В некотором государстве жил король Картаус, и было у него на службе двенадцать богатырей. А самым сильным и главным из двенадцати богатырей почитался князь по имени Лазарь Лазаревич. И сколько ни старались другие богатыри, никто из них не мог на поединках победить молодого Лазаря Лазаревича…
Добавить в моё избранное
42 мин, 33 сек 528
Коня остановил, затрубил в боевой рог раз и другой. После третьего раза поднялась на море большая волна, а вслед за тем показался из воды трехглавый морской змей. Все три пасти разинуты, зубы оскалены, шестеро глаз злобой горят.
Взглянул змей на берег и заговорил:
— В этот раз царь Вахрамей не стал меня дожидаться, сам послал человека на обед да еще и коня впридачу!
— А ты, проклятое чудовище, погоди раньше времени хвалиться, как бы не подавиться! — крикнул богатырь.
И только успел змей на берег ступить, как Еруслан поскакал, взмахнул мечом — кладенцом и с одного раза срубил две головы.
Перепугался змей, взмолился:
— Могучий богатырь, не предавай меня смерти, не руби моей остатней головы! В Вахрамеево царство летать никогда не стану, а тебе богатый выкуп дам. Есть у меня драгоценный камень невиданной красоты, такого на белом свете не сыскать.
— Где же твой драгоценный камень?
— Сейчас достану!
С теми словами бросился змей в море и в скором времени воротился, принес и отдал богатырю драгоценный камень неслыханной красоты. Принял Еруслан Лазаревич подарок и прямо со своего коня перемахнул змею на спину.
— Вези к Вахрамею во дворец и сам ему скажи, что никогда больше не будешь нападать на людей!
Ничего морскому змею не оставалось делать, как только повиноваться. И повез он богатыря в стольный город, а Орош Вещий вслед побежал.
В городе и во дворце начался великий переполох, когда увидели, как чужестранный богатырь приехал на морском чудище.
И царь Вахрамей, и весь народ стали просить, уговавать:
— Еруслан Лазаревич, не оставляй проклятого змея в живых. Сколько из — за него, злодея, люди слез пролили. Сейчас — то он смирный, а когда ты уедешь, опять за старое примется. Знаем мы его!
Богатырь перечить не стал, соскочил со змея и отсек у него голову.
На двенадцати подводах вывезли горожане змея из города и закопали в глубоком овраге.
Убрали черные флаги, что возвещали о беде — невзгоде, и весь народ повеселел.
А Вахрамей задал пир на весь мир. Созвал гостей со всех волостей. Рядом с собой, на самое почетное место, посадил Еруслана Лазаревича, принялся его потчевать:
— Ешь, пей, гость дорогой! Уж не знаю, чем отблагодарить тебя.
В ту пору из своих покоев вышла к гостям красавица царевна. Взглянул на нее богатырь да так и обмер — до того была прекрасна Марфа Вахрамеевна. «Отродясь не видывал краше, — подумал он, — век бы на нее глядел, любовался».
И у Марфы Вахрамеевны сердце екнуло. Чинно она гостям поклонилась, еще раз глянула на Еруслана Лазаревича и глаза опустила — хорош, пригож!
Пированье — столованье окончилось. Поблагодарили гости за хлеб, за соль, распрощались и разошлись, разъехались. Тогда Еруслан Лазаревич и повел речь:
— Приехал я к вам, царь — государь, по доброму делу, по сватовству. Если бы ты благословил, а Марфа Вахрамеевна пошла за меня замуж, так лучшей судьбы — доли мне и не надобно!
— Любезный Еруслан Лазаревич, если дочь согласна, так и я рад с тобой породниться. Теперь за тобой дело, Марфа Вахрамеевна, — повернулся он к дочери. — Скажи, люб ли тебе жених?
Зарумянилась девица — красавица, потупила очи ясные и потом промолвила:
— Я твоя и воля твоя, батюшка царь — государь! А коли благословишь, так я согласна.
— Вот и хорошо! — весело сказал царь Вахрамей. — Ай, по сердцу, по душе мне зять сыскался.
В царском житье ни пива варить, ни вина курить — всего вдоволь. В скором времени свадьбу сыграли, пир отпировали.
И стал Еруслан Лазаревич жить — поживать со своей молодой женой Марфой Вахрамеевной у тестя.
День за днем, неделя за неделей — так незаметно почти целый год прошел.
Как — то раз говорит Еруслан Лазаревич Марфе Вахрамеевне:
— Надо съездить проведать родителей, да и тебя показать отцу с матерью.
— Ох, рада бы я радехонька поехать твоих родителей повидать и с тобой не разлучаться, да ведь, сам видишь, нельзя мне теперь в дальнюю дорогу ехать, а путь туда не близкий, не легкий. Навести их в этот раз один, только скорее возвращайся. А на тот год уже всей семьей поедем. И помни: как поедешь мимо Девьего царства, станут тебя звать погостить, смотри не заезжай. Если заедешь, околдует тебя Царь — девица.
— Ну что ты! Зачем мне в Девье царство заезжать?
Потом подал ей золотой перстень с тем драгоценным камнем, что от морского змея получил:
— Если сын у нас родится, отдай ему, когда он в возраст придет. И пусть ни днем ни ночью перстня этого с руки не снимает.
