Жил-был крестьянин, у него было два сына: меньшой был в дороге, старшoй при доме. Стал отец помирать и оставил сыну при доме все наследство, а другому ничего не дал: думал, что брат брата не изобидит. Как отец-то помер, старшoй сын его похоронил и все наследство у себя удержал…
Добавить в моё избранное
9 мин, 15 сек 210
Вот приезжает другой сын и горько плачет, что не застал отца в живых. Старшoй ему и говорит:
— Отец мне все одному оставил!
И детей-то у него не было, а у меньшoго был сын родной да дочь-приемыш.
Вот старшoй получил все наследство, разбогател и стал торговать дорогими товарами; а меньшой был беден, рубил в лесу дрова да возил на рынок. Соседи жалея его бедность, собрались и дают ему денег, чтобы он хоть мелочью торговал. Бедняк боится, говорит им:
— Нет, добрые люди, не возьму я ваши деньги; неравно проторгуюсь — чем я вам долг заплачу?
И уговорились двое соседей как-нибудь ухитриться да дать ему денег. Вот как поехал бедный за дровами, один из них настиг его окольной дорогой и говорит:
— Поехал я, братец, в дальний путь; на дороге отдал мне должник триста рублей — не знаю, куда их девать! Домой ворочаться не хочется; возьми, пожалуй мои деньги, похрани у себя, а лучше-ка торгуй на них; я приеду не скоро; после выплатишь мне понемножку.
Бедный взял деньги, привез домой и боится, как бы их не потерять, как бы жена не нашла да не издержала заместо своих. Думал, думал и спрятал в малёнку с золой, а сам ушел со двора.
Приехали без него меновщики — вот что скупают золу да меняют ее на товар. Баба взяла и отдала им эту малёнку с золой.
Вернулся домой муж, видит, что малёнки нет, спрашивает:
— Где зола?
Жена отвечает:
— Я ее продала меновщикам.
Вот он испугался, тоскует и горюет, а только все молчит. Видит жена, что он печален; приступила к нему:
— Что за напасть с тобой случилась? Отчего так печален?
Он и признался, что в золе были спрятаны у него чужие деньги; рассердилась баба — и рвет, и мечет, и слезами заливается:
— Зачем ты мне не поверил? Я б получше твоего припрятала!
Опять поехал мужик по дрова, чтобы потом на рынке продать да хлеба купить. Настигает его другой сосед, говорит ему те же самые речи и дает под сохрану пятьсот рублей. Бедняк не берет, отказывается, а тот ему насильно всунул деньги в руку и поскакал по дороге.
Деньги-то были бумажками; думал, думал: куда их положить? Взял да промеж подкладки и спрятал в шапку.
Приехал в лес, шапку повесил на елку и начал рубить дрова. На его беду, прилетел ворон и унес шапку с деньгами.
Мужик потужил, погоревал, да, видно, так тому и быть!
Живет себе по-прежнему, торгует дровишками да мелочью, кое-как перебивается. Видят соседи, что времени прошло довольно, а у бедного торг не прибывает; спрашивают его:
— Что ж ты, братец, худо торгуешь? Аль наши деньги затратить боишься? Коли так, лучше отдай наше добро назад.
Бедный заплакал и рассказал, как пропали у него ихние деньги. Соседи не поверили и пошли просить на него в суд.
«Как рассудить это дело? — думает судья. — Мужик — человек смирный, неимущий, взять с него нечего; коли в тюрьму посадить — с голоду помрет!»
Сидит судья, пригорюнясь, под окошком, и взяло его большое раздумье. На то время как нарочно играли на улице мальчишки. И говорит один — такой бойкий:
— Я бурмистр буду: стану вас, ребята, судить, а вы приходите ко мне с просьбами.
Сел на камень, а к нему подходит другой мальчишка, кланяется и просит:
— Я-де вот этому мужичку дал денег взаймы, а он мне не платит; пришел к твоей милости суда на него просить.
— Ты брал взаймы? — спрашивает бурмистр у виноватого.
— Брал.
— Почему ж не платишь?
— Нечем, батюшка!
— Слушай, челобитчик! Ведь он не отпирается, что брал у тебя деньги, а заплатить ему невмоготу, так ты отсрочь ему долг лет на пять — на шесть, авось он поправится и отдаст тебе с лихвою. Согласны?
Мальчишки оба поклонились бурмистру:
— Спасибо, батюшка! Согласны!
Судья все это слышал, обрадовался и говорит:
— Этот мальчик ума мне дал! Скажу и я своим челобитчикам, чтоб отсрочили они бедному.
По его словам согласились богатые соседи обождать года два-три; авось тем временем мужик поправится!
Вот бедный опять поехал в лес за дровами, полвоза нарубил — и сделалось темно. Остался он на ночь в лесу: «Утром-де с полным возом ворочусь домой». И думает: где ему ночевать? Место было глухое, зверей много; подле лошади лечь, — пожалуй, звери съедят. Пошел он дальше в чащу и влез на большую ель.
Ночью приехали на это самое место разбойники — семь человек — и говорят:
— Дверцы, дверцы, отворитеся!
Тотчас отворились дверцы в подземелье; разбойники давай носить туда свою добычу, снесли всю и приказывают:
— Дверцы, дверцы, затворитеся!
