Жил-был старик, было у него два сына. Надумал старик сыновей отделить. Старшему почти всё своё добро отдал, а младшему — избу разваленную да худую кобылёшку…
Добавить в моё избранное
8 мин, 2 сек 227
А ты ложись да спи спокойно! Утро вечера мудренее!
Послушался отец своей дочки, лёг спать. Утром будит его семилетка:
— Вставай, батюшка, иди к царю!
— Да с чем же я пойду к нему?
— С отгадками пойдёшь! Как придёшь, скажи: жирнее всего матушка сырая земля, всех нас она кормит, на всех у неё щедрости хватает. Сильнее всего вода: ничем не удержишь её, не остановишь. Быстрее всего мысли наши: вмиг весь мир облетят. А мягче всего рука наша: как ни мягка будет подушка, всё руку под голову подкладываешь!
— Спасибо тебе, дочка! Мудрые твои отгадки. Только как-то царь их примет!
— Ничего, не бойся, смело ступай!
Приходят в назначенный срок оба брата к царю. Богатый — надутый да важный: отгадал загадки; бедный — с сомнением: как-то ещё дело повернётся.
Вышел царь к братьям со своими боярами да вельможами и спрашивает:
— Ну, разгадали вы мои загадки?
Старший брат весело да бойко отвечает:
— Разгадали, ваше царское величество!
— Ну, коли разгадали, отвечайте по порядку — сперва старший, потом младший.
Вот старший и говорит:
— Жирнее всего на свете рябой боров у моей кумы, ваше царское величество: весь он жиром заплыл и на ноги уже не поднимается!
— Дальше говори!
— Сильнее всех на свете медведь: вот какие ёлки с корнями выворачивает! Быстрее всего на свете карий жеребец у моей кумы: настегай его — он зайца перегонит. А мягче всего у кумы пуховик — как ляжешь, так потонешь!
Усмехнулся царь и молвил:
— Теперь ты, младший, говори!
Бедный ответил всё, как его дочка научила.
Выслушал царь его ответы и спрашивает:
— Сам ли ты ответы нашёл или кто тебя научил?
Бедный скрывать не стал, отвечает:
— Научила меня моя дочка-семилетка.
— Ну, коли твоя дочка такая мудрая, — говорит царь, — пусть она моё приказание выполнит! Вот тебе ниточка — пусть она из этой ниточки завтра к утру соткёт мне полотенце узорчатое!
Что делать? Спорить с царём не станешь! Взял бедный ниточку, пошёл домой. Приходит домой кручинный да печальный, ниже плеч голову опустил.
Подбежала к нему дочка и спрашивает:
— Что ты, батюшка, невесел? Или мои отгадки неверные были?
— Нет, дочка, отгадки твои правильные. Только новая беда на нас свалилась. Приказал царь из этой ниточки соткать ему к утру полотенце узорчатое…
Засмеялсь семилетка и говорит:
— Не печалься, батюшка! Царь мне свой приказ прислал, а я ему свой пошлю!
Отломила она прутик от метлы и говорит:
— Ступай к царю и скажи: пусть он из этого пруточка смастерит мне станок ткацкий — тогда и узорчатое полотенце ему к утру вытку!
Пошёл бедный к царю, подал ему прутик:
— Просит дочка из этого прутика станок ткацкий ей смастерить — тогда, говорит, и полотенце будет.
Взглянул царь на прутик и молвил:
— Ладно, полотенце мне не нужно! Другой приказ от меня будет: вот ей полтораста печёных яиц — пусть выведет мне завтра к утру полтораста цыплят.
Взял бедный лукошко с яйцами, пошёл домой. Воротился ещё кручиннее, ещё печальнее. Спрашивает его семилетка:
— Что, батюшка, невесел? Или какая новая забота появилась?
— Ах, дочка! Как не забота! От одной беды избавились, другая навязалась: приказал царь из печёных яиц вывести ему к утру полтораста цыплят…
Усмехнулась семилетка и говорит:
— Нечего, батюшка, печалиться! Давайте-ка сядем все за стол да будем печёные яйца есть!
Как поели они, семилетка сварила в чугунке пшённой каши и говорит отцу:
— Ступай к царю и скажи: пусть посеет эту кашу и вырастит завтра к утру просо, сожнёт его да обмолотит. Цыплята, скажи, в одну ночь будут выведены, и пшено для них надобно в одну ночь вырастить. Другого корма они клевать не станут!
Пошёл бедный к царю, подал ему чугунок каши и сказал всё, как семилетка велела.
— Не нужны мне цыплята, — говорит царь. — А раз твоя семилетка так хитра да мудра, пусть наутро сама ко мне явится — не одетая, не раздетая, не пешком, не в повозке, не верхом, не с подарком, не без подарка!
Пошёл бедный домой.
«Ну, — думает, — такой хитрой задачи и моя семилетка не разрешит. Видно, придётся нам совсем пропадать!»
Пришёл он и рассказал всё, что царь требует.
— Не печалься, батюшка, — говорит семилетка. — Царь мудрит, и мы не хуже его: ещё помудрёнее придумаем! Достань ты мне зайца да поймай воробья.
Достал бедный у охотника зайца, изловил в коноплях воробья.
