Девочка в пятнадцать лет лишается родителей, но не сдается. Проходит четыре года. Она известная гонщица, жизнь налаживается, но все меняется после появления в городе банды убийц.
95 мин, 58 сек 1263
Мастер-давать-клички-лол.»
— Здравствуйте, художник, фотограф, бухгалтер, гонщик, киллер (на подработке) слушает Вас.
— Эмм… Привет, Кетрин.
— О! Жефф! Ты ли это?
— Ой, все! Хватит…
— А понос не прохватит?
— Кет! Я же нормально к тебе обращаюсь! Чо ты как эта?
— Ладно, ладно, сорян.
— Ой, все!
— Ахахах… Ок ок ок. Не смеюсь. Все. Что хотел?
— Спросить как дела. — Воу воу. У кого-то горит там походу.
— Огнетушитель нужен? Ладно. Тепрь все.
— Я смотрю, у тебя игривое настроение? — вот не надо мне тут этот пошловатый тон!
— По телефону не круто, Джефф.
— Ехехех. Как дела? — воот… совсем другое дело. Не то что это…
— Нормально, спасибо. Как сам?
— Сейчас все нормально. Но как только узнал, что ты уехала, признаю, меня бомбило. Бомбило так. Что дом Слена грозился сгореть в пламени моего огня. Меня пытался успокоить Офф, но он плюнул на это дело и ушел… … дожевывая сою розу… Да. Вот так как-то.
— Воу воу. Опасный.
— Мама ама криминал.
Примерно в таком же духе мы говорили почти час. У Джефа кончились деньги. Неудачник аахаха. Но-теперь-я-еще-больше-хочу-СПАТЬ! Спать, спать, спать… Пожалуй пойду, а то и не дойду вовсе.
Удар. Как будто меня кто-то немного толкнул. Огонь. Я бегу, как и в тот раз, первая, вторая, третья… И вот, опять эта башня. Все как и в тот раз. Что же ты будешь делать?
— Я не хочу! Хватит! Чего ты добиваешься?! Я не хочу видеть смерть! Прекрати!
Это была моя ошибка. В следующую секунду я уже орала от боли и каталась на земле. Ничего не слышу. Только ужасный шум. За что? Что я тебе сделала? Поднимаюсь, когда боль отступает. Надо. Взять. Эту. Записку. Хватаюсь за уступы в стене. Но не успеваю подняться и на четверть, как чувствую щупальце на своей ноге. А потом меня швырнули. Я не поняла, что произошло, но теперь эта башня в метрах семи от меня. Нога болит, но терпимо, значит, не сломала. Встаю и бегу опять к этой башне. Опять хватаюсь за вытащившиеся кирпичи, надо залезть как можно выше. Там есть что-то вроде балкончика, а там и записка. Ты наблюдаешь. Что ты задумал? Что-то произойдет, что-то ужасное. Спустя пару минут я все-таки попала на этот балкон. Но теперь еще две проблемы. Балкон развалился, теперь записка весит на другой стороне, а внизу все в огне. Он поджег. Поджег траву. Теперь у меня два варианта. Либо я перепрыгиваю и хватаю записку, либо не допрыгиваю и падаю в огонь. На этой высоте много дыма, он ест глаза, поэтому я плохо вижу, а еще кашель, я не могу сосредоточиться.
— Чего же ты ждешь? — Этот голос заставляет вздрогнуть. Как ты тут оказался?
— Я не могу…
— Тогда придется тебя заставить.
Последнее, что я успеваю увидеть, так это то, что он убивает мою подругу… мой крик… и я… … просыпаюсь.
< Что происходит? Почему ты испытываешь страх? Что-то случилось?>
Быстрый, как… мустанг. Когда он успел? В — Ванга.
< Да просто сон плохой повторился. Ничего необычного. Это у меня, наверное, из-за того, что я переехала. Все хорошо. Правда… ) >
Я врала. Ничего не хорошо. Все совсем не хорошо. Никогда я еще не испытывала такое. Все было так реалистично, до сих пор чувствую жар пламени, а еще нога болит, как будто за нее хватались. Телефон… Не надо быть всевидящим, чтобы понять кто звонит.
— Ало.
Я старалась говорить ровно, но это было не убедительно.
— Что именно тебе снилось?
— Слен, спасибо, что беспокоишься, но все хорошо. Просто я переутомилась и…
— Что. Тебе. Снилось?
— Это важно?
— Просто ответь.
В течении десяти минут я рассказывала ему все до мельчайших деталей. Он не перебивал, что очень радовало. Мне было трудно говорить. Я будто все переживала заново. Ужасно.
— Ясно. Я тебя понял. Думаю, что тебе нужно приезжать обратно. Это не хорошо. Эти сны могут быть вызваны многими причинами. Ты последнее время была сама не своя. Твое поведение меня настораживало…
— А как ты…
— Не перебивай. Приезжай. Расскажешь мне все, что тебя тревожило, все свои страхи, эти сны… Я должен знать все.
— Давно ты стал психологом?
— Я хочу помочь тебе, Кет. Друзьям же помогают.
— Хорошо. Через два часа буду.
— Жду.
И я поехала. Он прав. Всегда прав…
Час спустя.
Что-то мне нехорошо. Тошнота, головная боль, болят глаза, учащенное сердцебиение, ломит кости, жарко… Со мной еще такого не было. Это не хорошо.
С каждой минутой мое состояние ухудшалось, но я не прекращала движение. Осталось немного.
