Когда я была маленькой, бабушка часто бранила меня за привычку сидеть у окна часами, особенно в ночное время. Понимала ли она тогда, что пятилетний ребенок просто очень скучал по дому и родителям и совсем не любил бабушкину дачу, в отличие от других ее внуков? Не знаю.
Добавить в моё избранное
2 мин, 40 сек 18807
Но знаю одно — никогда не понимала бабушкиных слов: «Если глядишь ночью в окно, то никогда не знаешь, ЧТО может глядеть на тебя оттуда». При этих словах она всегда плотно зашторивала окно, отгоняя меня — как, впрочем, она проделывала это во всем доме. А я недоумевала: дача почти в тайге, в округе почти ни души, кто или что может подглядывать? И зачем?
Мне было около 7 лет, когда июльским теплым тихим вечером мы со старшей сестрой-подростком и младшим братом оставались дома одни. Родители с друзьями — такой же семейной парой — ушли в ресторан попить вина и потанцевать под живую музыку. Друзья предварительно завезли к нам домой их дочь (назовем ее Вика), ровесницу моей сестры. И, поскольку это было лето, у сестры все обязанности сводились к тому, чтобы загнать нас с братом со двора домой, накормить, помыть и уложить. Так что у сестры вся ночь оставалась свободной, и, избавившись от мелюзги (меня и брата), она отправилась на кухню посплетничать с новой подругой. Я очень хорошо помню эту ночь — я долго не могла заснуть, ворочалась, хотя ночь была наисвежайшей. Когда я все-таки заснула, мне снились какие-то беспокойные и кошмарные сны. Далее со слов сестры.
Они с Викой сидели за обеденным столом, болтали, пили чай, разглядывали журналы. Здесь надо отметить, что стол стоял у нас вплотную к окну, и обе девушки сидели боком к нему (напротив друг друга). Окно это было необычным — около 2 метров в длину и 1,5 метров в ширину, не открывалось ни внутрь, ни наружу. То есть просто огромный стеклянный прямоугольник в деревянной раме. Так вот, в какой-то момент моя сестра увидела боковым зрением что-то, как ей показалось, белое в окне и почувствовала, как будто кто-то смотрит на нее. В следующую же секунду она повернула голову по направлению к окну и потеряла дар речи. Глядя на мою сестру, Вика сделала то же самое.
Дальше обе девочки рассказывали одно и то же: в окне они увидели огромное (во все окно) белое лицо. Лицо это было вроде человеческим по физиологическим признакам (то есть, оно имело нос, губы и т. д.), но в то же время было ясно, что оно не принадлежит человеку, что-то «человеческое» в нем отсутствовало. Оно не было ни женским, ни мужским. Лицо смотрело куда-то вдаль комнаты, выискивая что-то или кого-то взглядом. Помните эпизод из фильма«Вий», где паночка искала Хому, носясь по кругу? Вот примерно так же описывала тот «невидящий» взгляд моя сестра. Сколько это длилось, никто не знает, но обе девочки в какой-то момент сообразили, что взгляд может найти их в любую минуту и выбежали из комнаты, спрятавшись в спальне родителей.
Утром моя сестра все рассказала родителям, Вика подтвердила. Отец отмахнулся, а мама была поражена и предположила, что это само горе заглядывало к нам (здесь также хочу отметить, что версию с розыгрышем и подглядыванием никто и не рассматривал, так как дом наш был построен на высоком фундаменте и расстояние от земли до окна было около 3 метров — плюс, повторюсь, лицо было гигантским, во все окно). Вечером мама рассказала об этом своей маме. Бабушка сказала ей, что это была ночь Ивана Купала, и какая-то разгулявшаяся нечисть, скорее всего, заглянула «на огонек», поскольку девочки сидели поздно ночью с открытым окном.
С тех пор с наступлением первых сумерек я закрываю все окна в доме.
Мне было около 7 лет, когда июльским теплым тихим вечером мы со старшей сестрой-подростком и младшим братом оставались дома одни. Родители с друзьями — такой же семейной парой — ушли в ресторан попить вина и потанцевать под живую музыку. Друзья предварительно завезли к нам домой их дочь (назовем ее Вика), ровесницу моей сестры. И, поскольку это было лето, у сестры все обязанности сводились к тому, чтобы загнать нас с братом со двора домой, накормить, помыть и уложить. Так что у сестры вся ночь оставалась свободной, и, избавившись от мелюзги (меня и брата), она отправилась на кухню посплетничать с новой подругой. Я очень хорошо помню эту ночь — я долго не могла заснуть, ворочалась, хотя ночь была наисвежайшей. Когда я все-таки заснула, мне снились какие-то беспокойные и кошмарные сны. Далее со слов сестры.
Они с Викой сидели за обеденным столом, болтали, пили чай, разглядывали журналы. Здесь надо отметить, что стол стоял у нас вплотную к окну, и обе девушки сидели боком к нему (напротив друг друга). Окно это было необычным — около 2 метров в длину и 1,5 метров в ширину, не открывалось ни внутрь, ни наружу. То есть просто огромный стеклянный прямоугольник в деревянной раме. Так вот, в какой-то момент моя сестра увидела боковым зрением что-то, как ей показалось, белое в окне и почувствовала, как будто кто-то смотрит на нее. В следующую же секунду она повернула голову по направлению к окну и потеряла дар речи. Глядя на мою сестру, Вика сделала то же самое.
Дальше обе девочки рассказывали одно и то же: в окне они увидели огромное (во все окно) белое лицо. Лицо это было вроде человеческим по физиологическим признакам (то есть, оно имело нос, губы и т. д.), но в то же время было ясно, что оно не принадлежит человеку, что-то «человеческое» в нем отсутствовало. Оно не было ни женским, ни мужским. Лицо смотрело куда-то вдаль комнаты, выискивая что-то или кого-то взглядом. Помните эпизод из фильма«Вий», где паночка искала Хому, носясь по кругу? Вот примерно так же описывала тот «невидящий» взгляд моя сестра. Сколько это длилось, никто не знает, но обе девочки в какой-то момент сообразили, что взгляд может найти их в любую минуту и выбежали из комнаты, спрятавшись в спальне родителей.
Утром моя сестра все рассказала родителям, Вика подтвердила. Отец отмахнулся, а мама была поражена и предположила, что это само горе заглядывало к нам (здесь также хочу отметить, что версию с розыгрышем и подглядыванием никто и не рассматривал, так как дом наш был построен на высоком фундаменте и расстояние от земли до окна было около 3 метров — плюс, повторюсь, лицо было гигантским, во все окно). Вечером мама рассказала об этом своей маме. Бабушка сказала ей, что это была ночь Ивана Купала, и какая-то разгулявшаяся нечисть, скорее всего, заглянула «на огонек», поскольку девочки сидели поздно ночью с открытым окном.
С тех пор с наступлением первых сумерек я закрываю все окна в доме.