На другой день поутру сбросила семилетка свою одёжку и накинула на себя старую рыбачью сеть. Вот она и не одета и не раздета! После того села она боком на козла, одну ногу на землю опустила, взяла зайца да воробья и отправилась к царю во дворец.
Послушался отец своей дочки, лёг спать. Утром будит его семилетка:
— Вставай, батюшка, иди к царю!
— Да с чем же я пойду к нему?
— С отгадками пойдёшь! Как придёшь, скажи: жирнее всего матушка сырая земля, всех нас она кормит, на всех у неё щедрости хватает. Сильнее всего вода: ничем не удержишь её, не остановишь. Быстрее всего мысли наши: вмиг весь мир облетят. А мягче всего рука наша: как ни мягка будет подушка, всё руку под голову подкладываешь!
— Спасибо тебе, дочка! Мудрые твои отгадки. Только как-то царь их примет!
— Ничего, не бойся, смело ступай!
Приходят в назначенный срок оба брата к царю. Богатый — надутый да важный: отгадал загадки; бедный — с сомнением: как-то ещё дело повернётся.
Вышел царь к братьям со своими боярами да вельможами и спрашивает:
— Ну, разгадали вы мои загадки?
Старший брат весело да бойко отвечает:
— Разгадали, ваше царское величество!
— Ну, коли разгадали, отвечайте по порядку — сперва старший, потом младший.
Вот старший и говорит:
— Жирнее всего на свете рябой боров у моей кумы, ваше царское величество: весь он жиром заплыл и на ноги уже не поднимается!
— Дальше говори!
— Сильнее всех на свете медведь: вот какие ёлки с корнями выворачивает! Быстрее всего на свете карий жеребец у моей кумы: настегай его — он зайца перегонит. А мягче всего у кумы пуховик — как ляжешь, так потонешь!
Усмехнулся царь и молвил:
— Теперь ты, младший, говори!
Бедный ответил всё, как его дочка научила.
Выслушал царь его ответы и спрашивает:
— Сам ли ты ответы нашёл или кто тебя научил?
Бедный скрывать не стал, отвечает:
— Научила меня моя дочка-семилетка.
— Ну, коли твоя дочка такая мудрая, — говорит царь, — пусть она моё приказание выполнит! Вот тебе ниточка — пусть она из этой ниточки завтра к утру соткёт мне полотенце узорчатое!
Что делать? Спорить с царём не станешь! Взял бедный ниточку, пошёл домой. Приходит домой кручинный да печальный, ниже плеч голову опустил.
Подбежала к нему дочка и спрашивает:
— Что ты, батюшка, невесел? Или мои отгадки неверные были?
— Нет, дочка, отгадки твои правильные. Только новая беда на нас свалилась. Приказал царь из этой ниточки соткать ему к утру полотенце узорчатое…
Засмеялсь семилетка и говорит:
— Не печалься, батюшка! Царь мне свой приказ прислал, а я ему свой пошлю!
Отломила она прутик от метлы и говорит:
— Ступай к царю и скажи: пусть он из этого пруточка смастерит мне станок ткацкий — тогда и узорчатое полотенце ему к утру вытку!
Пошёл бедный к царю, подал ему прутик:
— Просит дочка из этого прутика станок ткацкий ей смастерить — тогда, говорит, и полотенце будет.
Взглянул царь на прутик и молвил:
— Ладно, полотенце мне не нужно! Другой приказ от меня будет: вот ей полтораста печёных яиц — пусть выведет мне завтра к утру полтораста цыплят.
Взял бедный лукошко с яйцами, пошёл домой. Воротился ещё кручиннее, ещё печальнее. Спрашивает его семилетка:
— Что, батюшка, невесел? Или какая новая забота появилась?
— Ах, дочка! Как не забота! От одной беды избавились, другая навязалась: приказал царь из печёных яиц вывести ему к утру полтораста цыплят…
Усмехнулась семилетка и говорит:
— Нечего, батюшка, печалиться! Давайте-ка сядем все за стол да будем печёные яйца есть!
Как поели они, семилетка сварила в чугунке пшённой каши и говорит отцу:
— Ступай к царю и скажи: пусть посеет эту кашу и вырастит завтра к утру просо, сожнёт его да обмолотит. Цыплята, скажи, в одну ночь будут выведены, и пшено для них надобно в одну ночь вырастить. Другого корма они клевать не станут!
Пошёл бедный к царю, подал ему чугунок каши и сказал всё, как семилетка велела.
— Не нужны мне цыплята, — говорит царь. — А раз твоя семилетка так хитра да мудра, пусть наутро сама ко мне явится — не одетая, не раздетая, не пешком, не в повозке, не верхом, не с подарком, не без подарка!
Пошёл бедный домой.
«Ну, — думает, — такой хитрой задачи и моя семилетка не разрешит. Видно, придётся нам совсем пропадать!»
Пришёл он и рассказал всё, что царь требует.
— Не печалься, батюшка, — говорит семилетка. — Царь мудрит, и мы не хуже его: ещё помудрёнее придумаем! Достань ты мне зайца да поймай воробья.
Достал бедный у охотника зайца, изловил в коноплях воробья.
На другой день поутру сбросила семилетка свою одёжку и накинула на себя старую рыбачью сеть. Вот она и не одета и не раздета! После того села она боком на козла, одну ногу на землю опустила, взяла зайца да воробья и отправилась к царю во дворец.
Страница 2 из 3