Резко картинка перед глазами начала меняться.
— Здравствуйте, художник, фотограф, бухгалтер, гонщик, киллер (на подработке) слушает Вас.
— Эмм… Привет, Кетрин.
— О! Жефф! Ты ли это?
— Ой, все! Хватит…
— А понос не прохватит?
— Кет! Я же нормально к тебе обращаюсь! Чо ты как эта?
— Ладно, ладно, сорян.
— Ой, все!
— Ахахах… Ок ок ок. Не смеюсь. Все. Что хотел?
— Спросить как дела. — Воу воу. У кого-то горит там походу.
— Огнетушитель нужен? Ладно. Тепрь все.
— Я смотрю, у тебя игривое настроение? — вот не надо мне тут этот пошловатый тон!
— По телефону не круто, Джефф.
— Ехехех. Как дела? — воот… совсем другое дело. Не то что это…
— Нормально, спасибо. Как сам?
— Сейчас все нормально. Но как только узнал, что ты уехала, признаю, меня бомбило. Бомбило так. Что дом Слена грозился сгореть в пламени моего огня. Меня пытался успокоить Офф, но он плюнул на это дело и ушел… … дожевывая сою розу… Да. Вот так как-то.
— Воу воу. Опасный.
— Мама ама криминал.
Примерно в таком же духе мы говорили почти час. У Джефа кончились деньги. Неудачник аахаха. Но-теперь-я-еще-больше-хочу-СПАТЬ! Спать, спать, спать… Пожалуй пойду, а то и не дойду вовсе.
Удар. Как будто меня кто-то немного толкнул. Огонь. Я бегу, как и в тот раз, первая, вторая, третья… И вот, опять эта башня. Все как и в тот раз. Что же ты будешь делать?
— Я не хочу! Хватит! Чего ты добиваешься?! Я не хочу видеть смерть! Прекрати!
Это была моя ошибка. В следующую секунду я уже орала от боли и каталась на земле. Ничего не слышу. Только ужасный шум. За что? Что я тебе сделала? Поднимаюсь, когда боль отступает. Надо. Взять. Эту. Записку. Хватаюсь за уступы в стене. Но не успеваю подняться и на четверть, как чувствую щупальце на своей ноге. А потом меня швырнули. Я не поняла, что произошло, но теперь эта башня в метрах семи от меня. Нога болит, но терпимо, значит, не сломала. Встаю и бегу опять к этой башне. Опять хватаюсь за вытащившиеся кирпичи, надо залезть как можно выше. Там есть что-то вроде балкончика, а там и записка. Ты наблюдаешь. Что ты задумал? Что-то произойдет, что-то ужасное. Спустя пару минут я все-таки попала на этот балкон. Но теперь еще две проблемы. Балкон развалился, теперь записка весит на другой стороне, а внизу все в огне. Он поджег. Поджег траву. Теперь у меня два варианта. Либо я перепрыгиваю и хватаю записку, либо не допрыгиваю и падаю в огонь. На этой высоте много дыма, он ест глаза, поэтому я плохо вижу, а еще кашель, я не могу сосредоточиться.
— Чего же ты ждешь? — Этот голос заставляет вздрогнуть. Как ты тут оказался?
— Я не могу…
— Тогда придется тебя заставить.
Последнее, что я успеваю увидеть, так это то, что он убивает мою подругу… мой крик… и я… … просыпаюсь.
Глава 29
Сколько это может продолжаться? Это уже второй раз. И опять я с криком просыпаюсь. Что это? Смс? То за…?< Что происходит? Почему ты испытываешь страх? Что-то случилось?>
Быстрый, как… мустанг. Когда он успел? В — Ванга.
< Да просто сон плохой повторился. Ничего необычного. Это у меня, наверное, из-за того, что я переехала. Все хорошо. Правда… ) >
Я врала. Ничего не хорошо. Все совсем не хорошо. Никогда я еще не испытывала такое. Все было так реалистично, до сих пор чувствую жар пламени, а еще нога болит, как будто за нее хватались. Телефон… Не надо быть всевидящим, чтобы понять кто звонит.
— Ало.
Я старалась говорить ровно, но это было не убедительно.
— Что именно тебе снилось?
— Слен, спасибо, что беспокоишься, но все хорошо. Просто я переутомилась и…
— Что. Тебе. Снилось?
— Это важно?
— Просто ответь.
В течении десяти минут я рассказывала ему все до мельчайших деталей. Он не перебивал, что очень радовало. Мне было трудно говорить. Я будто все переживала заново. Ужасно.
— Ясно. Я тебя понял. Думаю, что тебе нужно приезжать обратно. Это не хорошо. Эти сны могут быть вызваны многими причинами. Ты последнее время была сама не своя. Твое поведение меня настораживало…
— А как ты…
— Не перебивай. Приезжай. Расскажешь мне все, что тебя тревожило, все свои страхи, эти сны… Я должен знать все.
— Давно ты стал психологом?
— Я хочу помочь тебе, Кет. Друзьям же помогают.
— Хорошо. Через два часа буду.
— Жду.
И я поехала. Он прав. Всегда прав…
Час спустя.
Что-то мне нехорошо. Тошнота, головная боль, болят глаза, учащенное сердцебиение, ломит кости, жарко… Со мной еще такого не было. Это не хорошо.
С каждой минутой мое состояние ухудшалось, но я не прекращала движение. Осталось немного.
Резко картинка перед глазами начала меняться.
Страница 21 из 25