Она — лишь бедная студентка, живущая практически на одну стипендию и не знающая ничего кроме повседневной лабуды и обычных подростковых проблем. Он — безжалостный и практически неуловимый убийца, жаждущий отнимать жизни людей своими руками. Такие разные судьбы, точки зрения и ценности, но… Что, все-таки, связывает этих двоих?
Добавить в моё избранное
248 мин, 52 сек 12007
И ей ни капли не было его жаль, ей было страшно. Увидев испуганный влажный блеск в глазах и заметив учащенное дыхание у племянницы его напарника, зеленоглазый сократил между ними расстояние. Венди дернулась, когда его ладонь легла на ее плечо и она старалась смотреть куда угодно, но только не на его. — Я тебе обещаю, что поймаю самолично его. Преступник будет наказан в полной мере, — после последней фразы у голубоглазой перехватило дыхание и затерялись колени. Но также в ее душе зародилось удивление, что она больше даже боится не за себя, а за Джеффри. Ведь логично, что на него могут повесить ее убийство. Ей самой не хотелось отправляться в места не столь отдаленные, но и для убийцы такой участи совсем не хотелось. — И не держи все в себе. Ты можешь поплакать, если тебе грустно. В этом нет ничего постыдного.
— Я знаю, — еле слышно прошептала девушка. Она была с ним полностью согласна и сейчас разревелась бы, но боялась, что если начнет, то эта истерика не закончится никогда. — Мне страшно, — через секунду по порозовевшей щеке скатилась одинокая слеза, оставляя влажный солоноватый след на коже. За ней вторая, третья, и вот они уже льются безостановочно, капают с подбородка и попадают на уголки губ, из-за чего девушка чувствует солоноватый привкус во рту.
Она не пыталась закрыть покрасневшее от слез лицо, также, как и не пыталась хоть как-то отдалиться от человека, который ее пугал. Она просто стояла, как вкопанная, не в силах пошевелиться или что-то сказать, потому что горло как будто что-то сдавило изнутри.
Она могла только плакать, всхлипывать и бояться за себя и еще, почему-то, за Джеффа. И как бы выразился последний, Уоррен опять отключила свои мозги.
Следующие несколько дней прошли нервозно и напряжно и Венди не даже помнила, когда в последний раз так сильно и часто переживала. Она не могла сконцентрироваться на работе, думая о совершенно другом, ее руки постоянно тряслись из-за чего в день девушка могла разбить несколько тарелок. Коллеги по работе и начальник советовали девушки взять пару выходных и отдохнуть, но та лишь отмахивалась. Навязчивые мысли об убийствах и полиции не оставляли не на секунду, и шатенка наивно полагала, что плотный рабочий график не даст ей думать об этом.
Голубоглазой казалось, что вот-вот в кафе наведаются сотрудники правоохранительных органов с целю повязать ее. От таких ярких картин в голове по спине девушки пробегал неприятный холодок. Оставалось надеяться только на лучшее и терпеть, потому что Джеффри не разрешал просто взять вещи и уехать куда подальше от всего этого ужаса, как хотела сама девушка.
Так же морально раздавливало беспокойство и горе матери и дяди Марка. Мать часто плакала. Она полностью отдавалась панике и горечи утраты от смерти пусть и тирана, но любимого мужа. Марк ходил хмурый и напряженный, но пытался хоть как-то держаться и не давать грустить Венди, но по нему все равно было видно, что он переживает из-за смерти родного младшего брата.
«Это все из-за меня…» — Венди судорожно вздохнула, надев наушники. Она вышла из кафе и направилась к автобусной остановке. Рабочий день закончился, можно теперь ехать домой, где есть вкусная еда, теплое одеяло, интернет и…
Шатенку всю изнутри передернуло, как будто весь ее маленький и хрупкий организм поразила самая настоящая молния. Щеки заалели, а внутри капкана из ребер сердце участило свой ритм. Мышца сделала несколько сильных глухих ударов, пропустило один, потом подпрыгнуло куда-то к глотке, а затем провалилось прямиком вниз.
Юная официантка осмелилась коснуться до своих губ кончиками пальцев, непроизвольно вспоминая горячий и грубый поцелуй маньяка, который произошел не так давно. Все тело девушки начинало трясти от одних воспоминаниях о сухих и грубых губах парня, о его запахе и голубых радужках глаз с прижжёнными веками. Уоррен скинула бы свои сильные эмоции на чувство банального страха, если бы не теплое цветущее чувство в груди, которое так нелепо стало возникать в последнее время.
Подобного рода мысли, которые смущали шатенку донельзя, не оставляли ее до самого дома. Но когда она вошла в квартиру, эти мысли только усилились. Пытаясь совладать с эмоциями и успокоится, девушка вздохнула, направляясь в комнату, из который был слышен работающий телевизор, тихо открыла дверь и замерла.
