Тут его даже сам Сатана подставил, оставив в живых, так ещё и на попечение безрассудному маньяку-убийце. И вот теперь сиди и думай, а не перейти ли на сторону добра в качестве забастовки.
Добавить в моё избранное
22 мин, 13 сек 369
Зачем не знаю, но на данный момент, я ничего больше придумать не могу. Все только с научной точки зрения, как хирург… Но потом все идёт не по сценарию… Чёрт, кто вообще этот сюжет писал?!
Наклоняюсь к лицу Вудса, придерживая его руки. Кусаю за нижнюю губу, заставляя того открыть рот, провожу языком по шершавым губам. Джеффри, чтоб его, даже не сопротивляется. Ненависть к этому человеку уже просто зашкаливает, и вследствие этого, не в силах её подавить, прокусываю губу парня до крови. Чувствую, как он улыбается, словно смеётся над тем, что я не могу совладать с этими негативными эмоциями, так и рвущимися наружу. Такое чувство, что я взболтанная банка Кока-Колы, дайте повод и взорвусь к чертям.
Беру себя в руки, слизываю каплю крови, повторяя себе, что это все чисто ради интереса. Парень приоткрывает рот, лежит смирно, практически не шевелится…
Колено ненароком оказывается между его ног, ну тут уж так вышло, я ведь не виноват, что он их расставил. Тут я понимаю, что настал колоссальный… Звиздец… Потому что, приоткрыв глаза, я столкнулся с ним взглядом. Веки немного приопущены, стеклянно-серые глаза как-то непривычно блестят, брови сведены, будто в какой-то момент ему стало неловко, но не тут-то было. Мало того, что дышит тяжело, так ещё и застонал мне в губы, хрипло так, еле слышно. А я понял, что делаю все только хуже, по крайней мере себе и к тому же с моральной точки зрения. Ведь осознание того, что от этого звука мне чуть ли не крышу сносит, ни капли не успокаивало, даже наоборот. Только вот слабая, изредка пульсирующая боль в ноге, заставляла прийти в себя. Словно давала пощёчину.
Если подумать, то после того, как я стал тем, кем являюсь сейчас, я как-то и не думал о том, чтобы с кем-то переспать и все тому подобное. Основное, что я делал — убивал, ел людей, все, а что ещё для счастья нужно каннибалу? И я теперь понимаю, от чего меня жизнь оберегала…
Толкаю язык парня своим, слегка прикусываю его. Снова, только сильней надавливаю коленом на его промежность, как-будто случайно соскальзываю, после чего слышу то, чего добивался. Джеффри держится молодцом, но стоны, хоть и тихие, он не сдерживает, может и не пытается, кто его знает. Такой расклад меня не устраивает. Похоже, я свихнулся. У меня от всего этого уже пятна с кругами перед глазами. Даже о том, что это все чисто из любопытства забыл. Хотя, к черту науку. Отстраняюсь от лица Вудса, губы которого растянулись в самодовольной ухмылке.
— Как же я тебя ненавижу, Вудс.
— Да-да, я прям чувствую эту твою ненависть. Меня ещё никогда так не ненавидели, как ты сейчас и… — Отпускаю одно запястье бледнолицего, направляя руку к бугорку на его штанах. Провожу пальцами, чуть надавливая на грубую ткань, пристально глядя в его серые глаза. Тот специально сдерживается, закусив нижнюю губу. — Ну ты садист, Найрас, мучаешь бедного меня… — Выдыхает эту фразу, зажмурив один глаз. Да чтоб его, нужно немедленно прекращать вот это вот… Однако, тот Безглазый, что внутри меня, хотел посмотреть что же будет дальше…
Медленно расстегиваю пуговицу на брюках парня, затем задираю кверху его кофту, открывая вид на впалый живот. Все же худой, и несмотря на это, прекрасно справляется на охоте.
Касаюсь пальцами выпирающих ребер. А Джефф смотрит прямо мне в глаза, словно бросает вызов, ухмыляется. Наклоняюсь ниже, прямо к шее, провожу языком по тонкой, нездоровой, бледной коже, изредка покусываю, оставляя на тех местах покрасневшие следы от зубов. Вудс лишь откидывает голову чуть назад, насколько это возможно. Часто и тяжело дышит, помогает мне стянуть с него испачканную чьей-то кровью толстовку.
— Скатился ты, Джек, до парней домогаешься.
— Молчал бы. — Склонившись над его лицом, шепчу я. — Ты ведь даже не пытаешься меня скинуть с себя. — Оставляю засос чуть ниже уха.
— Ох, мне бы силушку богатырскую. — Наигранно охает, после чего запускает пятерню в мои волосы и притягивает к себе. Чтоб мне остаток жизни не есть почек, я ведь всего пару минут назад хотел пройтись по его коже скальпелем. Скальпелем, а не губами и руками. — И всё-таки ты гей.
— Гей здесь только один, и он сейчас лежит подо мной.
— А ты тогда… — Снова целую, так и не дав Вудсу закончить предложение. Да и смысл, он все равно ничего путного не скажет, так зачем же кислород тратить?
Одной рукой немного приспускаю джинсы брюнета и запускаю ладонь в боксеры. Холодными пальцами касаюсь горячего члена, от чего Джефф вздрагивает и на какое-то мгновение задерживает дыхание. Большим пальцем вожу по головке, в попытке заставить этого парнишку хоть звук издать. Терпит, гад, а ведь хочется, дыхание то прерывистое.
