторожило королеву. Она подняла голову и не увидела за его плечами замка, хотя они не отошли и нескольких дюжин шагов от него. Королеву начала бить мелкая дрожь, у графа Пропа не было сына, и он был вполне жив, хоть и стар, когда она выезжала сегодня из замка.

— Кто вы? — она попыталась отстраниться от него, но все попытки были тщетны, она просто не могла сдвинуться с места. Ее ноги как будто приклеились к этому фиолетовому мху.