— Джефф, ты… Смотришь «Свинку Пеппу»? — она взглядом изучила сидящего на полу Вудса, который опять смотрел куда-то сквозь пространство и время, думая о чем-то своем. Он еле заметно вздрогнул, услышав голос девушки, повернулся к ней, на ходу взяв пульт и выключив телевизор.
— Чего? — неопрятно переспросил он, конечно же, пропустив мимо ушей заданный девушкой вопрос.
Венди понимала, что скорее всего парень вообще не следил, что происходит на экране, а включил телевизор, чтобы на фоне просто были какие-нибудь звуки, но ее очень позабавил тот факт, что жестокий маньяк смотрит нечто подобное.
— Я знаю, — еле слышно прошептала девушка. Она была с ним полностью согласна и сейчас разревелась бы, но боялась, что если начнет, то эта истерика не закончится никогда. — Мне страшно, — через секунду по порозовевшей щеке скатилась одинокая слеза, оставляя влажный солоноватый след на коже. За ней вторая, третья, и вот они уже льются безостановочно, капают с подбородка и попадают на уголки губ, из-за чего девушка чувствует солоноватый привкус во рту.
Она не пыталась закрыть покрасневшее от слез лицо, также, как и не пыталась хоть как-то отдалиться от человека, который ее пугал. Она просто стояла, как вкопанная, не в силах пошевелиться или что-то сказать, потому что горло как будто что-то сдавило изнутри.
Она могла только плакать, всхлипывать и бояться за себя и еще, почему-то, за Джеффа. И как бы выразился последний, Уоррен опять отключила свои мозги.
Следующие несколько дней прошли нервозно и напряжно и Венди не даже помнила, когда в последний раз так сильно и часто переживала. Она не могла сконцентрироваться на работе, думая о совершенно другом, ее руки постоянно тряслись из-за чего в день девушка могла разбить несколько тарелок. Коллеги по работе и начальник советовали девушки взять пару выходных и отдохнуть, но та лишь отмахивалась. Навязчивые мысли об убийствах и полиции не оставляли не на секунду, и шатенка наивно полагала, что плотный рабочий график не даст ей думать об этом.
Голубоглазой казалось, что вот-вот в кафе наведаются сотрудники правоохранительных органов с целю повязать ее. От таких ярких картин в голове по спине девушки пробегал неприятный холодок. Оставалось надеяться только на лучшее и терпеть, потому что Джеффри не разрешал просто взять вещи и уехать куда подальше от всего этого ужаса, как хотела сама девушка.
Так же морально раздавливало беспокойство и горе матери и дяди Марка. Мать часто плакала. Она полностью отдавалась панике и горечи утраты от смерти пусть и тирана, но любимого мужа. Марк ходил хмурый и напряженный, но пытался хоть как-то держаться и не давать грустить Венди, но по нему все равно было видно, что он переживает из-за смерти родного младшего брата.
«Это все из-за меня…» — Венди судорожно вздохнула, надев наушники. Она вышла из кафе и направилась к автобусной остановке. Рабочий день закончился, можно теперь ехать домой, где есть вкусная еда, теплое одеяло, интернет и…
Шатенку всю изнутри передернуло, как будто весь ее маленький и хрупкий организм поразила самая настоящая молния. Щеки заалели, а внутри капкана из ребер сердце участило свой ритм. Мышца сделала несколько сильных глухих ударов, пропустило один, потом подпрыгнуло куда-то к глотке, а затем провалилось прямиком вниз.
Юная официантка осмелилась коснуться до своих губ кончиками пальцев, непроизвольно вспоминая горячий и грубый поцелуй маньяка, который произошел не так давно. Все тело девушки начинало трясти от одних воспоминаниях о сухих и грубых губах парня, о его запахе и голубых радужках глаз с прижжёнными веками. Уоррен скинула бы свои сильные эмоции на чувство банального страха, если бы не теплое цветущее чувство в груди, которое так нелепо стало возникать в последнее время.
Подобного рода мысли, которые смущали шатенку донельзя, не оставляли ее до самого дома. Но когда она вошла в квартиру, эти мысли только усилились. Пытаясь совладать с эмоциями и успокоится, девушка вздохнула, направляясь в комнату, из который был слышен работающий телевизор, тихо открыла дверь и замерла.
— Джефф, ты… Смотришь «Свинку Пеппу»? — она взглядом изучила сидящего на полу Вудса, который опять смотрел куда-то сквозь пространство и время, думая о чем-то своем. Он еле заметно вздрогнул, услышав голос девушки, повернулся к ней, на ходу взяв пульт и выключив телевизор.
— Чего? — неопрятно переспросил он, конечно же, пропустив мимо ушей заданный девушкой вопрос.
Венди понимала, что скорее всего парень вообще не следил, что происходит на экране, а включил телевизор, чтобы на фоне просто были какие-нибудь звуки, но ее очень позабавил тот факт, что жестокий маньяк смотрит нечто подобное.
Страница 59 из 67
