Она — лишь бедная студентка, живущая практически на одну стипендию и не знающая ничего кроме повседневной лабуды и обычных подростковых проблем. Он — безжалостный и практически неуловимый убийца, жаждущий отнимать жизни людей своими руками. Такие разные судьбы, точки зрения и ценности, но… Что, все-таки, связывает этих двоих?
Добавить в моё избранное
248 мин, 52 сек 11976
Шатенка старалась не шуметь, так как по идее Джеффри должен был покоится с температурой в постели. Она как можно тише прошествовала по скрипящему полу и хотела было открыть дверь в комнату, как из ванны, что была в маленьком и узком коридоре слева, донеслась возня. Девушка замерла на месте, поворачивая голову в сторону двери в ванную, а потом она тяжко выдохнула, так как из тонкой щелки виднелся включенный свет.
— Что он там делает? Ему с температурой мыться нельзя, — проворчала себе под нос Венди и преодолев расстояние между собой и дверью, голубоглазая постучала костяшками пальцев об твердую поверхность. — Джефф? Что ты там делаешь? Тебе нельзя мыться, у тебя температура, ты сделаешь только хуже, — достаточно громко проговорила она, вздыхая.
Ответа не последовало, и все посторонние шумы исчезли, повисла тишина.
— Эм… Джефф?
— Уйди, — вдруг резко кинул убийца и непонятные шуршания продолжились, а к ним и плески воды, которые Венди только сейчас заметила.
Шатенка замешкалась, не зная, как выгнать упрямого маньяка из ванны. Хотя было желание просто плюнуть и по правде уйти. Пусть делает, что хочет. Не хочет нормально лечится — не надо. Она не для того бегает вокруг него, вскакивает ни свет, ни заря за лекарствами, чтобы в ответ получить грубое и холодное «Уйди». Но… Тогда для чего же она все это делает…?
— Ты моешься? — она как-то судорожно выдохнула, начав топтаться на одном месте. Венди почувствовала невыносимую и жизненно-необходимую жажду вытащить сейчас оттуда Вудса. Все же не очень хотелось, чтобы он сильнее разболелся.
— Нет.
— Отлично, тогда я захожу, — кивнула она и открыла дверь.
— Стой, идиотка, твою мать!
Уоррен замерла и ее ноги словно бы приросли к полу. Расширенные голубые глаза девушки были прикованы к бледному оголенному торсу убийцы, который, немного тяжело дыша, застыл на месте. Она не знала, сколько времени откровенно пялилась на широкие плечи, сильную грудь и еле заметные кубики пресса, может секунду, может несколько минут. Но шатенка осеклась и залилась краской, собираясь выпалить извинения и убежать, как заметила в ванной таз с водой и заподозрив что-то неладное, сделала несколько шагов направлению к интересующему ее объекту.
В тазу с уже мутноватой водой вымачивалась белая толстовка. Ну, конечно, она была уже не былой, а вся в грязи и подозрительно-красных пятнах.
Все тело шатенки прошиб озноб и ее колени подкосились так, что она еле удержалась, чтобы не упасть. Страх накрыл в одно мгновение с ног до головы. Почему-то, не ожидав подобного, ее вновь сковал животный ужас, который был так знаком девушке.
— Ты… — начала она и запнулась, будто с трудом находила нужные слова для описания своих мыслей. — Опять.?
В принципе, после этого «опять» говорить что-либо не стоило, так как обоим было все понятно и без лишних слов. Джеффу, что его феерично спалили, когда он так хотел убрать все улики, и чтобы шатенка ему банально не мешала, а Венди, что теперь Вудсу она никогда и ни за что не поверит. Ведь он сотни раз обещал, что будет вести себя тихо и сидеть в квартире. Хотя, на что Уоррен только рассчитывала? Сколько волка не корми, все равно в лес смотрит.
И только Венди сейчас поняла, как устала от всего этого. Устала жить в вечном страхе за свою жизнь, в страхе за то, что Джеффа рано или поздно найдет полиция и не только его посадят, но и ее за сокрытие и помощь опасному преступнику. Он не давал нормального покоя одним своим присутствием. Когда они находились вместе, то что-нибудь обязательно случалось и это неимоверно давило на нервы и психику — ей уже хватило «подражателя» и того, что она однажды чуть не утонула.
— Уходи, — вдруг промолвила Уоррен после минутного молчания. Джефф опешил и открыл рот для того, чтобы что-то сказать, но шатенка перебила. — Уходи! Я устала от всего, слышишь?! Прочь из моей квартиры! — нервы сдали полностью, и теперь голубоглазая просто не осознавала риска своих действий, все накопленные эмоции внутри нее за долгие недели просто выплеснулись наружу, подобно обжигающей магме, вырывающийся из бушующего вулкана.
— Не истери, — шикнул угрожающи Вудс, сжав широкой ладонью ее худое плечо, но девушка дернулась и яростно смахнула с себя руку маньяка.
