Она — лишь бедная студентка, живущая практически на одну стипендию и не знающая ничего кроме повседневной лабуды и обычных подростковых проблем. Он — безжалостный и практически неуловимый убийца, жаждущий отнимать жизни людей своими руками. Такие разные судьбы, точки зрения и ценности, но… Что, все-таки, связывает этих двоих?
Добавить в моё избранное
248 мин, 52 сек 11989
«Скоро нужно домой будет идти.» — подумала Венди и присела на табурет, стоявший рядом с ней, не отрывая глаз от неба.
— Тоже любишь любоваться вечерним небом? — чужой голос заставил вздрогнуть от неожиданности и обернуться на источник звука.
— А… Да, Лью, — она кивнула, пробежавшись взглядом по симпатичному полицейскому, который тоже был приглашен на праздник, а затем повернулась обратно к небу. — Оно очень красивое.
— Согласен, — он сел на табурет рядом с девушкой, тоже начав любоваться завораживающим явлением природы.
Девушка взглянула на бледное лицо Вудса. Его зеленые глаза были мирно прикрыты и вся поза парня была расслаблена. Отметив про себя не в первый раз, что парень довольно привлекателен, девушка решила-таки завязать диалог:
— Лью, почему ты пошел именно в полицию? Молодежь обычно в наше время выбирает иные профессии, которые попроще и безопасней, — глаза русоволосого расширились, а плечи напряглись. Венди прикусила себе язык, поняв, что спросила что-то не то, хотя хотела просто завести дружескую беседу с приятным молодым человеком. — Эм… — она заерзала на стуле, отведя взгляд голубых глаз в сторону. — Если не хочешь, то можешь не…
— Я хочу стереть с лица земли преступность, — вдруг, перебив, ответил Вудс. Он в одну секунду стал прежним и расслабленным. Встав и подойдя к деревянным бортикам веранды, он положил руки на них, а после втянул в себя свежий вечерний воздух. Венди же в ответ похлопала глазами. Она ожидала более простого ответа, мол, в полицию пошел, потому что зарплата приличная или что-то на типе. Но девушка только молча смотрела на зеленоглазого, ожидая от него что-то еще и видя, что он хочет продолжить говорить — Когда я был совсем сопляком, произошел очень переломный момент в моей жизни, — начал тихо говорить он, а Уоррен тоже встала со стула и подошла к парню, локтями облокотившись об бортики. — Так получилось, что у моего младшего брата поломалась психика из-за определенных случившихся обстоятельств. Он убил родителей и пытался прикончить меня.
— Соболезную… — после недолгого молчания произнесла шатенка и поежилась от пробежавшего по ее спине холодка. В последнее время в ее жизни много подобного дерьма с маньяками и убийствами. — Прости, что заговорила об этом. Тебе, должно быть, неприятно…
— Все нормально, — Лью натянул слабую улыбку и посмотрел на девушку. — Это было восемь лет назад. Раны давно затянулись и сейчас это для меня не табуированная тема. Нужно принимать то, что случилось и отпускать людей, — затем вновь направил свой взор в темно-синее небо, которое на западе отливало холодно-розовым и оранжевым. — И я думаю, что в случившихся событиях есть и моя вина. Если бы не переезд, и если бы я лучше заботился о нем… Если бы тогда на остановке додумался бы остановить его, то он бы не избил бы тех троих ребят. И я бы за него не отправился в детскую колонию и смог бы быть с ним рядом. — Лью говорил монотонно, глубоко задумавшись, а Венди его внимательно слушала, хмурясь и даже иногда замирая. — Тогда бы те сволочи потом не подожгли его.
— По… Подожгли…? — Уоррен вздрогнула всем телом и съежилась, чувствуя, как у нее начинает посасывать под ложечкой от ожидания чего-то плохого.
— Да. На детском празднике его подожгли сверстники. Вылили какую-то ядреную гадость, алкоголь, по-моему, ему на лицо и подожгли. После тяжелой операции его кожа загрубела и деформировалась, — после слов Вудса Венди непроизвольно пошатнулась. Ей показалось, что на нее только что вылили ведро ледяной воды.
«Кожа Джеффа тоже грубая и… изувеченная…» — сжав зубы, она посмотрела на свои пальцы, которыми недавно касалась лица убийцы. Запястья дрожали и Венди не знала, как себя сейчас вести и что делать. Она сильно нервничала от заползавших в ее голову догадок.
— Наверное, стресс от пережитой операции и событий пошатнул его психику, и он просто не выдержал, — Лью пожал крепкими и широкими плечами. — В ту роковую ночь он вырезал себе улыбку Челси… Ты знаешь, что это такое, да? Он еще что-то сделал со своими глазами… А после убил родителей и пытался задушить меня подушкой после того, как пробрался ко мне в тюрьму для несовершеннолетних. Благо, мне удалось претворится, что я мертв и он оставил меня, — повисло молчание. Венди стояла, не шевелясь и пытаясь переварить все ту информацию, которую ей предоставили в большом объеме и с шокирующем содержанием. Перед глазами так и стояло искалеченное лицо Джеффри, и Уоррен понимала, что такой яркой внешностью вряд ли обладает кто-то еще. Но слишком сильно ей хотелось верить, что у нее сейчас дома не младший брат Лью.
— Его… посадили? — осторожно спросила девушка, моля об утвердительном ответе.
