Белла Стар — это довольно известная порноактриса, снимается в том жанре, где связанную женщину сначала шлепают плеткой по попе, а потом суют резиновый член в рот, и я очень надеюсь, что эта история не про неё.
Добавить в моё избранное
13 мин, 29 сек 1722
На том экране мы будем видеть, что хотят сделать с тобой наши зрители, ты тоже будешь это видеть, разумеется, если они не скажут завязать тебе глаза. Что ты чувствуешь? Ты нервничаешь?
— О да, я немного волнуюсь, это мой первый такой опыт, но если это доставит удовольствие моим поклонникам, почему нет?
— Тогда давайте начинать.
Дружное «Да-а-а!» прокатилось по чату.
— Встань и покажи себя, — сказал мужчина.
Белла поднялась с кресла и медленно повернулась перед камерой, на мгновение замирая в самых эффектных ракурсах.
В чате между тем возникло некоторое замешательство. Возможно, никто не знал, что собственно, теперь делать. Но возможно и иное объяснение — руки большинства уже были заняты другим.
«Какого черта она еще в одежде!» — несколько раз напечатал кто-то под ником D. Moriarty. С десяток человек его сразу же поддержали.
— Видишь? Они хотят, что бы ты разделась.
— Ну что ж…
Игриво улыбаясь, Белла стала неторопливо снимать с себя одежду, отбрасывая её в сторону. Особенно долго она возилась с трусиками, продемонстрировав, наконец, гладко выбритый лобок.
Слова восхищения поплыли по чату, а D. Moriarty не унимался:
«Не похоже, что ей нравится происходящее. Эй, малышка, поиграй с собой!».
Одобрительные комментарии не заставили себя ждать.
— Делай, что говорят, — сказал мужчина.
Белла послушна стала ласкать свои груди одной рукой, а вторую опустила к промежности.
«Да! Вот так! Вот так, детка! И не сачкуй!» — D. Moriarty, хоть и занимал чат практически в одиночку, но, похоже, в целом верно выражал настроения публики. Минуты через три он снова выступил с инициативой.
«Эй, приятель! Ты, в черных кожаных штанах! — обратился он к мужчине в студии.»
— Раз уж эта сучка наша рабыня на сегодня, надень-ка на нее ошейник!«.»
И снова его поддержали. Совместными усилиями был выбран ошейник с цепочкой-поводком, который надели на Беллу. Вечер становился все интереснее.
В течении следующего часа, благодаря D. Moriarty, в большинстве отверстий тела Беллы Стар перебывало множество разнообразных предметов. Похоже, почти все, какие только D. Moriarty смог углядеть в видимой ему части студии. Её также отшлепали по всем выступающим частям, связывали десятком разнообразных способов, и, судя по её поведению (а актерские способности Беллы, как и почти любой женщины, я оценивал весьма высоко), несколько раз довели до неслабых таких оргазмов.
Между тем, хотя наш герой и продолжал фонтанировать идеями, оживление в чате как-то спало, и поддержки D. Moriarty находил все меньше. Думаю, большинство участников, в том числе и я, уже давно и неоднократно получили от мероприятия все что хотели, и теперь просто безучастно наблюдали за развитием событий.
Что касается меня, то, несмотря на отупляющее чувство удовлетворения, я невольно задавался вполне закономерным вопросом — а не подставное ли лицо наш D. Moriarty? Справедливости ради стоит отметить, что сколько–нибудь заметную активность среди зрителей проявлял только он. С другой стороны, его предложения поддерживались явным большинством, и обвинять D. Moriarty или организаторов в шарлатанстве все же было бы глупо. Как бы там ни было, все получили, что хотели, а если кто-то тупил или стеснялся — это исключительно его проблемы.
Отправив в мусорное ведро очередную бумажную салфетку, я потянулся к сигаретам и зажигалке.
— Ладно, мальчики и девочки, — сказал мужчина в студии, — думаю, мы неплохо провели время, но нужно потихоньку заканчивать.
«Как скажешь, приятель. Но я хочу, что бы эта дамочка запомнила сегодняшний день».
— Ну, думаю, в том, что она его запомнит, мы можем быть уверены.
«Я хочу, чтобы она запомнила его на ВСЮ жизнь. Так что возьми со стола ту штуку и поставь-ка ей клеймо, скажем на бедро. Это будет напоминать ей о нашей сегодняшней встрече».
Еще раз перечитав написанное D. Moriarty, я хмыкнул и выжидающе уставился в монитор. Парень явно перегибал палку, но как на это отреагирует мужчина в студии, посмотреть было интересно.
Тот покачал головой, но взял со стола металлический прут с замысловатым узором на одном конце и подошел к Белле, которая в это время висела, растянутая за руки и за ноги, и довольно убедительно изображала полную дезориентацию от пережитого недавно оргазма. Парой пощечин он привел её в чувство, продемонстрировал прут, а потом указал на экран. Дождавшись, пока Белла прочитает последнее желание D. Moriarty, мужчина обнял её сзади и стал делать вид, что хочет ткнуть в неё прутом. Та сексуально стонала и извивалась всем телом.
