Фандом: Доктор Кто. Во время битвы при Кэнери Уорф Мастер попадает в «мир Пита», и барабаны в его голове стихают. Но наслаждаться спокойствием долго ему не суждено: вскоре на Мастера выходит Торчвуд. Мастеру удаётся от них сбежать, но приходится взять с собой Розу Тайлер. Они оба хотят вернуться в свой прежний мир и найти Доктора, вот только цели у них совершенно разные…
Добавить в моё избранное
114 мин, 22 сек 11553
В разум как будто воткнулась тупая игла: где-то там, высоко над городом кто-то использовал технологии таймлордов. Мастер подбежал к окну. Он и сам не знал, что ожидал увидеть, но точно не это. Не сотни и сотни далеков, паривших в летнем небе, будто мухи над сладким сиропом. Его пальцы впились в подоконник. Полчища летающих машин смерти. Давненько он их не видел.
— Собирайте лучевые пушки киберменов, — коротко приказал Мастер, почти не слыша собственного голоса. Уши отказывались принимать сигналы, всё усилие его восприятия ушло в зрение, бессильное оторваться от созерцания бесчисленных, как саранча, механизмов, марширующих по воздуху, время от времени испуская почти бесцветные в ярком свете дня лучи смерти. — Их придётся слегка модифицировать…
«Кстати. Далеки ведь умеют перемещаться между мирами». Значит, это они устроили прорыв? И не было никаких других таймлордов, никто не собирался захватить власть вместо него… Не было ничего, кроме ещё одной банальной попытки этих летающих перечниц закрепиться на Земле. Мастер был почти разочарован.
«А от Доктора всё ещё ни слуху, ни духу».
Кресло министра, похоже, не собиралось доставаться легко. И ведь теперь Мастер не мог повернуть назад. Ему придётся быть на виду. Уже одно воспоминание о предыдущей встрече с далеками посылало нервную щекотку по его позвоночнику. «Вот бы найти какой-нибудь дальний подвал и переждать там». Нет, он решительно не годился для геройских поступков, а уж ради землян и подавно.
Кажется, это была последняя чёткая мысль, посетившая Мастера. А дальше, на виду у всех, но какая уж здесь конспирация, его начало поднимать в воздух. Он попытался ухватиться за дверь, но только сорвал её с петель, вышиб ей пуленепробиваемое окно и устремился по воздуху, будто на ковре-самолёте, оставляя после себя алмазный шлейф мелких осколков.
Только что виденные им далеки тоже ощутили это. Их строй сломался и смешался, ряды слились в единый ком, и теперь они бестолково болтались в пространстве, даже не пытаясь стрелять или лавировать. Их несло. Их тащило. Их… засасывало. Готовилось засосать. И Мастера вместе с ними. «Что происходит?» — спрашивать было бессмысленно. Происходил, разумеется, Доктор.«Ну каким клиническим идиотом надо быть, чтобы открыть Пустоту?!»
Скорость нарастала. Пальцы свело, и Мастер, рассудив, что цепляться за бесполезный кусок металла не имело смысла, разжал руки. Дверь падала долго — с глухим лязгом натыкаясь на далеков и отскакивая, — а когда упала, Мастер был уже далеко. Он видел небоскрёб Торчвуда и окно на предпоследнем этаже. Оконный проём буквально давился плотной лентой брыкающегося в воздухе металла: киберменов пополам с далеками.
Пустота.
Хуже, чем смерть. К смерти он привык. А это было небытие, забвение. Пустота стирала тебя из всех миров, не оставляя и следа. Мастер отчаянно перекувыркнулся в воздухе, пытаясь найти хоть какую-то опору. Что угодно. Действительно что угодно. Он не хотел так уходить. А вообще говоря, предпочёл бы остаться в живых. Окно было совсем близко. И тогда Мастер решился.
Сунул руку в карман и нажал кнопку.
Мастер ожидал, что врежется в какое-нибудь дерево, телевышку… Да что там — искусственный спутник, — слишком уж быстро и высоко он летел. Но вместо этого снова материализовался на одной из дорожек фальшивого «Гайд-парка». В прошлый раз аллеи оказались почти пусты, но сейчас было людно, очень людно. То здесь, то там раздавались вспышки и на дорожках по одиночке и группами материлизовывались давешние спецназовцы. Впрочем, на Мастера никто по-прежнему не обращал внимания. Он посмотрел по сторонам, оглянулся. За спиной возвышался небоскрёб, сильно напоминавший здание Торчвуда в «его» мире.«Вот значит почему я попадаю именно сюда».
Он собирался скрыться из виду, уйти как можно дальше от бестолково суетившихся людей и как следует собраться с мыслями, но вместо этого рассеянно присел на лавочку. Бесполезный (он сразу почувствовал — теперь бесполезный) телепортационный диск выпал из его руки. Пахло летом. Травой, ультрафиолетом и пылью, когда пронизанный солнцем воздух падает в ладони, как пригоршня янтаря или россыпь липких карамелек, позвякивая и перекатываясь.
Блики воды на поверхности пруда отражались в небе. Мастер запрокинул голову. Ему вдруг вспомнились другие небеса, тёплые и оранжевые. Уютный полумрак вечного заката, влажный, как от дыхания далекого моря ветер. В низинах он никогда не бывал сильным, свежим или хотя бы просто порывистым — воздух был почти недвижим, будто бы ты стоял не под открытым небом, а в комнате. Но на склонах гор ветер разгонялся, трепал волосы и гнал бесконечные волны по морю багровой травы.
