Октябрьский ветер выплескивал свою непреходящую злость, швыряя по окнам избы мелкие россыпи ледяных колючих брызг. Черемуха в палисаднике махала из стороны в сторону голыми ветвями, от чего изнутри казалось, что вокруг дома водят хоровод сонмища теней. Предчувствие чего-то недоброго, необратимого, такого, о чем даже догадываться было тошно, вибрировало то ли в душе, то ли в подсознании — тонко, как беспрерывный, раздражающий зуммер.
Добавить в моё избранное
11 мин, 40 сек 419
Пытаясь сохранить равновесие, взмахнула рукой и смела с полочки кучу всякой всячины: пластиковые бутылки, воронки для разлива ГСМ, промасленную ветошь, консервные банки, стаканчики для рассады… Упав на четвереньки, ткнулась рукой в пятилитровую канистрочку с лукойловским маслом для генератора и тут же метнула ее наугад через плечо. Вскочила на ноги, как на пружинах, и вбежала в дом, мгновенно закрыв входную дверь на засов.
— Дима, блин, у нас во дворе маньяк! Или зомби!
— Какой там еще маньяк? — недовольно отозвался муж, отрываемый от фильма на самом интересном месте. Но из комнаты все же выглянул. Гримаса недовольства слетела с лица мгновенно. — А ну, — сказал он, — отойди-ка от дверей. Посмотрим, что там за маньяк. Счас я его сам отманьячу.
Он поцеловал жену, снял с нее налобный фонарик, накинул бушлат, подхватил стоявший в углу у входа топор и открыл дверь.
— Дима, блин, у нас во дворе маньяк! Или зомби!
— Какой там еще маньяк? — недовольно отозвался муж, отрываемый от фильма на самом интересном месте. Но из комнаты все же выглянул. Гримаса недовольства слетела с лица мгновенно. — А ну, — сказал он, — отойди-ка от дверей. Посмотрим, что там за маньяк. Счас я его сам отманьячу.
Он поцеловал жену, снял с нее налобный фонарик, накинул бушлат, подхватил стоявший в углу у входа топор и открыл дверь.
Страница 4 из 4