— Нет. Он до сих пор на свободе. И я хочу его поймать и отправить в тюрьму, где ему и место, — зеленоглазый покачал головой и устало вздохнул — Я думаю, что сейчас он здесь, в этом городе. И ему, вероятно, кто-то помогает.
— Тоже любишь любоваться вечерним небом? — чужой голос заставил вздрогнуть от неожиданности и обернуться на источник звука.
— А… Да, Лью, — она кивнула, пробежавшись взглядом по симпатичному полицейскому, который тоже был приглашен на праздник, а затем повернулась обратно к небу. — Оно очень красивое.
— Согласен, — он сел на табурет рядом с девушкой, тоже начав любоваться завораживающим явлением природы.
Девушка взглянула на бледное лицо Вудса. Его зеленые глаза были мирно прикрыты и вся поза парня была расслаблена. Отметив про себя не в первый раз, что парень довольно привлекателен, девушка решила-таки завязать диалог:
— Лью, почему ты пошел именно в полицию? Молодежь обычно в наше время выбирает иные профессии, которые попроще и безопасней, — глаза русоволосого расширились, а плечи напряглись. Венди прикусила себе язык, поняв, что спросила что-то не то, хотя хотела просто завести дружескую беседу с приятным молодым человеком. — Эм… — она заерзала на стуле, отведя взгляд голубых глаз в сторону. — Если не хочешь, то можешь не…
— Я хочу стереть с лица земли преступность, — вдруг, перебив, ответил Вудс. Он в одну секунду стал прежним и расслабленным. Встав и подойдя к деревянным бортикам веранды, он положил руки на них, а после втянул в себя свежий вечерний воздух. Венди же в ответ похлопала глазами. Она ожидала более простого ответа, мол, в полицию пошел, потому что зарплата приличная или что-то на типе. Но девушка только молча смотрела на зеленоглазого, ожидая от него что-то еще и видя, что он хочет продолжить говорить — Когда я был совсем сопляком, произошел очень переломный момент в моей жизни, — начал тихо говорить он, а Уоррен тоже встала со стула и подошла к парню, локтями облокотившись об бортики. — Так получилось, что у моего младшего брата поломалась психика из-за определенных случившихся обстоятельств. Он убил родителей и пытался прикончить меня.
— Соболезную… — после недолгого молчания произнесла шатенка и поежилась от пробежавшего по ее спине холодка. В последнее время в ее жизни много подобного дерьма с маньяками и убийствами. — Прости, что заговорила об этом. Тебе, должно быть, неприятно…
— Все нормально, — Лью натянул слабую улыбку и посмотрел на девушку. — Это было восемь лет назад. Раны давно затянулись и сейчас это для меня не табуированная тема. Нужно принимать то, что случилось и отпускать людей, — затем вновь направил свой взор в темно-синее небо, которое на западе отливало холодно-розовым и оранжевым. — И я думаю, что в случившихся событиях есть и моя вина. Если бы не переезд, и если бы я лучше заботился о нем… Если бы тогда на остановке додумался бы остановить его, то он бы не избил бы тех троих ребят. И я бы за него не отправился в детскую колонию и смог бы быть с ним рядом. — Лью говорил монотонно, глубоко задумавшись, а Венди его внимательно слушала, хмурясь и даже иногда замирая. — Тогда бы те сволочи потом не подожгли его.
— По… Подожгли…? — Уоррен вздрогнула всем телом и съежилась, чувствуя, как у нее начинает посасывать под ложечкой от ожидания чего-то плохого.
— Да. На детском празднике его подожгли сверстники. Вылили какую-то ядреную гадость, алкоголь, по-моему, ему на лицо и подожгли. После тяжелой операции его кожа загрубела и деформировалась, — после слов Вудса Венди непроизвольно пошатнулась. Ей показалось, что на нее только что вылили ведро ледяной воды.
«Кожа Джеффа тоже грубая и… изувеченная…» — сжав зубы, она посмотрела на свои пальцы, которыми недавно касалась лица убийцы. Запястья дрожали и Венди не знала, как себя сейчас вести и что делать. Она сильно нервничала от заползавших в ее голову догадок.
— Наверное, стресс от пережитой операции и событий пошатнул его психику, и он просто не выдержал, — Лью пожал крепкими и широкими плечами. — В ту роковую ночь он вырезал себе улыбку Челси… Ты знаешь, что это такое, да? Он еще что-то сделал со своими глазами… А после убил родителей и пытался задушить меня подушкой после того, как пробрался ко мне в тюрьму для несовершеннолетних. Благо, мне удалось претворится, что я мертв и он оставил меня, — повисло молчание. Венди стояла, не шевелясь и пытаясь переварить все ту информацию, которую ей предоставили в большом объеме и с шокирующем содержанием. Перед глазами так и стояло искалеченное лицо Джеффри, и Уоррен понимала, что такой яркой внешностью вряд ли обладает кто-то еще. Но слишком сильно ей хотелось верить, что у нее сейчас дома не младший брат Лью.
— Его… посадили? — осторожно спросила девушка, моля об утвердительном ответе.
— Нет. Он до сих пор на свободе. И я хочу его поймать и отправить в тюрьму, где ему и место, — зеленоглазый покачал головой и устало вздохнул — Я думаю, что сейчас он здесь, в этом городе. И ему, вероятно, кто-то помогает.
Страница 46 из 67
