Погода была просто ужасной, мерзкой. Стоял ноябрь, с неба сыпался дождь со снегом, выл ветер, улицы сковал лед, а сверху него была вода. Холодно, сыро, пробирает до костей. Студент дневного отделения — Кирилл Понамарев засиделся в библиотеке и теперь спешил домой, а на город, тем временем спускались сумерки, окрашивая его в синий.
Добавить в моё избранное
3 мин, 26 сек 111
«Ну и погода, — думал он. — Скорее в дом, в тепло. Как же замерзли руки».
Он свернул во дворы своего района, чтоб быстрее попасть домой. Он шел через двор соседнего дома и уже видел желтый свет в своих окнах. «Скорей всего мама уже волнуется» — подумал Кирилл и прибавил шаг.
Улицы были пусты, в такую погоду люди стараются сидеть дома и не выходить без надобности. Но у одного подъезда он приметил ребенка! Кирилл уже прошел мимо, но вернулся что-то в этом ребенке ему показалось странным и он решил подойти. Это был маленький мальчик и Кирилл его не узнавал, хотя прожил в этом доме всю жизнь и знал своих соседей.
Мальчик сидел, обняв свои ноги и положил голову на колени. Вот что в нем было странным — несмотря на холод и дождь ребенок был в тонкой пижаме, но зимних сапогах, правда на голую ногу (виднелись голые щиколотки). «Это немыслимо!» — возмутился внутри своих мыслей Кирилл.
— Эй, что случилось, малыш? — как можно мягче спросил Кирилл.
Мальчик поднял глаза, они были красными от слез.
— Моей бабушке не хорошо — и он разревелся навзрыд.
— А твои родители? Где они?
— У меня только бабуля. — провыл жалобно малыш. В голосе слышалась обреченность и боль, такая сильная, на которую только способен такой кроха.
Кирилл еще раз взглянул в свои окна. Они манили теплом, но как он мог бросить этого мальчика тут одного, скоро совсем стемнеет, а на улице так холодно.
— Ну, пойдем посмотрим, чем мы можем ей помочь — улыбнулся Кирилл.
Мальчик, не переставая плакать, кивнул. Молодой человек расстегнул куртку и прижал к себе малыша и на руках понес его к подъезду, на который показывал мальчик. В подъезде света не было, свет попадал только из открытой подъездной двери.
Из трех дверей на первом этаже одна была открыта и Кирилл понял куда им следует войти. Неся мальчишку на руках — он переступил порог квартиры. Нашел выключатель в прихожей — поклацал, но свет не зажегся. Ему пришлось поставить мальчика на пол.
— Иди за мной, хорошо? — сказал он и мальчик опять кивнул.
Квартира была в плохом состоянии, очень грязная, в ней стоял ужасный запах. Обои выцвели давно и местами свисали до пола, в окна почти не попадал свет и Кирилл решил подсветить подсветкой на телефоне.
Пройдя коридор, они вошли в зал, но в зале бабули не оказалось и он подошел к закрытой двери, ведущей в комнату. Дверь со скрипом отворилась. Комната была очень маленькая. Свет на телефоне выхватил старинный шкаф и кровать. А на кровати лежала она… БАБУЛЯ!
Бабуля по всем признакам была мертва и немало времени пролежала здесь. Кирилл оглянулся на ребенка, он стоял за его спиной и сдавленно выл, прикрыв ладошкой рот, это зрелище щемило сердце Кириллу. Ну как же так! Он похлопал мальчика по плечу и тот отошел чуть к двери.
Кирилл подошел к кровати бабули, зрелище было пугающим. «И как этот ребенок сможет такое пережить?» — все думал Кирилл и посветил телефоном на бабулю.
Она была очень полной, с длинными, косматыми седыми волосами. На ней была старая, рваная ночная рубашка. Рука свисала с кровати, а около руки висела ее огромная левая грудь, которая вывались через дыру. Глаза смотрели в потолок, рот тоже был открыт и из него виднелись зубы и бурый язык. В целом выражение лица походило на оскал.
— Какой кошмар, надо ментов вызывать — сказал вслух Кирилл и повернул к себе телефон, чтобы набрать номер полиции.
Но тут она повернула голову!
— Что за? — вырвалось у него.
Кирилл хотел сделать шаг назад, но старуха ухватилась своей мерзкой рукой за рукав его куртки.
— Какой милый мальчик — прохрипела она, — пришел проведать свою бабуулю! Ням-ням!
Парень пытался вырваться, но старухина рука его не отпускала, а наоборот притягивала к себе! Он видел ее лицо… ее ужасное лицо и то, как она облизывает свои иссохшиеся губы этим мерзким языком.
Кирилл не мог смотреть на нее и отвернул голову к двери, ища путь к отступлению. А в дверном проеме стоял тот самый мальчик, только он уже не плакал, а хищно улыбался.