— Не смей меня касаться! — Венди тяжело дышала от гнева и все ее хрупкое и тонкое тело трясло. — Я не могу больше так, Джефф! Я…
— Не можешь, говоришь? — перебил голубоглазую маньяк, делая к ней шаг, а та автоматически шагнула назад, сразу же упираясь спиной в холодную поверхность стенки. — А зачем ты тогда вообще меня притащила сюда? — в его бледно-голубых радужках читалось раздражение вперемешку с вырывавшимися на свободу гневом и безумием. — Чего ты ожидала, когда практически на своем горбу тащила меня с больной ногой на себе сюда?! — Вудс уже не стеснялся повысить голос и в душе стал ликовать, так как вся смелость шатенки вдруг так же резко исчезла, как и появилась.
— Что он там делает? Ему с температурой мыться нельзя, — проворчала себе под нос Венди и преодолев расстояние между собой и дверью, голубоглазая постучала костяшками пальцев об твердую поверхность. — Джефф? Что ты там делаешь? Тебе нельзя мыться, у тебя температура, ты сделаешь только хуже, — достаточно громко проговорила она, вздыхая.
Ответа не последовало, и все посторонние шумы исчезли, повисла тишина.
— Эм… Джефф?
— Уйди, — вдруг резко кинул убийца и непонятные шуршания продолжились, а к ним и плески воды, которые Венди только сейчас заметила.
Шатенка замешкалась, не зная, как выгнать упрямого маньяка из ванны. Хотя было желание просто плюнуть и по правде уйти. Пусть делает, что хочет. Не хочет нормально лечится — не надо. Она не для того бегает вокруг него, вскакивает ни свет, ни заря за лекарствами, чтобы в ответ получить грубое и холодное «Уйди». Но… Тогда для чего же она все это делает…?
— Ты моешься? — она как-то судорожно выдохнула, начав топтаться на одном месте. Венди почувствовала невыносимую и жизненно-необходимую жажду вытащить сейчас оттуда Вудса. Все же не очень хотелось, чтобы он сильнее разболелся.
— Нет.
— Отлично, тогда я захожу, — кивнула она и открыла дверь.
— Стой, идиотка, твою мать!
Уоррен замерла и ее ноги словно бы приросли к полу. Расширенные голубые глаза девушки были прикованы к бледному оголенному торсу убийцы, который, немного тяжело дыша, застыл на месте. Она не знала, сколько времени откровенно пялилась на широкие плечи, сильную грудь и еле заметные кубики пресса, может секунду, может несколько минут. Но шатенка осеклась и залилась краской, собираясь выпалить извинения и убежать, как заметила в ванной таз с водой и заподозрив что-то неладное, сделала несколько шагов направлению к интересующему ее объекту.
В тазу с уже мутноватой водой вымачивалась белая толстовка. Ну, конечно, она была уже не былой, а вся в грязи и подозрительно-красных пятнах.
Все тело шатенки прошиб озноб и ее колени подкосились так, что она еле удержалась, чтобы не упасть. Страх накрыл в одно мгновение с ног до головы. Почему-то, не ожидав подобного, ее вновь сковал животный ужас, который был так знаком девушке.
— Ты… — начала она и запнулась, будто с трудом находила нужные слова для описания своих мыслей. — Опять.?
В принципе, после этого «опять» говорить что-либо не стоило, так как обоим было все понятно и без лишних слов. Джеффу, что его феерично спалили, когда он так хотел убрать все улики, и чтобы шатенка ему банально не мешала, а Венди, что теперь Вудсу она никогда и ни за что не поверит. Ведь он сотни раз обещал, что будет вести себя тихо и сидеть в квартире. Хотя, на что Уоррен только рассчитывала? Сколько волка не корми, все равно в лес смотрит.
И только Венди сейчас поняла, как устала от всего этого. Устала жить в вечном страхе за свою жизнь, в страхе за то, что Джеффа рано или поздно найдет полиция и не только его посадят, но и ее за сокрытие и помощь опасному преступнику. Он не давал нормального покоя одним своим присутствием. Когда они находились вместе, то что-нибудь обязательно случалось и это неимоверно давило на нервы и психику — ей уже хватило «подражателя» и того, что она однажды чуть не утонула.
— Уходи, — вдруг промолвила Уоррен после минутного молчания. Джефф опешил и открыл рот для того, чтобы что-то сказать, но шатенка перебила. — Уходи! Я устала от всего, слышишь?! Прочь из моей квартиры! — нервы сдали полностью, и теперь голубоглазая просто не осознавала риска своих действий, все накопленные эмоции внутри нее за долгие недели просто выплеснулись наружу, подобно обжигающей магме, вырывающийся из бушующего вулкана.
— Не истери, — шикнул угрожающи Вудс, сжав широкой ладонью ее худое плечо, но девушка дернулась и яростно смахнула с себя руку маньяка.
— Не смей меня касаться! — Венди тяжело дышала от гнева и все ее хрупкое и тонкое тело трясло. — Я не могу больше так, Джефф! Я…
— Не можешь, говоришь? — перебил голубоглазую маньяк, делая к ней шаг, а та автоматически шагнула назад, сразу же упираясь спиной в холодную поверхность стенки. — А зачем ты тогда вообще меня притащила сюда? — в его бледно-голубых радужках читалось раздражение вперемешку с вырывавшимися на свободу гневом и безумием. — Чего ты ожидала, когда практически на своем горбу тащила меня с больной ногой на себе сюда?! — Вудс уже не стеснялся повысить голос и в душе стал ликовать, так как вся смелость шатенки вдруг так же резко исчезла, как и появилась.
Страница 33 из 67
