Таинственный покров с тебя срывая, внезапно удивление постиг. Казалась ты невинная такая, но я сдержать не смог досады крик.
1 мин, 0 сек 112
Увидел вместо девственной принцессы -
Кудесницу в бесстыдной наготе!
Остыл мой пыл завзятого повесы.
Стал робок я, как «многие не те».
Твой взгляд стал вдруг призывным и нахальным!
И прелести твои — все на виду.
Теперь себя не чувствую брутальным.
И боле на свиданье не приду!
Расхохоталась ведьма горделиво.
Сказала: «Что же ты так оробел?!»
Ведь говорил надменно и спесиво.
Теперь же весь от страха поседел.
Чем я не хороша тебе, желанный?
Быть может, я прекраснее мечты?
Момент настал, тобою долгожданный.
Иди ко мне! Ну, что же медлишь ты?!
И как мне объяснить моё смятенье?
(А сердце скачет, выскочить грозя!)
Застыл я в небывалом потрясении.
Ответил: «Вот так сразу? Нет. Нельзя.»
Я думал, ты не ведьма, а девица.
Невинная и юная. А ты…
Ну как я мог, дурак, в тебя влюбиться?!
Отродье Ада! Монстр Пустоты!
Не первое столетье за плечами,
Наверное, старуха, у тебя.
Таких, как я, зовёшь ты палачами.
И любишь, вижу, только лишь себя!
Ответила карга мне величаво:
«Ты — инквизитор! Чем ты не палач?!»
Насмешки над тобой — моё в том право.
Куда же ты понёсся резво вскачь?
… А я бежал, желая никогда уж
Не связываться с женщинами впредь!
Иначе вдруг возьму такую замуж?!
Останется — со страха умереть.
Кудесницу в бесстыдной наготе!
Остыл мой пыл завзятого повесы.
Стал робок я, как «многие не те».
Твой взгляд стал вдруг призывным и нахальным!
И прелести твои — все на виду.
Теперь себя не чувствую брутальным.
И боле на свиданье не приду!
Расхохоталась ведьма горделиво.
Сказала: «Что же ты так оробел?!»
Ведь говорил надменно и спесиво.
Теперь же весь от страха поседел.
Чем я не хороша тебе, желанный?
Быть может, я прекраснее мечты?
Момент настал, тобою долгожданный.
Иди ко мне! Ну, что же медлишь ты?!
И как мне объяснить моё смятенье?
(А сердце скачет, выскочить грозя!)
Застыл я в небывалом потрясении.
Ответил: «Вот так сразу? Нет. Нельзя.»
Я думал, ты не ведьма, а девица.
Невинная и юная. А ты…
Ну как я мог, дурак, в тебя влюбиться?!
Отродье Ада! Монстр Пустоты!
Не первое столетье за плечами,
Наверное, старуха, у тебя.
Таких, как я, зовёшь ты палачами.
И любишь, вижу, только лишь себя!
Ответила карга мне величаво:
«Ты — инквизитор! Чем ты не палач?!»
Насмешки над тобой — моё в том право.
Куда же ты понёсся резво вскачь?
… А я бежал, желая никогда уж
Не связываться с женщинами впредь!
Иначе вдруг возьму такую замуж?!
Останется — со страха умереть.