— Теперь моей бабуле будет лучше! — сказал он и хихикнул очень злобно. Потом в одно мгновение он подпрыгнул и в прыжке срезал голову молодого человека огромным ножом.
Старуха пронзительно завизжала и стала жадно пить кровь из шеи Кирилла, которая фонтаном била из аорты, гоняемая все еще живым сердцем.
Он свернул во дворы своего района, чтоб быстрее попасть домой. Он шел через двор соседнего дома и уже видел желтый свет в своих окнах. «Скорей всего мама уже волнуется» — подумал Кирилл и прибавил шаг.
Улицы были пусты, в такую погоду люди стараются сидеть дома и не выходить без надобности. Но у одного подъезда он приметил ребенка! Кирилл уже прошел мимо, но вернулся что-то в этом ребенке ему показалось странным и он решил подойти. Это был маленький мальчик и Кирилл его не узнавал, хотя прожил в этом доме всю жизнь и знал своих соседей.
Мальчик сидел, обняв свои ноги и положил голову на колени. Вот что в нем было странным — несмотря на холод и дождь ребенок был в тонкой пижаме, но зимних сапогах, правда на голую ногу (виднелись голые щиколотки). «Это немыслимо!» — возмутился внутри своих мыслей Кирилл.
— Эй, что случилось, малыш? — как можно мягче спросил Кирилл.
Мальчик поднял глаза, они были красными от слез.
— Моей бабушке не хорошо — и он разревелся навзрыд.
— А твои родители? Где они?
— У меня только бабуля. — провыл жалобно малыш. В голосе слышалась обреченность и боль, такая сильная, на которую только способен такой кроха.
Кирилл еще раз взглянул в свои окна. Они манили теплом, но как он мог бросить этого мальчика тут одного, скоро совсем стемнеет, а на улице так холодно.
— Ну, пойдем посмотрим, чем мы можем ей помочь — улыбнулся Кирилл.
Мальчик, не переставая плакать, кивнул. Молодой человек расстегнул куртку и прижал к себе малыша и на руках понес его к подъезду, на который показывал мальчик. В подъезде света не было, свет попадал только из открытой подъездной двери.
Из трех дверей на первом этаже одна была открыта и Кирилл понял куда им следует войти. Неся мальчишку на руках — он переступил порог квартиры. Нашел выключатель в прихожей — поклацал, но свет не зажегся. Ему пришлось поставить мальчика на пол.
— Иди за мной, хорошо? — сказал он и мальчик опять кивнул.
Квартира была в плохом состоянии, очень грязная, в ней стоял ужасный запах. Обои выцвели давно и местами свисали до пола, в окна почти не попадал свет и Кирилл решил подсветить подсветкой на телефоне.
Пройдя коридор, они вошли в зал, но в зале бабули не оказалось и он подошел к закрытой двери, ведущей в комнату. Дверь со скрипом отворилась. Комната была очень маленькая. Свет на телефоне выхватил старинный шкаф и кровать. А на кровати лежала она… БАБУЛЯ!
Бабуля по всем признакам была мертва и немало времени пролежала здесь. Кирилл оглянулся на ребенка, он стоял за его спиной и сдавленно выл, прикрыв ладошкой рот, это зрелище щемило сердце Кириллу. Ну как же так! Он похлопал мальчика по плечу и тот отошел чуть к двери.
Кирилл подошел к кровати бабули, зрелище было пугающим. «И как этот ребенок сможет такое пережить?» — все думал Кирилл и посветил телефоном на бабулю.
Она была очень полной, с длинными, косматыми седыми волосами. На ней была старая, рваная ночная рубашка. Рука свисала с кровати, а около руки висела ее огромная левая грудь, которая вывались через дыру. Глаза смотрели в потолок, рот тоже был открыт и из него виднелись зубы и бурый язык. В целом выражение лица походило на оскал.
— Какой кошмар, надо ментов вызывать — сказал вслух Кирилл и повернул к себе телефон, чтобы набрать номер полиции.
Но тут она повернула голову!
— Что за? — вырвалось у него.
Кирилл хотел сделать шаг назад, но старуха ухватилась своей мерзкой рукой за рукав его куртки.
— Какой милый мальчик — прохрипела она, — пришел проведать свою бабуулю! Ням-ням!
Парень пытался вырваться, но старухина рука его не отпускала, а наоборот притягивала к себе! Он видел ее лицо… ее ужасное лицо и то, как она облизывает свои иссохшиеся губы этим мерзким языком.
Кирилл не мог смотреть на нее и отвернул голову к двери, ища путь к отступлению. А в дверном проеме стоял тот самый мальчик, только он уже не плакал, а хищно улыбался.
— Теперь моей бабуле будет лучше! — сказал он и хихикнул очень злобно. Потом в одно мгновение он подпрыгнул и в прыжке срезал голову молодого человека огромным ножом.
Старуха пронзительно завизжала и стала жадно пить кровь из шеи Кирилла, которая фонтаном била из аорты, гоняемая все еще живым сердцем.
