Закрытие

Если родители некоторых наших учениц подавали жалобу в Гильдию ведьм, то вскоре запрет на использование магии в школе заставит крайне недовольных учениц звонить домой. — Амелия задумчиво помолчала. — Убедитесь, что все девочки будут иметь доступ к чайной Кози на этой неделе. Я хочу, чтобы у них была возможность позвонить домой.

— Ну, конечно! — Констанс возражала, скорее по привычке, чем действительно выражая несогласие с директрисой.

— А теперь предлагаю всем разойтись по кабинетам и сообщить ученицам, что я хотела бы их видеть в десять часов в большом зале, — закончила Амелия и посмотрела на коллег, ожидая, когда они пойдут исполнять ее распоряжение. Давина подскочила на месте и направилась было к шкафу, но Имоджен поймала ее за рукав.

— Мы должны быть сильными, — услышала Амелия слова Имоджен, которая как раз выводила учительницу пения за дверь. Давина нехотя шла следом, с тоской оглядываясь на шкаф.

Амелия повернула голову и увидела, что Констанс все еще стоит в учительской, прислонившись к каминной полке.

— Я не знаю, что еще делать, Констанс, — призналась она. — Мы не можем пойти против Гильдии. Я не знаю, на какое время все наши девочки лишатся статуса ведьмы, прежде чем у кого-то из них появится шанс попрактиковаться.

Констанс прочистила горло.

— Возможно, мое заявление об увольнении исправит ситуацию. У меня такое впечатление, что Гортензия Спеллбиндер полна решимости посадить нас на угли за катастрофу, произошедшую во время родительского собрания.

— Никаких разговоров об увольнении! — твердо сказала Амелия Констанс. — Посмотрим, что Гильдия намерена делать дальше. В любом случае, я уверена, что так или иначе мы справимся с этим.

Констанс посмотрела в глаза мисс Кэкл, понимая, что совсем не разделяет оптимизма начальницы.

В большом зале повисла напряженная атмосфера ожидания. Ученицы собрались там по просьбе мисс Кэкл, и теперь жаждали узнать, что происходит. Им сказали, что занятия будут приостановлены и объявили об экстренном собрании. Больше им ничего не было сказано, несмотря на все их вопросы.

Когда мисс Кэкл подошла к краю сцены, все ученицы разом замолчали.

— Сегодня нам пришла бумага… — заговорила Амелия, чувствуя, что ее начинает трясти. Последние несколько минут директриса готовилась к этой речи и пыталась справиться со своими нервами. — Эта бумага получена из Гильдии ведьм, и все мы неукоснительно будем соблюдать их инструкции. — Амелия посмотрела на лица учениц и почувствовала, что должна сделать перерыв. Бумага в ее руке была неестественно тяжелой и директриса поняла, что просто не может продолжать свою речь. Она была благодарна, когда Констанс поднялась на ноги и забрала у нее свиток пергамента.

— Гильдия ведьм постановила, что нашу школу следует закрыть на карантин. Это означает, что никому из школы нельзя использовать магию, будь то ученик или учитель. Карантин продлится до тех пор, пока Гильдия ведьм не сочтет нужным его отменить. — Констанс сделала паузу, и тут же в зале поднялся оглушительный ропот. — Это предписание вступает в силу немедленно, — снова заговорила Констанс, и зал тут же погрузился в молчание. — Я знаю, что у вас есть вопросы, но в настоящее время нам нечего вам сказать. Гильдия уже вынесла свой вердикт, и мы будем выполнять то, что они сказали. Это временное положение вещей. Мы просто должны пока смириться с этим и обходиться без магии, пока этот вопрос не будет решен.

— Но ведь это школа для ведьм!

Констанс повернула голову и посмотрела на Гризельду, которая это сказала.

— Я прекрасно осознаю этот факт, Гризельда Блэквуд. И если мы хотим ею оставаться, нам придется следовать предписаниям Гильдии и ждать, когда они поймут, что нет никаких оснований для продолжения карантина. — Констанс оглядела учениц, видя одинаковое возмущенное выражение, застывшее на их лицах. — Это не постоянное положение вещей, — напомнила она. — Мы непременно пройдем через это. Единственное, о чем мы вас просим — не наделать глупостей. — Она посмотрела на Милдред Хаббл. — И я не хочу слышать ни о каком нарушении. Я ясно выражаюсь?

— Да, мисс Хардбрум, — хором ответили девочки.

— Хорошо, — твердо сказала Констанс. — Я рада, что мы поняли друг друга.

Милдред расхаживала взад вперед по комнате. Энид и Мод наблюдали за ней, сидя на кровати.

— Должно быть что-то, что мы можем сделать, — наконец пробормотала она.

— Я не знаю, что, — отрезала Энид. — Я имею в виду, что мне не нравится эта ситуация даже больше, чем тебе, но мы ничего не можем сделать. Это приказ Гильдии ведьм.

— Но не заниматься магией вообще! — запротестовала Милдред. — Я и так отстаю по зельям, а если еще и придется пропустить несколько уроков, то не представляю, как буду сдавать экзамены в конце года. — Она плюхнулась на кровать, заработав удивленное «миу» от Табби, который мирно спал на подушке, пока его не потревожили.