Вы, наверное, знаете, что в облицовочных плитах Московского метро полным-полно всевозможной окаменевшей допотопной живности? Несколько лет назад я увлечённо разыскивал вмурованные в холодный камень оттиски древней жизни. Сначала я, как и все, штудировал разные тематические сайты и форумы, разглядывал фотографии, сохранял их себе на жёсткий диск. Потом мне стало этого мало, и я отправился по уже известным местам, чтобы увидеть всё то, что видел только на мониторе компьютера.
Добавить в моё избранное
8 мин, 36 сек 6244
Я же ехал не в ту сторону, должен был пересесть, а этот гад мне не давал! Держал меня, бил по щекам, орал в ухо!
А потом всё кончилось. Я понял, что стою в вагоне поезда, тяжело дыша и прислонившись спиной к дверям, немногочисленные пассажиры старательно смотрят в экраны смартфонов, щёки мои горят, а напротив стоит невысокий коренастый паренёк и держит меня за рукав куртки, внимательно вглядываясь в моё лицо.
— Ну что, оклемался? — спросил он.
— Пошли.
— Что? Куда? — не сообразил я.
— Мне ехать на пары надо!
— На часы посмотри, дурень. — устало сказал парень.
— Времени десятый час ночи…
— К-какого… — выдавил я.
— Я же ко второй ехал…
— Пошли, — повторил он.
— Я тебе расскажу кое-что.
Через пятнадцать минут мы сидели в ближайшем Макдоналдсе, я поглощал очередной гамбургер, запивая его ледяной колой, и слушал Стаса, так он мне представился.
— У меня дружок был, Миша, вроде тебя, тоже увлекался всеми этими наутилусами, трилобитиками, всё меня с собой таскал. «Стас, там на Парке такое!» — и несётся с камерой наперевес, мутную штуку фотографировать. Ну, а я что? Часто с ним ездил, он же друг мой… Тем более он так интересно про это рассказывал, про эпохи геологические, про тварюшек этих окаменелых, как будто был там и видел всё своими глазами. А мне больше диггерить тогда нравилось, я прямо всякими бункерами, залазами и метро бредил. И вот однажды потащил меня Миха на Университет, какую-то древнюю губку разглядывать. И получилось, что как только губку эту с заковыристым названием мы с Мишей запротоколировали, так мне знакомый позвонил, стали мы насчёт очередной вылазки договариваться, заболтались. И я краем глаза за Мишей слежу, а он стоит чуть в стороне от губки и смотрит на стену в упор с открытым ртом. В общем, со знакомым я попрощался и к Мишке пошёл. Смотрю, а тот от стены руку отдёргивает и видок у него ошалевший какой-то. Подхожу к нему.«Поехали, — говорю, — грызть гранит науки!». Он кивает растерянно, говорит, что палец уколол. Спрашиваю, а что он разглядывал-то? «Да там непонятное такое, многоногое, — отвечает.»
— В Интернете про него нету…«.»
Я только поглядеть собрался, а тут поезд подъехал с толпой узкоглазых то ли студентов, то ли туристов, и оттерли нас от стены и друг от друга. Смотрю, Миша в вагон заходит, и я сам за ним попытался. Только сел я в соседний вагон, через стекло на него смотрю, а взгляд у Мишки отсутствующий сначала был, потом он головой эдак тряхнул, вокруг огляделся и на следующей станции, на «Воробьёвых горах» из вагона выскочил. Я не ожидал такого и не успел за ним выйти, народу много было. Решил я ехать без него дальше, ну мало ли, забыл человек что-то, не маленький, догонит, доедет. Не догнал, не доехал. Ни в тот день, ни завтра. Телефон вне зоны доступа, дома не появлялся. Родители в милицию, заявление написали о пропаже…
А через полгода знакомый мой, с которым мы диггерили, про Мишу рассказал. У знакомого были дружки, обходчики путевые, как раз с красной ветки. Они ему вывалили все подробности, а этот знакомый уже мне. В общем, за месяц до нашего разговора ремонтная бригада нашла в боковой сбойке туннеля между «Университетом» и«Проспектом Вернадского» мумифицированное тело. По документам была установлена Мишина личность. Выглядело это, по словам ремонтников, как будто Миша пришёл в эту сбойку, сел у стеночки и тихонько умер, со временем превратившись в мумию. Крысы по неизвестной причине побрезговали и телом, и одеждой, и кожаной сумкой. А вместо милиции приехали почему-то четверо в штатском с одинаково незапоминающимися лицами и увезли тело в неизвестном направлении на жёлтом фургоне с надписью«Аварийная» на борту…
Знаешь, до сих пор себя корю, что не выскочил тогда за ним из поезда. Остановил бы его, точно остановил… Я потом на «Университет» ездил несколько раз, всё искал это многоногое, которое Мишка разглядывал. Нет там ничего и не было никогда. Плита обычная. А сегодня тебя увидел. Взгляд у тебя был, как у Михи тогда. Ты уж извини, что по лицу приложил, но вспомнил про Мишку и переусердствовал немного.
— Стас, а знаешь, сдаётся мне, что это оно и было, которое твой друг видел, — враз пересохшим ртом выдавил я.
— Здоровенная то ли уховёртка, то ли ещё что, ножки маленькие и заострённые, голова круглая и без глаз, а сзади шип. И руку прямо как притягивает к ней, прикоснуться. А потом я палец уколол, и началось это.
И я вкратце описал Стасу, что испытал тогда. Помрачневший парень молча слушал, изредка кивая головой.