Дверцы затворились, а разбойники поехали снова на добычу. Мужик все это видел, и когда кругом его стихло — спустился с дерева:
— А ну-тка я попробую — не отворятся ль и мне эти дверцы?
— Отец мне все одному оставил!
И детей-то у него не было, а у меньшoго был сын родной да дочь-приемыш.
Вот старшoй получил все наследство, разбогател и стал торговать дорогими товарами; а меньшой был беден, рубил в лесу дрова да возил на рынок. Соседи жалея его бедность, собрались и дают ему денег, чтобы он хоть мелочью торговал. Бедняк боится, говорит им:
— Нет, добрые люди, не возьму я ваши деньги; неравно проторгуюсь — чем я вам долг заплачу?
И уговорились двое соседей как-нибудь ухитриться да дать ему денег. Вот как поехал бедный за дровами, один из них настиг его окольной дорогой и говорит:
— Поехал я, братец, в дальний путь; на дороге отдал мне должник триста рублей — не знаю, куда их девать! Домой ворочаться не хочется; возьми, пожалуй мои деньги, похрани у себя, а лучше-ка торгуй на них; я приеду не скоро; после выплатишь мне понемножку.
Бедный взял деньги, привез домой и боится, как бы их не потерять, как бы жена не нашла да не издержала заместо своих. Думал, думал и спрятал в малёнку с золой, а сам ушел со двора.
Приехали без него меновщики — вот что скупают золу да меняют ее на товар. Баба взяла и отдала им эту малёнку с золой.
Вернулся домой муж, видит, что малёнки нет, спрашивает:
— Где зола?
Жена отвечает:
— Я ее продала меновщикам.
Вот он испугался, тоскует и горюет, а только все молчит. Видит жена, что он печален; приступила к нему:
— Что за напасть с тобой случилась? Отчего так печален?
Он и признался, что в золе были спрятаны у него чужие деньги; рассердилась баба — и рвет, и мечет, и слезами заливается:
— Зачем ты мне не поверил? Я б получше твоего припрятала!
Опять поехал мужик по дрова, чтобы потом на рынке продать да хлеба купить. Настигает его другой сосед, говорит ему те же самые речи и дает под сохрану пятьсот рублей. Бедняк не берет, отказывается, а тот ему насильно всунул деньги в руку и поскакал по дороге.
Деньги-то были бумажками; думал, думал: куда их положить? Взял да промеж подкладки и спрятал в шапку.
Приехал в лес, шапку повесил на елку и начал рубить дрова. На его беду, прилетел ворон и унес шапку с деньгами.
Мужик потужил, погоревал, да, видно, так тому и быть!
Живет себе по-прежнему, торгует дровишками да мелочью, кое-как перебивается. Видят соседи, что времени прошло довольно, а у бедного торг не прибывает; спрашивают его:
— Что ж ты, братец, худо торгуешь? Аль наши деньги затратить боишься? Коли так, лучше отдай наше добро назад.
Бедный заплакал и рассказал, как пропали у него ихние деньги. Соседи не поверили и пошли просить на него в суд.
«Как рассудить это дело? — думает судья. — Мужик — человек смирный, неимущий, взять с него нечего; коли в тюрьму посадить — с голоду помрет!»
Сидит судья, пригорюнясь, под окошком, и взяло его большое раздумье. На то время как нарочно играли на улице мальчишки. И говорит один — такой бойкий:
— Я бурмистр буду: стану вас, ребята, судить, а вы приходите ко мне с просьбами.
Сел на камень, а к нему подходит другой мальчишка, кланяется и просит:
— Я-де вот этому мужичку дал денег взаймы, а он мне не платит; пришел к твоей милости суда на него просить.
— Ты брал взаймы? — спрашивает бурмистр у виноватого.
— Брал.
— Почему ж не платишь?
— Нечем, батюшка!
— Слушай, челобитчик! Ведь он не отпирается, что брал у тебя деньги, а заплатить ему невмоготу, так ты отсрочь ему долг лет на пять — на шесть, авось он поправится и отдаст тебе с лихвою. Согласны?
Мальчишки оба поклонились бурмистру:
— Спасибо, батюшка! Согласны!
Судья все это слышал, обрадовался и говорит:
— Этот мальчик ума мне дал! Скажу и я своим челобитчикам, чтоб отсрочили они бедному.
По его словам согласились богатые соседи обождать года два-три; авось тем временем мужик поправится!
Вот бедный опять поехал в лес за дровами, полвоза нарубил — и сделалось темно. Остался он на ночь в лесу: «Утром-де с полным возом ворочусь домой». И думает: где ему ночевать? Место было глухое, зверей много; подле лошади лечь, — пожалуй, звери съедят. Пошел он дальше в чащу и влез на большую ель.
Ночью приехали на это самое место разбойники — семь человек — и говорят:
— Дверцы, дверцы, отворитеся!
Тотчас отворились дверцы в подземелье; разбойники давай носить туда свою добычу, снесли всю и приказывают:
— Дверцы, дверцы, затворитеся!
Дверцы затворились, а разбойники поехали снова на добычу. Мужик все это видел, и когда кругом его стихло — спустился с дерева:
— А ну-тка я попробую — не отворятся ль и мне эти дверцы?
Страница 1 из 3