Мастер смотрел в небо, пока оно не начинало казаться чёрным, будто атмосфера расступалась под его взглядом, обнажая самоцветный рисунок космоса.
«Эй, ты будешь лежать так бесконечно?
— Собирайте лучевые пушки киберменов, — коротко приказал Мастер, почти не слыша собственного голоса. Уши отказывались принимать сигналы, всё усилие его восприятия ушло в зрение, бессильное оторваться от созерцания бесчисленных, как саранча, механизмов, марширующих по воздуху, время от времени испуская почти бесцветные в ярком свете дня лучи смерти. — Их придётся слегка модифицировать…
«Кстати. Далеки ведь умеют перемещаться между мирами». Значит, это они устроили прорыв? И не было никаких других таймлордов, никто не собирался захватить власть вместо него… Не было ничего, кроме ещё одной банальной попытки этих летающих перечниц закрепиться на Земле. Мастер был почти разочарован.
«А от Доктора всё ещё ни слуху, ни духу».
Кресло министра, похоже, не собиралось доставаться легко. И ведь теперь Мастер не мог повернуть назад. Ему придётся быть на виду. Уже одно воспоминание о предыдущей встрече с далеками посылало нервную щекотку по его позвоночнику. «Вот бы найти какой-нибудь дальний подвал и переждать там». Нет, он решительно не годился для геройских поступков, а уж ради землян и подавно.
Кажется, это была последняя чёткая мысль, посетившая Мастера. А дальше, на виду у всех, но какая уж здесь конспирация, его начало поднимать в воздух. Он попытался ухватиться за дверь, но только сорвал её с петель, вышиб ей пуленепробиваемое окно и устремился по воздуху, будто на ковре-самолёте, оставляя после себя алмазный шлейф мелких осколков.
Только что виденные им далеки тоже ощутили это. Их строй сломался и смешался, ряды слились в единый ком, и теперь они бестолково болтались в пространстве, даже не пытаясь стрелять или лавировать. Их несло. Их тащило. Их… засасывало. Готовилось засосать. И Мастера вместе с ними. «Что происходит?» — спрашивать было бессмысленно. Происходил, разумеется, Доктор.«Ну каким клиническим идиотом надо быть, чтобы открыть Пустоту?!»
Скорость нарастала. Пальцы свело, и Мастер, рассудив, что цепляться за бесполезный кусок металла не имело смысла, разжал руки. Дверь падала долго — с глухим лязгом натыкаясь на далеков и отскакивая, — а когда упала, Мастер был уже далеко. Он видел небоскрёб Торчвуда и окно на предпоследнем этаже. Оконный проём буквально давился плотной лентой брыкающегося в воздухе металла: киберменов пополам с далеками.
Пустота.
Хуже, чем смерть. К смерти он привык. А это было небытие, забвение. Пустота стирала тебя из всех миров, не оставляя и следа. Мастер отчаянно перекувыркнулся в воздухе, пытаясь найти хоть какую-то опору. Что угодно. Действительно что угодно. Он не хотел так уходить. А вообще говоря, предпочёл бы остаться в живых. Окно было совсем близко. И тогда Мастер решился.
Сунул руку в карман и нажал кнопку.
Мастер ожидал, что врежется в какое-нибудь дерево, телевышку… Да что там — искусственный спутник, — слишком уж быстро и высоко он летел. Но вместо этого снова материализовался на одной из дорожек фальшивого «Гайд-парка». В прошлый раз аллеи оказались почти пусты, но сейчас было людно, очень людно. То здесь, то там раздавались вспышки и на дорожках по одиночке и группами материлизовывались давешние спецназовцы. Впрочем, на Мастера никто по-прежнему не обращал внимания. Он посмотрел по сторонам, оглянулся. За спиной возвышался небоскрёб, сильно напоминавший здание Торчвуда в «его» мире.«Вот значит почему я попадаю именно сюда».
Он собирался скрыться из виду, уйти как можно дальше от бестолково суетившихся людей и как следует собраться с мыслями, но вместо этого рассеянно присел на лавочку. Бесполезный (он сразу почувствовал — теперь бесполезный) телепортационный диск выпал из его руки. Пахло летом. Травой, ультрафиолетом и пылью, когда пронизанный солнцем воздух падает в ладони, как пригоршня янтаря или россыпь липких карамелек, позвякивая и перекатываясь.
Блики воды на поверхности пруда отражались в небе. Мастер запрокинул голову. Ему вдруг вспомнились другие небеса, тёплые и оранжевые. Уютный полумрак вечного заката, влажный, как от дыхания далекого моря ветер. В низинах он никогда не бывал сильным, свежим или хотя бы просто порывистым — воздух был почти недвижим, будто бы ты стоял не под открытым небом, а в комнате. Но на склонах гор ветер разгонялся, трепал волосы и гнал бесконечные волны по морю багровой травы.
Мастер смотрел в небо, пока оно не начинало казаться чёрным, будто атмосфера расступалась под его взглядом, обнажая самоцветный рисунок космоса.
«Эй, ты будешь лежать так бесконечно?
Страница 3 из 32
