Жил-был некоторый купец, весьма богат: имел при себе сына на возрасте. Вскоре купец помер. Оставался сын с матерью, стал торговать, и пошли его дела худо: ни в чем-то ему счастья не было; что отец три года наживал, то он в три дня терял, совсем проторговался, только и осталось от всего богатства — один старый дом…
Добавить в моё избранное
12 мин, 9 сек 233
Кот-баюн начал сказки сказывать: про попов, про дьяков, про поповых дочерей: а купеческий сын не слушает, знай его нажаривает. Невмоготу коту стало; видит, что заговорить нельзя, и возмолился:
— Покинь меня, добрый человек! Что надо, все тебе сделаю.
— А пойдешь со мною?
— Куда хошь — пойду!
Бездольный выпустил кота-баюна; кот позвал его в гости, посадил за стол и наклал хлеба целые вороха. Бездольный съел ломтя три-четыре, да и будет! В горло не лезет. Заворчал на него кот, зауркал:
— Какой же ты богатырь, коли не сможешь супротив меня хлеба съесть?
Отвечает Бездольный:
— Я к вашему хлебу не привык; а есть у меня в сумке дорожные русские сухарики — взять было их и закусить на голодное брюхо!
Вынул железную просвиру и словно глодать собирается.
— А ну, — просит кот-баюн, — дай-ка мне отведать, каковы русские сухари?
Купеческий сын дал ему железную просвиру — он всю дочиста сглодал, дал ему другую — и ту изгрыз, дал ему третью — он грыз-грыз, зубы поломал, бросил просвиру на стол и говорит:
— Нет, не смогу! Больно крепки русские сухари.
После того собрался Бездольный и пошел домой; вместе с ним и кот отправился.
Шли-шли, шли-шли и добрались куда надо; приходят во дворец, царь увидал кота-баюна и приказывает:
— А ну, кот-баюн! Покажи мне большую страсть.
Кот свои когти точит, на царя их ладит; хочет у него белу грудь раздирать, из живого сердце вынимать. Царь испугался и стал молить Бездольного:
— Уйми, пожалуйста, кота-баюна! Все для тебя сделаю.
— Закопай воеводу живьем в землю, так сейчас уйму.
Царь согласился; тотчас подхватили воеводу за руку да за ногу, потащили на двор и живьем закопали в сыру землю. А Бездольный остался жить при царе; кот-баюн их обоих слушался, Никто им прислуживал, и жили они долго и весело. Вот сказка вся, больше сказывать нельзя.
— Покинь меня, добрый человек! Что надо, все тебе сделаю.
— А пойдешь со мною?
— Куда хошь — пойду!
Бездольный выпустил кота-баюна; кот позвал его в гости, посадил за стол и наклал хлеба целые вороха. Бездольный съел ломтя три-четыре, да и будет! В горло не лезет. Заворчал на него кот, зауркал:
— Какой же ты богатырь, коли не сможешь супротив меня хлеба съесть?
Отвечает Бездольный:
— Я к вашему хлебу не привык; а есть у меня в сумке дорожные русские сухарики — взять было их и закусить на голодное брюхо!
Вынул железную просвиру и словно глодать собирается.
— А ну, — просит кот-баюн, — дай-ка мне отведать, каковы русские сухари?
Купеческий сын дал ему железную просвиру — он всю дочиста сглодал, дал ему другую — и ту изгрыз, дал ему третью — он грыз-грыз, зубы поломал, бросил просвиру на стол и говорит:
— Нет, не смогу! Больно крепки русские сухари.
После того собрался Бездольный и пошел домой; вместе с ним и кот отправился.
Шли-шли, шли-шли и добрались куда надо; приходят во дворец, царь увидал кота-баюна и приказывает:
— А ну, кот-баюн! Покажи мне большую страсть.
Кот свои когти точит, на царя их ладит; хочет у него белу грудь раздирать, из живого сердце вынимать. Царь испугался и стал молить Бездольного:
— Уйми, пожалуйста, кота-баюна! Все для тебя сделаю.
— Закопай воеводу живьем в землю, так сейчас уйму.
Царь согласился; тотчас подхватили воеводу за руку да за ногу, потащили на двор и живьем закопали в сыру землю. А Бездольный остался жить при царе; кот-баюн их обоих слушался, Никто им прислуживал, и жили они долго и весело. Вот сказка вся, больше сказывать нельзя.
Страница 4 из 4