«Эй! Что за хрень ты делаешь? Я сказал» поставь ей клеймо«а не» попугай её палкой«! Перестань тянуть время и займись делом!».
Мельком глянув на экран, мужчина продолжил тыкать в Беллу прутом, хотя грубости в его действиях прибавилось.
— О да, я немного волнуюсь, это мой первый такой опыт, но если это доставит удовольствие моим поклонникам, почему нет?
— Тогда давайте начинать.
Дружное «Да-а-а!» прокатилось по чату.
— Встань и покажи себя, — сказал мужчина.
Белла поднялась с кресла и медленно повернулась перед камерой, на мгновение замирая в самых эффектных ракурсах.
В чате между тем возникло некоторое замешательство. Возможно, никто не знал, что собственно, теперь делать. Но возможно и иное объяснение — руки большинства уже были заняты другим.
«Какого черта она еще в одежде!» — несколько раз напечатал кто-то под ником D. Moriarty. С десяток человек его сразу же поддержали.
— Видишь? Они хотят, что бы ты разделась.
— Ну что ж…
Игриво улыбаясь, Белла стала неторопливо снимать с себя одежду, отбрасывая её в сторону. Особенно долго она возилась с трусиками, продемонстрировав, наконец, гладко выбритый лобок.
Слова восхищения поплыли по чату, а D. Moriarty не унимался:
«Не похоже, что ей нравится происходящее. Эй, малышка, поиграй с собой!».
Одобрительные комментарии не заставили себя ждать.
— Делай, что говорят, — сказал мужчина.
Белла послушна стала ласкать свои груди одной рукой, а вторую опустила к промежности.
«Да! Вот так! Вот так, детка! И не сачкуй!» — D. Moriarty, хоть и занимал чат практически в одиночку, но, похоже, в целом верно выражал настроения публики. Минуты через три он снова выступил с инициативой.
«Эй, приятель! Ты, в черных кожаных штанах! — обратился он к мужчине в студии.»
— Раз уж эта сучка наша рабыня на сегодня, надень-ка на нее ошейник!«.»
И снова его поддержали. Совместными усилиями был выбран ошейник с цепочкой-поводком, который надели на Беллу. Вечер становился все интереснее.
В течении следующего часа, благодаря D. Moriarty, в большинстве отверстий тела Беллы Стар перебывало множество разнообразных предметов. Похоже, почти все, какие только D. Moriarty смог углядеть в видимой ему части студии. Её также отшлепали по всем выступающим частям, связывали десятком разнообразных способов, и, судя по её поведению (а актерские способности Беллы, как и почти любой женщины, я оценивал весьма высоко), несколько раз довели до неслабых таких оргазмов.
Между тем, хотя наш герой и продолжал фонтанировать идеями, оживление в чате как-то спало, и поддержки D. Moriarty находил все меньше. Думаю, большинство участников, в том числе и я, уже давно и неоднократно получили от мероприятия все что хотели, и теперь просто безучастно наблюдали за развитием событий.
Что касается меня, то, несмотря на отупляющее чувство удовлетворения, я невольно задавался вполне закономерным вопросом — а не подставное ли лицо наш D. Moriarty? Справедливости ради стоит отметить, что сколько–нибудь заметную активность среди зрителей проявлял только он. С другой стороны, его предложения поддерживались явным большинством, и обвинять D. Moriarty или организаторов в шарлатанстве все же было бы глупо. Как бы там ни было, все получили, что хотели, а если кто-то тупил или стеснялся — это исключительно его проблемы.
Отправив в мусорное ведро очередную бумажную салфетку, я потянулся к сигаретам и зажигалке.
— Ладно, мальчики и девочки, — сказал мужчина в студии, — думаю, мы неплохо провели время, но нужно потихоньку заканчивать.
«Как скажешь, приятель. Но я хочу, что бы эта дамочка запомнила сегодняшний день».
— Ну, думаю, в том, что она его запомнит, мы можем быть уверены.
«Я хочу, чтобы она запомнила его на ВСЮ жизнь. Так что возьми со стола ту штуку и поставь-ка ей клеймо, скажем на бедро. Это будет напоминать ей о нашей сегодняшней встрече».
Еще раз перечитав написанное D. Moriarty, я хмыкнул и выжидающе уставился в монитор. Парень явно перегибал палку, но как на это отреагирует мужчина в студии, посмотреть было интересно.
Тот покачал головой, но взял со стола металлический прут с замысловатым узором на одном конце и подошел к Белле, которая в это время висела, растянутая за руки и за ноги, и довольно убедительно изображала полную дезориентацию от пережитого недавно оргазма. Парой пощечин он привел её в чувство, продемонстрировал прут, а потом указал на экран. Дождавшись, пока Белла прочитает последнее желание D. Moriarty, мужчина обнял её сзади и стал делать вид, что хочет ткнуть в неё прутом. Та сексуально стонала и извивалась всем телом.
«Эй! Что за хрень ты делаешь? Я сказал» поставь ей клеймо«а не» попугай её палкой«! Перестань тянуть время и займись делом!».
Мельком глянув на экран, мужчина продолжил тыкать в Беллу прутом, хотя грубости в его действиях прибавилось.
Страница 2 из 4
