Стояла невыносимая жара. Солнце нещадно пекло, и не было никакой надежды, что в ближайшее время его скроют облака. Даже ветер, изредка дующий с востока, не приносил с собой желаемой прохлады. Работать в такую погоду совсем не хотелось, лишь сидеть где-нибудь в теньке да попивать прохладительные напитки.
Добавить в моё избранное
7 мин, 40 сек 191
Братья Сергей и Антон уже и не знали куда деться от палящих лучей. К часу дня каждая комната дачного дома успела прогреться настолько, что находиться там было попросту невозможно. На улице ситуация обстояла не лучше. Самое прохладное место, хотя и его можно было назвать таковым лишь с большой натяжкой, находилось под крышей беседки. Туда, вооружившись двумя большими кружками и только что вынутой из холодильника двухлитровой бутылкой пива, и направились братья.
В тени беседки, смакуя каждый глоток, Сергей и Антон жаловались друг другу на жару и сочувствовали тем, кто остался в городе, где, несомненно, было самое настоящее пекло.
— Эх, Антоха, я бы сейчас согласился даже на Северном полюсе оказаться, прям вот так, в одних шортах. Ну ведь невыносимо просто…
— Ну, на Северный полюс — это ты, конечно, загнул. Ты б там мгновенно закоченел и бубенцы отморозил, — Антон усмехнулся и отхлебнул еще пива. — Но вот в Мурманск, например, с удовольствием. По новостям передавали, что там сейчас плюс десять.
— Эх, вот где рай-то сейчас… — мечтательно произнес Сергей. — А у нас что? Отродясь такого не было! Может, Земля с каждым годом понемногу приближается к Солнцу? Эдак мы лет через десять вообще в головешки превратимся.
— Сплюнь! Еще не хватало… Скажешь тоже…
Сергей пожал плечами и наполнил опустевшие кружки.
— Антох, смотри, мама возвращается.
— Чего это она? Она ж специально к соседке пошла прохлаждаться, там кондей есть. Кстати, нам бы тоже не мешало его приобресть. Через неделю зарплата, давай скинемся и купим.
— Давай, идея хорошая. Правда, я слышал, от него простудиться можно запросто…
— Да и пофиг!
Вера Петровна вошла на участок и встала перед сыновьями.
— Мальчики, у меня для вас дело есть!
— Ты издеваешься, какие дела в такую погоду? — в один голос запричитали братья.
— Ничего, не сахарные, не растаете. Надо, в общем, срубить этот кедр.
Вера Петровна указала на дерево, растущее неподалеку от забора.
— Ты что, мам, зачем? Чем он тебе мешает-то?
— Мне Лидия Васильевна сказала, что он совершенно не смотрится на нашем участке. Я подумала и согласилась.
— Вечно ты слушаешь, что скажет эта дура…
— Этот кедр же еще наш дедушка посадил… — сказал Антон.
— К тому же… — Вера Петровна будто и не слышала сыновей. — Он может повредить нам забор.
— Да он до забора и через пятьдесят лет не достанет.
— Так! Я все сказала! Давайте, дружненько встаем и за работу. А пиво я заберу с собой. Получите его, когда все сделаете.
— Мам, ну что ты в самом деле. Кто ж по такой жаре работает-то? Сжалься!
— Я! ВСЕ! СКАЗАЛА!
Братьям много чего хотелось сказать своей матери, но они промолчали. Был бы жив их отец, он встал бы на их сторону и вместе они переубедили бы единственную в семье женщину. Но сейчас перечить ей не стали, хотя искренне не понимали, для чего нужно было вырубать кедр. По их мнению, он очень даже органично смотрится на их участке, да и, как-никак, память о дедушке.
Соседку Лидию Васильевну Сергей и Антон ненавидели всей душой и за глаза называли Цербером. За двадцать лет они многого от нее натерпелись. Она постоянно была всем недовольна, даже если ее это никак не касалось. Если что-то не устраивает, нужно тут же об этом сказать — таково было ее жизненное кредо. Всегда и везде совала свой нос. У братьев порой складывалось впечатление, что даже во сне Лидия Васильевна думает, кому и как насолить.
— Почему она постоянно прислушивается к советам этой старой суки, будто собственного мнения не имеет? — схватился за голову Сергей, когда мать скрылась из виду.
— Мда… Мразь наша соседка, форменная мразь! Убил бы! Может она маму загипнотизировала? — сквозь зубы прошипел Антон.
— Не знаю, все может быть… В любом случае, хочется нам этого или нет, кедр надо срубить. И чем раньше мы это сделаем, тем скорее получим свое пиво обратно.
— Ты что, всерьез решил сделать это? — Антон недоуменно поднял бровь вверх. — Да ты сам подумай, что мама нам сделает? Убьет, что ли?
— Плешь она нам проедать будет, вот что! — со злобой произнес Сергей. — Не знаю, как ты, а я совсем не хочу выслушать ее упреки и недовольства. По-моему, проще сделать так, как она хочет и жить себе спокойно.
— А если быть уж совсем точным, как хочет Цербер. Но ты прав. Ладно, Серега, давай за дело.