Отстраняюсь от его лица, провожу пальцем другой руки по нижней губе бледнолицего, вытирая слюну. Боксеры стягиваю до колен, после чего вновь обхватываю член у основания и плавно веду вверх, затем снова вниз. Не отводя взгляд от глаз Джеффри, повторяю движение.
Наклоняюсь к лицу Вудса, придерживая его руки. Кусаю за нижнюю губу, заставляя того открыть рот, провожу языком по шершавым губам. Джеффри, чтоб его, даже не сопротивляется. Ненависть к этому человеку уже просто зашкаливает, и вследствие этого, не в силах её подавить, прокусываю губу парня до крови. Чувствую, как он улыбается, словно смеётся над тем, что я не могу совладать с этими негативными эмоциями, так и рвущимися наружу. Такое чувство, что я взболтанная банка Кока-Колы, дайте повод и взорвусь к чертям.
Беру себя в руки, слизываю каплю крови, повторяя себе, что это все чисто ради интереса. Парень приоткрывает рот, лежит смирно, практически не шевелится…
Колено ненароком оказывается между его ног, ну тут уж так вышло, я ведь не виноват, что он их расставил. Тут я понимаю, что настал колоссальный… Звиздец… Потому что, приоткрыв глаза, я столкнулся с ним взглядом. Веки немного приопущены, стеклянно-серые глаза как-то непривычно блестят, брови сведены, будто в какой-то момент ему стало неловко, но не тут-то было. Мало того, что дышит тяжело, так ещё и застонал мне в губы, хрипло так, еле слышно. А я понял, что делаю все только хуже, по крайней мере себе и к тому же с моральной точки зрения. Ведь осознание того, что от этого звука мне чуть ли не крышу сносит, ни капли не успокаивало, даже наоборот. Только вот слабая, изредка пульсирующая боль в ноге, заставляла прийти в себя. Словно давала пощёчину.
Если подумать, то после того, как я стал тем, кем являюсь сейчас, я как-то и не думал о том, чтобы с кем-то переспать и все тому подобное. Основное, что я делал — убивал, ел людей, все, а что ещё для счастья нужно каннибалу? И я теперь понимаю, от чего меня жизнь оберегала…
Толкаю язык парня своим, слегка прикусываю его. Снова, только сильней надавливаю коленом на его промежность, как-будто случайно соскальзываю, после чего слышу то, чего добивался. Джеффри держится молодцом, но стоны, хоть и тихие, он не сдерживает, может и не пытается, кто его знает. Такой расклад меня не устраивает. Похоже, я свихнулся. У меня от всего этого уже пятна с кругами перед глазами. Даже о том, что это все чисто из любопытства забыл. Хотя, к черту науку. Отстраняюсь от лица Вудса, губы которого растянулись в самодовольной ухмылке.
— Как же я тебя ненавижу, Вудс.
— Да-да, я прям чувствую эту твою ненависть. Меня ещё никогда так не ненавидели, как ты сейчас и… — Отпускаю одно запястье бледнолицего, направляя руку к бугорку на его штанах. Провожу пальцами, чуть надавливая на грубую ткань, пристально глядя в его серые глаза. Тот специально сдерживается, закусив нижнюю губу. — Ну ты садист, Найрас, мучаешь бедного меня… — Выдыхает эту фразу, зажмурив один глаз. Да чтоб его, нужно немедленно прекращать вот это вот… Однако, тот Безглазый, что внутри меня, хотел посмотреть что же будет дальше…
Медленно расстегиваю пуговицу на брюках парня, затем задираю кверху его кофту, открывая вид на впалый живот. Все же худой, и несмотря на это, прекрасно справляется на охоте.
Касаюсь пальцами выпирающих ребер. А Джефф смотрит прямо мне в глаза, словно бросает вызов, ухмыляется. Наклоняюсь ниже, прямо к шее, провожу языком по тонкой, нездоровой, бледной коже, изредка покусываю, оставляя на тех местах покрасневшие следы от зубов. Вудс лишь откидывает голову чуть назад, насколько это возможно. Часто и тяжело дышит, помогает мне стянуть с него испачканную чьей-то кровью толстовку.
— Скатился ты, Джек, до парней домогаешься.
— Молчал бы. — Склонившись над его лицом, шепчу я. — Ты ведь даже не пытаешься меня скинуть с себя. — Оставляю засос чуть ниже уха.
— Ох, мне бы силушку богатырскую. — Наигранно охает, после чего запускает пятерню в мои волосы и притягивает к себе. Чтоб мне остаток жизни не есть почек, я ведь всего пару минут назад хотел пройтись по его коже скальпелем. Скальпелем, а не губами и руками. — И всё-таки ты гей.
— Гей здесь только один, и он сейчас лежит подо мной.
— А ты тогда… — Снова целую, так и не дав Вудсу закончить предложение. Да и смысл, он все равно ничего путного не скажет, так зачем же кислород тратить?
Одной рукой немного приспускаю джинсы брюнета и запускаю ладонь в боксеры. Холодными пальцами касаюсь горячего члена, от чего Джефф вздрагивает и на какое-то мгновение задерживает дыхание. Большим пальцем вожу по головке, в попытке заставить этого парнишку хоть звук издать. Терпит, гад, а ведь хочется, дыхание то прерывистое.
Отстраняюсь от его лица, провожу пальцем другой руки по нижней губе бледнолицего, вытирая слюну. Боксеры стягиваю до колен, после чего вновь обхватываю член у основания и плавно веду вверх, затем снова вниз. Не отводя взгляд от глаз Джеффри, повторяю движение.
Страница 5 из 6
