Мне снова приснился кошмар. Нет, кого я обманываю. «Это» было куда хуже, чем обычный, рядовой кошмарный сон, после которого резко вскакиваешь в постели, ощущаешь еще какие-то мгновения нестерпимый ужас, но довольно быстро тебя накрывает блаженной волной облегчения — приходит осмысление нереальности пережитого. В моем случае ужас не проходит, даже не знаю, почему. Отчего-то чувствую, что тот кошмар нечто большее, чем просто страшный сон. Я не помню деталей. Да я вообще ничего не помню. Кроме одного момента — жуткого, протяжного, нечеловеческого крика. Он врезался мне в память и уже, вероятно, не сотрется оттуда никогда.
Добавить в моё избранное
11 мин, 57 сек 6443
Посмотрел на друзей — те улыбались и подгоняли меня, мол только тебя и ждем. Вновь дежавю. Мне это все не нравилось.
К обеду вышли на широкую просеку с электрическими столбами.
— Народ, поворачиваем направо, — возвестил Толик.
— А разве нам не прямо надо? — я прекрасно помнил маршрут.
— Неверово же там.
— А мы не пойдем в Неверово, — Дима повернулся ко мне.
— Серега встретит нас у Громовки. Разве тебе Александра не сказала?
— Действительно, — вставил Толик.
— Забыла, — покраснела Сашка.
Я нервно сглотнул. Все их слова казались наигранными. Сашка никогда бы не забыла сообщить мне об изменении маршрута. Настоящая Сашка…
Я колебался. Что-то внутри меня просто вопило от тревоги. Не так все! Все не так!
— Идем, все шикарно будет, — заулыбался во все зубы Миха. Зубы его тоже были странными — острее что-ли?
— Дойдем до Громового урочища, там и отметим наш поход.
Я коротко кивнул и медленно двинулся по просеке вправо. Только не подавать виду, что я заметил. Вышло так, что теперь я шел впереди. Друзья перешептывались за моей спиной. Послышался Юлькин смешок. Надо мной смеются, думают, какой я дурак. Но дураком я не был.
Восстановив в памяти события прошедших двух дней, я отметил про себя, что друзья мои все время вели себя странно. Это выражалось буквально в каждой мелочи. Толик никогда раньше не был так разговорчив. Миха редко в этот раз доставал гитару. Дима меньше давал указаний, вроде бы ему все безразлично было. И разве Сашка ела мясо? Точно, она же вегетарианкой все время была! И эти ночные разговоры, перешептывания за спиной, странные взгляды, шерсть…
Внутри все похолодело. Это не они. Не мои друзья. Их… подменили? Или кто-то притворяется ими? Но кто? Может, вообще всех подменили? Да, если припомнить, то люди вокруг меня.
К обеду вышли на широкую просеку с электрическими столбами.
— Народ, поворачиваем направо, — возвестил Толик.
— А разве нам не прямо надо? — я прекрасно помнил маршрут.
— Неверово же там.
— А мы не пойдем в Неверово, — Дима повернулся ко мне.
— Серега встретит нас у Громовки. Разве тебе Александра не сказала?
— Действительно, — вставил Толик.
— Забыла, — покраснела Сашка.
Я нервно сглотнул. Все их слова казались наигранными. Сашка никогда бы не забыла сообщить мне об изменении маршрута. Настоящая Сашка…
Я колебался. Что-то внутри меня просто вопило от тревоги. Не так все! Все не так!
— Идем, все шикарно будет, — заулыбался во все зубы Миха. Зубы его тоже были странными — острее что-ли?
— Дойдем до Громового урочища, там и отметим наш поход.
Я коротко кивнул и медленно двинулся по просеке вправо. Только не подавать виду, что я заметил. Вышло так, что теперь я шел впереди. Друзья перешептывались за моей спиной. Послышался Юлькин смешок. Надо мной смеются, думают, какой я дурак. Но дураком я не был.
Восстановив в памяти события прошедших двух дней, я отметил про себя, что друзья мои все время вели себя странно. Это выражалось буквально в каждой мелочи. Толик никогда раньше не был так разговорчив. Миха редко в этот раз доставал гитару. Дима меньше давал указаний, вроде бы ему все безразлично было. И разве Сашка ела мясо? Точно, она же вегетарианкой все время была! И эти ночные разговоры, перешептывания за спиной, странные взгляды, шерсть…
Внутри все похолодело. Это не они. Не мои друзья. Их… подменили? Или кто-то притворяется ими? Но кто? Может, вообще всех подменили? Да, если припомнить, то люди вокруг меня.
Страница 4 из 4