Вооружившись топорами, братья подошли к дереву. Антону даже на мгновение показалось, что кедр при их приближении затрясся, будто от страха, но посмеялся своей фантазии и списал это на ветер.
Каждый взмах топора по такой неимоверной жаре стоил каждому неимоверных усилий, будто солнце делало орудия тяжелее раз в десять. Благо, дерево было не вековым дубом и срубили его быстро.
В тени беседки, смакуя каждый глоток, Сергей и Антон жаловались друг другу на жару и сочувствовали тем, кто остался в городе, где, несомненно, было самое настоящее пекло.
— Эх, Антоха, я бы сейчас согласился даже на Северном полюсе оказаться, прям вот так, в одних шортах. Ну ведь невыносимо просто…
— Ну, на Северный полюс — это ты, конечно, загнул. Ты б там мгновенно закоченел и бубенцы отморозил, — Антон усмехнулся и отхлебнул еще пива. — Но вот в Мурманск, например, с удовольствием. По новостям передавали, что там сейчас плюс десять.
— Эх, вот где рай-то сейчас… — мечтательно произнес Сергей. — А у нас что? Отродясь такого не было! Может, Земля с каждым годом понемногу приближается к Солнцу? Эдак мы лет через десять вообще в головешки превратимся.
— Сплюнь! Еще не хватало… Скажешь тоже…
Сергей пожал плечами и наполнил опустевшие кружки.
— Антох, смотри, мама возвращается.
— Чего это она? Она ж специально к соседке пошла прохлаждаться, там кондей есть. Кстати, нам бы тоже не мешало его приобресть. Через неделю зарплата, давай скинемся и купим.
— Давай, идея хорошая. Правда, я слышал, от него простудиться можно запросто…
— Да и пофиг!
Вера Петровна вошла на участок и встала перед сыновьями.
— Мальчики, у меня для вас дело есть!
— Ты издеваешься, какие дела в такую погоду? — в один голос запричитали братья.
— Ничего, не сахарные, не растаете. Надо, в общем, срубить этот кедр.
Вера Петровна указала на дерево, растущее неподалеку от забора.
— Ты что, мам, зачем? Чем он тебе мешает-то?
— Мне Лидия Васильевна сказала, что он совершенно не смотрится на нашем участке. Я подумала и согласилась.
— Вечно ты слушаешь, что скажет эта дура…
— Этот кедр же еще наш дедушка посадил… — сказал Антон.
— К тому же… — Вера Петровна будто и не слышала сыновей. — Он может повредить нам забор.
— Да он до забора и через пятьдесят лет не достанет.
— Так! Я все сказала! Давайте, дружненько встаем и за работу. А пиво я заберу с собой. Получите его, когда все сделаете.
— Мам, ну что ты в самом деле. Кто ж по такой жаре работает-то? Сжалься!
— Я! ВСЕ! СКАЗАЛА!
Братьям много чего хотелось сказать своей матери, но они промолчали. Был бы жив их отец, он встал бы на их сторону и вместе они переубедили бы единственную в семье женщину. Но сейчас перечить ей не стали, хотя искренне не понимали, для чего нужно было вырубать кедр. По их мнению, он очень даже органично смотрится на их участке, да и, как-никак, память о дедушке.
Соседку Лидию Васильевну Сергей и Антон ненавидели всей душой и за глаза называли Цербером. За двадцать лет они многого от нее натерпелись. Она постоянно была всем недовольна, даже если ее это никак не касалось. Если что-то не устраивает, нужно тут же об этом сказать — таково было ее жизненное кредо. Всегда и везде совала свой нос. У братьев порой складывалось впечатление, что даже во сне Лидия Васильевна думает, кому и как насолить.
— Почему она постоянно прислушивается к советам этой старой суки, будто собственного мнения не имеет? — схватился за голову Сергей, когда мать скрылась из виду.
— Мда… Мразь наша соседка, форменная мразь! Убил бы! Может она маму загипнотизировала? — сквозь зубы прошипел Антон.
— Не знаю, все может быть… В любом случае, хочется нам этого или нет, кедр надо срубить. И чем раньше мы это сделаем, тем скорее получим свое пиво обратно.
— Ты что, всерьез решил сделать это? — Антон недоуменно поднял бровь вверх. — Да ты сам подумай, что мама нам сделает? Убьет, что ли?
— Плешь она нам проедать будет, вот что! — со злобой произнес Сергей. — Не знаю, как ты, а я совсем не хочу выслушать ее упреки и недовольства. По-моему, проще сделать так, как она хочет и жить себе спокойно.
— А если быть уж совсем точным, как хочет Цербер. Но ты прав. Ладно, Серега, давай за дело.
Вооружившись топорами, братья подошли к дереву. Антону даже на мгновение показалось, что кедр при их приближении затрясся, будто от страха, но посмеялся своей фантазии и списал это на ветер.
Каждый взмах топора по такой неимоверной жаре стоил каждому неимоверных усилий, будто солнце делало орудия тяжелее раз в десять. Благо, дерево было не вековым дубом и срубили его быстро.
Страница 1 из 3
