Фандом: Гарри Поттер. Даже если ты разработал тайный план, который удачно осуществляется, это ещё не значит, что ты сам не являешься чьей-то фигурой на шахматном поле…
Добавить в моё избранное
38 мин, 47 сек 564
Прекрасное качество… для преступника. Тогда так: находчив и настойчив в достижении цели. Настойчив, а семейное положение — холост. И даже «холост, есть Снейп» — это всё равно холост…
На этом месте размышлений над особенностями своей личности у Гарри из пальцев выпало перо, и он сладко заснул за письменным столом, подложив под голову локоть и пергамент с недописанным резюме. А снилось ему…
А снилось ему, что его всё-таки взяли на работу. Хастлером.
И Гарри конформистски размышлял по этому поводу, что работа не хуже других, да и личная жизнь, наконец, наладится.
Его начальник, мистер Дик, уже потирал руки в предвкушении сотни тысяч заказов от экзальтированных британских ведьмочек, но после размещения объявления в «Пророке»: «Гарри Поттер — Мальчик-который-может! — ваш героический любовник! Спас от Волдеморта, спасёт и от одиночества, боггарта в шкафу и застоя в малом тазу!», пришла только одна сиротливая заявка. Мистер Дик был в ярости и кричал: «Понимаете, мистер Поттер, я как-то не рассчитывал, что вы настолько специфический товар, что заинтересуете всего лишь одного клиента!»
Гарри, буквально раздавленный ещё и этим своим фиаско, всё-таки сумел перед уходом из борделя стащить письмо от своего единственного потенциального клиента. Когда из вскрытого конверта ему на руки выпала фотография… Северуса Снейпа, он почему-то даже не удивился.
— Только тебе-то я и нужен, — бормотал хастлер-неудачник. — Больше никому!
— Поттер, — бархатным баритоном отвечал ему снимок, — Гарри, ты почему спишь на столе? Давай-ка просыпайся уже, ну!
Не то чтобы трудности с поттеровским трудоустройством не вписывались в общую линию гениального стратегического плана… Но позвольте! Он этого не планировал!
А Северус Снейп ненавидел, когда ситуация выходила из-под его контроля.
«Минерва слишком далеко зашла в своих попытках заманить меня на должность профессора ЗОТИ!» — молча бесился он, выслушивая разглагольствования Джона Хэйли.
Похабно улыбаясь, тот вещал, что, дескать, видимо, «новые обстоятельства»(с нажимом на«новые», скотина!) вынудили некогда строгого и беспристрастного Мастера зелий утратить объективность в оценке способностей своего ученика к зельеделию.
Проще говоря, вредный старик толсто намекал, что «кто за девочку платит, тот её и танцует». А раз уж Снейп, по мнению аптекаря, «танцевал» Гарри Поттера, то и нечего пристраивать своего бездаря к посторонним занятым людям. Сам возись!
Р-р-р!
За это унижение Минерва ему ещё ответит! Надо же, подсуетилась — послала поттеровские оценки прежнему работодателю Снейпа, вот молодец!
Ладно, недаром говорят, что месть — то блюдо, которое лучше подавать холодным.
Торопиться в таких серьёзных делах совершенно точно не следует. В полном соответствии с пословицей: прежде чем прыгать в омут, позаботься о заклинании Головного пузыря.
Поэтому Северус был вынужден отправиться к Люциусу, оставив расстроенного Гарри наедине с его безрадостными думами, и надеяться, что та глупость, которую он отчебучит — а он её непременно отчебучит, к Трелони не ходи! — окажется не фатально членовредительской. Поттер наедине с мыслями опасен и непредсказуем, как беременная мантикора с гранатой: невозможно заранее предсказать размер ущерба, ясно только то, что он будет.
Уже из Малфой-мэнора, немного успокоив нервы и укрепив тылы, Снейп камином переместился в Хогвартс.
— Добрый вечер, Северус! — ласково улыбнулась ему Минерва Макгонагалл, вставая из-за стола. Если сейчас она назовёт его «мой мальчик» и достанет баночку с лимонными дольками, ощущение дежавю станет просто нестерпимым.
— Я, признаться, ждала тебя раньше, — чуть ехидно сообщила она.
— Мы, кажется, не договаривались о встрече, — сохранив невозмутимое лицо и прикинувшись Люциусом, парировал Снейп.
— Ну что ты, разумеется, договаривались, — возразила директор. — Ведь я предложила тебе интересную и престижную работу в лучшей Школе чародейства и волшебства. Естественно, ты, как воспитанный человек, посчитал необходимым выразить мне признательность и лично сообщить о своём согласии, — сейчас при взгляде на её улыбку на ум приходили не коты, а скорее крокодилы. — Присаживайся, пожалуйста. И, кстати, а где же Гарри?
Это уже походило на откровенную издёвку. Такую наглость Снейп терпеть не собирался.
Принимая вызов, он уселся в предложенное кресло, с показной расслабленностью положил руки на подлокотники и невозмутимо ответил:
— Мы с Гарри пока не достигли той степени душевной близости, при которой принято ходить, взявшись за руки, и не отлипать друг от друга ни на миг.