— Вот оно как… Мишка, значит, тоже так крутился, пока вконец не одурел, — задумчиво выговорил Стас.
— И полез потом в тоннель… И бог знает, что там с ним было. А гадина эта многоногая или ползает с места на место, или их много. Ты это, будь осторожен, не хватайся руками за всё подряд.
А потом всё кончилось. Я понял, что стою в вагоне поезда, тяжело дыша и прислонившись спиной к дверям, немногочисленные пассажиры старательно смотрят в экраны смартфонов, щёки мои горят, а напротив стоит невысокий коренастый паренёк и держит меня за рукав куртки, внимательно вглядываясь в моё лицо.
— Ну что, оклемался? — спросил он.
— Пошли.
— Что? Куда? — не сообразил я.
— Мне ехать на пары надо!
— На часы посмотри, дурень. — устало сказал парень.
— Времени десятый час ночи…
— К-какого… — выдавил я.
— Я же ко второй ехал…
— Пошли, — повторил он.
— Я тебе расскажу кое-что.
Через пятнадцать минут мы сидели в ближайшем Макдоналдсе, я поглощал очередной гамбургер, запивая его ледяной колой, и слушал Стаса, так он мне представился.
— У меня дружок был, Миша, вроде тебя, тоже увлекался всеми этими наутилусами, трилобитиками, всё меня с собой таскал. «Стас, там на Парке такое!» — и несётся с камерой наперевес, мутную штуку фотографировать. Ну, а я что? Часто с ним ездил, он же друг мой… Тем более он так интересно про это рассказывал, про эпохи геологические, про тварюшек этих окаменелых, как будто был там и видел всё своими глазами. А мне больше диггерить тогда нравилось, я прямо всякими бункерами, залазами и метро бредил. И вот однажды потащил меня Миха на Университет, какую-то древнюю губку разглядывать. И получилось, что как только губку эту с заковыристым названием мы с Мишей запротоколировали, так мне знакомый позвонил, стали мы насчёт очередной вылазки договариваться, заболтались. И я краем глаза за Мишей слежу, а он стоит чуть в стороне от губки и смотрит на стену в упор с открытым ртом. В общем, со знакомым я попрощался и к Мишке пошёл. Смотрю, а тот от стены руку отдёргивает и видок у него ошалевший какой-то. Подхожу к нему.«Поехали, — говорю, — грызть гранит науки!». Он кивает растерянно, говорит, что палец уколол. Спрашиваю, а что он разглядывал-то? «Да там непонятное такое, многоногое, — отвечает.»
— В Интернете про него нету…«.»
Я только поглядеть собрался, а тут поезд подъехал с толпой узкоглазых то ли студентов, то ли туристов, и оттерли нас от стены и друг от друга. Смотрю, Миша в вагон заходит, и я сам за ним попытался. Только сел я в соседний вагон, через стекло на него смотрю, а взгляд у Мишки отсутствующий сначала был, потом он головой эдак тряхнул, вокруг огляделся и на следующей станции, на «Воробьёвых горах» из вагона выскочил. Я не ожидал такого и не успел за ним выйти, народу много было. Решил я ехать без него дальше, ну мало ли, забыл человек что-то, не маленький, догонит, доедет. Не догнал, не доехал. Ни в тот день, ни завтра. Телефон вне зоны доступа, дома не появлялся. Родители в милицию, заявление написали о пропаже…
А через полгода знакомый мой, с которым мы диггерили, про Мишу рассказал. У знакомого были дружки, обходчики путевые, как раз с красной ветки. Они ему вывалили все подробности, а этот знакомый уже мне. В общем, за месяц до нашего разговора ремонтная бригада нашла в боковой сбойке туннеля между «Университетом» и«Проспектом Вернадского» мумифицированное тело. По документам была установлена Мишина личность. Выглядело это, по словам ремонтников, как будто Миша пришёл в эту сбойку, сел у стеночки и тихонько умер, со временем превратившись в мумию. Крысы по неизвестной причине побрезговали и телом, и одеждой, и кожаной сумкой. А вместо милиции приехали почему-то четверо в штатском с одинаково незапоминающимися лицами и увезли тело в неизвестном направлении на жёлтом фургоне с надписью«Аварийная» на борту…
Знаешь, до сих пор себя корю, что не выскочил тогда за ним из поезда. Остановил бы его, точно остановил… Я потом на «Университет» ездил несколько раз, всё искал это многоногое, которое Мишка разглядывал. Нет там ничего и не было никогда. Плита обычная. А сегодня тебя увидел. Взгляд у тебя был, как у Михи тогда. Ты уж извини, что по лицу приложил, но вспомнил про Мишку и переусердствовал немного.
— Стас, а знаешь, сдаётся мне, что это оно и было, которое твой друг видел, — враз пересохшим ртом выдавил я.
— Здоровенная то ли уховёртка, то ли ещё что, ножки маленькие и заострённые, голова круглая и без глаз, а сзади шип. И руку прямо как притягивает к ней, прикоснуться. А потом я палец уколол, и началось это.
И я вкратце описал Стасу, что испытал тогда. Помрачневший парень молча слушал, изредка кивая головой.
— Вот оно как… Мишка, значит, тоже так крутился, пока вконец не одурел, — задумчиво выговорил Стас.
— И полез потом в тоннель… И бог знает, что там с ним было. А гадина эта многоногая или ползает с места на место, или их много. Ты это, будь осторожен, не хватайся руками за всё подряд.
Страница 2 из 3
