Операция «Санта-Клаус»

Глава 1

Да-а… хорошо погуляли вчера! Теперь хочется начать новую жизнь.

В новом городе.

Под новым именем. (с)

— Гарри, ты однозначно сошёл с ума! — деловито заметила Гермиона Грейнджер, со скоростью разъяренного кентавра носившаяся по комнате и с каким-то исступлением украшавшая любые попадавшиеся на пути поверхности гирляндами, блестящими шариками и еловыми ветками. — Сейчас я закончу праздничные приготовления и сразу же отведу тебя в больничное крыло!

— Ты не понимаешь! Мы должны, нет, это наш священный долг! — с надрывом проговорил Поттер, безуспешно пытавшийся отбросить с глаз настырно лезущую черную прядь. — Сколько лет я боролся с тёмными волшебниками, спасал мир и вообще был занят кучей других не менее полезных занятий. И почему-то все основные поручения приходились именно в канун Рождества! С меня хватит! НА-ДО-Е-ЛО! — рявкнул он, вскакивая с кресла. Гермиона подпрыгнула от неожиданности и выронила коробку с игрушками, одарив при этом своего друга убийственным, как возможный шампунь профессора Снейпа, взглядом.

— Только подумай, — продолжил он, — как замечательно было бы отпраздновать Рождество, по-настоящему отпраздновать! Или ты предлагаешь посидеть дома, тихо слопать по тарелке с пудингом и отправиться спать? Это же ужасно! Без рождественских гимнов, без близких…

— О, звучит, как мечта моего детства!

— Без шумного застолья, без стола, ломящегося от тортов, пирожных, салатов…

— Бр-р! — Грейнджер передернуло при воспоминании об армаде дражайших дядюшек и тетушек, упоенно распевающих рождественские гимны до того состояния, когда их блаженные физиономии не рухнут в тот самый злополучный салат.

— Без подарков!

— Очень даже представляю, — кисло отозвалась девушка, каждый год находившая под елкой зубную нить и медицинский справочник, наглядно иллюстрирующий все стадии заболевания кариесом.

— Брось, Гермиона! Гарри прав, — в проеме двери нарисовался Рон Уизли, тащивший за собой…

— Кактус?! Это что, во имя Мерлина, за шуточки?!

— Ты сама сказала: принеси дерево большое и зеленое, колючее, ну вот я и…

— РОН!

— Кактус — отличное новогоднее дерево! А как свежо на нём заиграют привычные елочные игрушки!

— Я тебя сейчас!

— Да ладно, ладно! Ёлки уже все спилили до нас, — признался Рон. Неожиданно он ухмыльнулся. — Ты бы видела, как Захария и Симус пытались друг у друга последнюю ель отобрать! Притащили её со двора в школу и давай на себя перетягивать! Чуть без глаз не остались! Я как-то побоялся к ним присоединяться, праздник лучше справлять без ёлки, чем без глаз, знаешь ли… И тут я оборачиваюсь, вижу — кактус стоит. Большой такой, красивый! Ну, я его под шумок и…

— И?

— Невилл совсем не расстроится, не переживай!

— Невилл?

— Ну да, — Уизли куда-то заторопился, — Это же его… гхм… ель была… наверное. Вы что вообще ко мне прицепились-то, а?! — внезапно обрушился он на остолбеневшего Гарри. — Ёлка вам не нравится, кактус не нравится! Сами ищите, раз умные такие! — и он пулей вылетел из комнаты, взвалив при этом на Поттера горшок с колючкой.

Зима в этом году и в правду выдалась отменной: снег весело валил с неба крупными хлопьями, из-за чего на земле образовались сугробы выше человеческого роста; вместо непонятной, сыровато — мерзловатой погодки стоял настоящий зимний мороз, довольно необычный для этой части Англии. Сияло солнце, снегвесело переливался всеми цветами радуги, сияя миллионами маленьких бриллиантов.

Несколько очумевший после нескончаемых унылых и серых дней первого семестра народ всей живой развеселой массой высыпал на улицу играть в снежки и кататься на льду, который в этом году залил для школы Хагрид.

Кстати, насчет сугробов. То, что они бывают высокими, как самомнение некого Малфоя Д. — это факт. Но вот передвигающимися следом за учениками — даже для прогрессивной и после проделок близнецов Уизли привыкшей АБСОЛЮТНО ко всему школе Хогвартс, это было слишком.

Картина была такова: беззаботный и ничего не подозревающий Колин Криви вприпрыжку бежал по школьному двору. За ним медленно и угрожающе полз гигантских размеров сугроб. Когда Колин резко затормозил, видимо, пораженный какой-то внезапно вспыхнувшей в голове мыслью, сугроб столь же внезапно остановился. Так они и стояли: напряженно думающий мальчик и не менее напряженно наблюдавший за ним сугроб. За то время, пока Криви молча стоял, размышляя о судьбах мира, на верхушку сугроба ветром намело сугроб-малютку. Выглядело это весьма… умилительно.

Гриффиндорцы не умеют долго думать — это факт. Вот и Криви, следуя неписанным нормам поведения своего факультета, заулыбался наиглупейшей улыбкой и бодро поскакал дальше. Сугроб неожиданно по-человечески крякнул и уныло пополз в обратную сторону. Путь к отступлению был неожиданно отрезан большой серой кошкой, испепеляющий взгляд которой прожигал сугроб до основания.