— Вы её и не достигнете! — фыркнула Макгонагалл. — Если ты и дальше будешь играть с ним в плюй-камни и ждать, что заточение на Гриммо благотворно скажется на ваших отношениях!
На этом месте размышлений над особенностями своей личности у Гарри из пальцев выпало перо, и он сладко заснул за письменным столом, подложив под голову локоть и пергамент с недописанным резюме. А снилось ему…
А снилось ему, что его всё-таки взяли на работу. Хастлером.
И Гарри конформистски размышлял по этому поводу, что работа не хуже других, да и личная жизнь, наконец, наладится.
Его начальник, мистер Дик, уже потирал руки в предвкушении сотни тысяч заказов от экзальтированных британских ведьмочек, но после размещения объявления в «Пророке»: «Гарри Поттер — Мальчик-который-может! — ваш героический любовник! Спас от Волдеморта, спасёт и от одиночества, боггарта в шкафу и застоя в малом тазу!», пришла только одна сиротливая заявка. Мистер Дик был в ярости и кричал: «Понимаете, мистер Поттер, я как-то не рассчитывал, что вы настолько специфический товар, что заинтересуете всего лишь одного клиента!»
Гарри, буквально раздавленный ещё и этим своим фиаско, всё-таки сумел перед уходом из борделя стащить письмо от своего единственного потенциального клиента. Когда из вскрытого конверта ему на руки выпала фотография… Северуса Снейпа, он почему-то даже не удивился.
— Только тебе-то я и нужен, — бормотал хастлер-неудачник. — Больше никому!
— Поттер, — бархатным баритоном отвечал ему снимок, — Гарри, ты почему спишь на столе? Давай-ка просыпайся уже, ну!
Глава четвёртая. Цугцванг Минервы
Это было уже слишком!Не то чтобы трудности с поттеровским трудоустройством не вписывались в общую линию гениального стратегического плана… Но позвольте! Он этого не планировал!
А Северус Снейп ненавидел, когда ситуация выходила из-под его контроля.
«Минерва слишком далеко зашла в своих попытках заманить меня на должность профессора ЗОТИ!» — молча бесился он, выслушивая разглагольствования Джона Хэйли.
Похабно улыбаясь, тот вещал, что, дескать, видимо, «новые обстоятельства»(с нажимом на«новые», скотина!) вынудили некогда строгого и беспристрастного Мастера зелий утратить объективность в оценке способностей своего ученика к зельеделию.
Проще говоря, вредный старик толсто намекал, что «кто за девочку платит, тот её и танцует». А раз уж Снейп, по мнению аптекаря, «танцевал» Гарри Поттера, то и нечего пристраивать своего бездаря к посторонним занятым людям. Сам возись!
Р-р-р!
За это унижение Минерва ему ещё ответит! Надо же, подсуетилась — послала поттеровские оценки прежнему работодателю Снейпа, вот молодец!
Ладно, недаром говорят, что месть — то блюдо, которое лучше подавать холодным.
Торопиться в таких серьёзных делах совершенно точно не следует. В полном соответствии с пословицей: прежде чем прыгать в омут, позаботься о заклинании Головного пузыря.
Поэтому Северус был вынужден отправиться к Люциусу, оставив расстроенного Гарри наедине с его безрадостными думами, и надеяться, что та глупость, которую он отчебучит — а он её непременно отчебучит, к Трелони не ходи! — окажется не фатально членовредительской. Поттер наедине с мыслями опасен и непредсказуем, как беременная мантикора с гранатой: невозможно заранее предсказать размер ущерба, ясно только то, что он будет.
Уже из Малфой-мэнора, немного успокоив нервы и укрепив тылы, Снейп камином переместился в Хогвартс.
— Добрый вечер, Северус! — ласково улыбнулась ему Минерва Макгонагалл, вставая из-за стола. Если сейчас она назовёт его «мой мальчик» и достанет баночку с лимонными дольками, ощущение дежавю станет просто нестерпимым.
— Я, признаться, ждала тебя раньше, — чуть ехидно сообщила она.
— Мы, кажется, не договаривались о встрече, — сохранив невозмутимое лицо и прикинувшись Люциусом, парировал Снейп.
— Ну что ты, разумеется, договаривались, — возразила директор. — Ведь я предложила тебе интересную и престижную работу в лучшей Школе чародейства и волшебства. Естественно, ты, как воспитанный человек, посчитал необходимым выразить мне признательность и лично сообщить о своём согласии, — сейчас при взгляде на её улыбку на ум приходили не коты, а скорее крокодилы. — Присаживайся, пожалуйста. И, кстати, а где же Гарри?
Это уже походило на откровенную издёвку. Такую наглость Снейп терпеть не собирался.
Принимая вызов, он уселся в предложенное кресло, с показной расслабленностью положил руки на подлокотники и невозмутимо ответил:
— Мы с Гарри пока не достигли той степени душевной близости, при которой принято ходить, взявшись за руки, и не отлипать друг от друга ни на миг.
— Вы её и не достигнете! — фыркнула Макгонагалл. — Если ты и дальше будешь играть с ним в плюй-камни и ждать, что заточение на Гриммо благотворно скажется на ваших отношениях!
Страница 9 из 12