Затем собрался, снарядился и отправился в путь — дорогу.
Едет Еруслан Лазаревич да едет. День прошел и другой прошел. На третий день видит — раскинулся перед ним сад, глазом не охватить. В том саду великолепный дворец стоит, золотой крышей на солнышке горит.
Взглянул змей на берег и заговорил:
— В этот раз царь Вахрамей не стал меня дожидаться, сам послал человека на обед да еще и коня впридачу!
— А ты, проклятое чудовище, погоди раньше времени хвалиться, как бы не подавиться! — крикнул богатырь.
И только успел змей на берег ступить, как Еруслан поскакал, взмахнул мечом — кладенцом и с одного раза срубил две головы.
Перепугался змей, взмолился:
— Могучий богатырь, не предавай меня смерти, не руби моей остатней головы! В Вахрамеево царство летать никогда не стану, а тебе богатый выкуп дам. Есть у меня драгоценный камень невиданной красоты, такого на белом свете не сыскать.
— Где же твой драгоценный камень?
— Сейчас достану!
С теми словами бросился змей в море и в скором времени воротился, принес и отдал богатырю драгоценный камень неслыханной красоты. Принял Еруслан Лазаревич подарок и прямо со своего коня перемахнул змею на спину.
— Вези к Вахрамею во дворец и сам ему скажи, что никогда больше не будешь нападать на людей!
Ничего морскому змею не оставалось делать, как только повиноваться. И повез он богатыря в стольный город, а Орош Вещий вслед побежал.
В городе и во дворце начался великий переполох, когда увидели, как чужестранный богатырь приехал на морском чудище.
И царь Вахрамей, и весь народ стали просить, уговавать:
— Еруслан Лазаревич, не оставляй проклятого змея в живых. Сколько из — за него, злодея, люди слез пролили. Сейчас — то он смирный, а когда ты уедешь, опять за старое примется. Знаем мы его!
Богатырь перечить не стал, соскочил со змея и отсек у него голову.
На двенадцати подводах вывезли горожане змея из города и закопали в глубоком овраге.
Убрали черные флаги, что возвещали о беде — невзгоде, и весь народ повеселел.
А Вахрамей задал пир на весь мир. Созвал гостей со всех волостей. Рядом с собой, на самое почетное место, посадил Еруслана Лазаревича, принялся его потчевать:
— Ешь, пей, гость дорогой! Уж не знаю, чем отблагодарить тебя.
В ту пору из своих покоев вышла к гостям красавица царевна. Взглянул на нее богатырь да так и обмер — до того была прекрасна Марфа Вахрамеевна. «Отродясь не видывал краше, — подумал он, — век бы на нее глядел, любовался».
И у Марфы Вахрамеевны сердце екнуло. Чинно она гостям поклонилась, еще раз глянула на Еруслана Лазаревича и глаза опустила — хорош, пригож!
Пированье — столованье окончилось. Поблагодарили гости за хлеб, за соль, распрощались и разошлись, разъехались. Тогда Еруслан Лазаревич и повел речь:
— Приехал я к вам, царь — государь, по доброму делу, по сватовству. Если бы ты благословил, а Марфа Вахрамеевна пошла за меня замуж, так лучшей судьбы — доли мне и не надобно!
— Любезный Еруслан Лазаревич, если дочь согласна, так и я рад с тобой породниться. Теперь за тобой дело, Марфа Вахрамеевна, — повернулся он к дочери. — Скажи, люб ли тебе жених?
Зарумянилась девица — красавица, потупила очи ясные и потом промолвила:
— Я твоя и воля твоя, батюшка царь — государь! А коли благословишь, так я согласна.
— Вот и хорошо! — весело сказал царь Вахрамей. — Ай, по сердцу, по душе мне зять сыскался.
В царском житье ни пива варить, ни вина курить — всего вдоволь. В скором времени свадьбу сыграли, пир отпировали.
И стал Еруслан Лазаревич жить — поживать со своей молодой женой Марфой Вахрамеевной у тестя.
День за днем, неделя за неделей — так незаметно почти целый год прошел.
Как — то раз говорит Еруслан Лазаревич Марфе Вахрамеевне:
— Надо съездить проведать родителей, да и тебя показать отцу с матерью.
— Ох, рада бы я радехонька поехать твоих родителей повидать и с тобой не разлучаться, да ведь, сам видишь, нельзя мне теперь в дальнюю дорогу ехать, а путь туда не близкий, не легкий. Навести их в этот раз один, только скорее возвращайся. А на тот год уже всей семьей поедем. И помни: как поедешь мимо Девьего царства, станут тебя звать погостить, смотри не заезжай. Если заедешь, околдует тебя Царь — девица.
— Ну что ты! Зачем мне в Девье царство заезжать?
Потом подал ей золотой перстень с тем драгоценным камнем, что от морского змея получил:
— Если сын у нас родится, отдай ему, когда он в возраст придет. И пусть ни днем ни ночью перстня этого с руки не снимает.
Затем собрался, снарядился и отправился в путь — дорогу.
Едет Еруслан Лазаревич да едет. День прошел и другой прошел. На третий день видит — раскинулся перед ним сад, глазом не охватить. В том саду великолепный дворец стоит, золотой крышей на солнышке горит.
Страница 10 из 12
