Фандом: Гарри Поттер. Припадки ревности вредны для здоровья.
Добавить в моё избранное
4 мин, 50 сек 151
Очень уж специфическое внимание она уделяет тем, кто не смог доказать свою силу и полезность. Белла встаёт, автоматическим жестом отряхивает платье и возвращается на своё место. Всё ещё покручивая в пальцах палочку, она не отводит взгляда от безмолвно кричащего что-то Родольфуса и почти нежно улыбается.
Как удачно, что у них есть немного времени, чтобы насладиться обществом друг друга.
Часом позже Нарцисса, зайдя в комнату, едва не спотыкается о раскинувшегося на полу зятя. Белла приветственно улыбается сестре, склоняя голову к плечу, и возвращается к изучению газетных страниц. Некоторое время Нарцисса недоумённо разглядывает порядком помятого Родольфуса, раздумывая, будет ли приличным поинтересоваться, что случилось. Однако прирождённая, хоть и старательно скрываемая живость характера не даёт ей удержать своё любопытство в узде.
— Что здесь происходит, Белла? — спрашивает она максимально безразлично, и куда нежнее, чем перед тем его жена, тыкает изящной туфелькой Родольфусу под рёбра. Зятя Нарцисса презирает ничуть не меньше, чем сестра, что не является для той секретом.
Белла окидывает мужа равнодушным взглядом. Она полна спокойствия и невозмутимости, граничащей с издёвкой.
— Родольфус случайно напоролся на мой круциатус.
В комнате повисает краткое, красноречивое молчание. Нарцисса продолжает разглядывать распростёртое на полу тело, мимоходом отмечая степень его повреждений. Круциатус? Один круциатус, и всё? Она переводит скептический взгляд на сестру. Белла, откинувшись на спинку жёсткого стула, снова берётся за газету и добавляет нейтральным тоном:
— Он напоролся на мой круциатус десять раз, милая.
На укоряющий взгляд сестры Белла не обращает внимания. Никто не смеет обвинять её, Беллатрису Блэк, в неверности.
Как бы то ни было, Родольфус виновен сам.
Как удачно, что у них есть немного времени, чтобы насладиться обществом друг друга.
Часом позже Нарцисса, зайдя в комнату, едва не спотыкается о раскинувшегося на полу зятя. Белла приветственно улыбается сестре, склоняя голову к плечу, и возвращается к изучению газетных страниц. Некоторое время Нарцисса недоумённо разглядывает порядком помятого Родольфуса, раздумывая, будет ли приличным поинтересоваться, что случилось. Однако прирождённая, хоть и старательно скрываемая живость характера не даёт ей удержать своё любопытство в узде.
— Что здесь происходит, Белла? — спрашивает она максимально безразлично, и куда нежнее, чем перед тем его жена, тыкает изящной туфелькой Родольфусу под рёбра. Зятя Нарцисса презирает ничуть не меньше, чем сестра, что не является для той секретом.
Белла окидывает мужа равнодушным взглядом. Она полна спокойствия и невозмутимости, граничащей с издёвкой.
— Родольфус случайно напоролся на мой круциатус.
В комнате повисает краткое, красноречивое молчание. Нарцисса продолжает разглядывать распростёртое на полу тело, мимоходом отмечая степень его повреждений. Круциатус? Один круциатус, и всё? Она переводит скептический взгляд на сестру. Белла, откинувшись на спинку жёсткого стула, снова берётся за газету и добавляет нейтральным тоном:
— Он напоролся на мой круциатус десять раз, милая.
На укоряющий взгляд сестры Белла не обращает внимания. Никто не смеет обвинять её, Беллатрису Блэк, в неверности.
Как бы то ни было, Родольфус виновен сам.
Страница 2 из 2
