Обратная сторона галеона

Он часто предлагал мне материальную помощь для решения проблем с памятью моих родителей или на лечение Рона. Но дело совсем не в деньгах. Найти финансирование — дело последнее, главное, чтобы было ЧТО финансировать. Я перелопатила все доступные мне архивы в Мунго, в отделе Тайн… в библиотеке Хогвартса.

Там, на кладбище, я подошла к Драко (мы были с Роном, но он никак не реагировал на наш с Малфоем разговор).

Я толком не знаю, как так получилось, но он напросился проводить нас. И я, соблюдая рамки приличия, пригласила его в дом выпить чаю.

Впервые за долгое время я смогла отвлечься хоть на полчаса. Прекратить горевать. Просто обсуждать незначительные вещи, не касаясь работы. Не вспоминая о моих неудачах в личной жизни. Совесть иголкой в сердце напоминает о себе даже сейчас, когда я пишу тебе об этом.

У меня такое чувство, что я предаю того, прошлого Рона, хотя наш бывший школьный враг всего лишь попил чаю на моей кухне и немного приласкал Живоглота.

Я пыталась говорить с Гарри, но он еще сильнее ушел в работу. Отказал Молли в том, чтобы они забрали внука в Нору, и нанял дорогущую сиделку. Отчасти я понимаю его, теперь Дом — это все, что у него есть.

Я часто спрашиваю себя, неужели это и есть будущее? Неужели все это реально? За что нам выпало столько испытаний и когда же они закончатся? Я не нахожу ответов, но и не унываю, ты не думай. Я знаю, что в жизни есть светлые моменты. Как тот, что вы с Софией ждете малыша! Я так за вас рада, дорогой Виктор! Вы заслуживаете счастья.

Знаешь, Драко пригласил нас с Роном к себе в Мэнор. Ты не подумай — это для того, чтобы дать мне доступ к их родовой библиотеке (говорят, она даже полнее Хогвартской… К тому же он говорит, что Нарцисса была бы не против поблагодарить меня за помощь их семье. Не знаю, соглашусь ли. Я понимаю, что у Малфоя-младшего не было выбора тогда, на шестом курсе. Но все же, шесть лет его оскорблений не прошли для меня бесследно.

Я все еще вынуждена отказаться от посещения солнечного Тырново, но, в свою очередь, зову вас с супругой в наш туманный Лондон! Я невероятно сильно соскучилась по тебе и с радостью бы пообщалась лично. Не знаю, о чем еще тебе написать, спасибо, что ты есть у меня!

С уважением и теплом, твоя подруга, Гермиона Грейнджер!

25 февраля 1999

Дорогой Блейз!

Спасибо за поздравления с Рождеством и прости, что не давал о себе знать почти два месяца.

Как я и говорил тебе при встрече — мать совсем плоха. Она продолжает посещать психолога и принимать все эти дурацкие зелья. У неё дрожат руки, а вчера я впервые в своей жизни застал её пьяной. Не мертвецки, но все же. Ту тонкую грань между бокалом белого вина и бутылкой она явно перешла. Нарцисса очень тяжело переживает заключение Люциуса в Азкабан. Не говоря уже о том, как сложно было нашей семье все это время.

Конечно, семейке Уизли еще сложнее. Ты слышал, что жена Поттера убила себя? Уверен, отец сказал бы, что все горести, которые терпит их семейство, — это наказание за предательство крови. Даже смешно писать об этом сейчас. Как я мог верить в эти его безумные идеи и считать Люциуса своим кумиром?

Радует, что контроль над моей перепиской снят. Но я все еще не могу покидать страну без разрешения. Как только всё это закончится, увезу мать на юг Франции, в одно из наших тамошних поместий.

Чертов послевоенный Лондон душит меня. Все эти малознакомые лица с одной и той же печатью скорби на них. Ни одна из сторон не осталась без потерь, и во имя чего? Видел бы ты, какая перманентная печаль поселилась в глазах Грейнджер. То, что представляет из себя ее «супруг»… Даже я не способен шутить над таким. Да и Поттер меня немного пугает, мне повезло, что я редко с ним пересекаюсь. Золотое трио давно растеряло свою позолоту, и оказалось, что под тонким её слоем обычное мясо, которое сейчас болезненно проглядывает из рваных дыр.

Кроме работы, ничто не радует меня. Мне никого не хочется видеть, кроме, разве что, вас с Панси. Я очень соскучился по своему любимому крестнику! Как он? Я требую больше колдографий!

Знаешь, я все еще ищу встреч с ней. Со своей зазнобой. Матери всё неймется устроить помолвку с одной из Гринграсс, а все мои мысли о замужней заучке Грейнджер…

Я даже стал называть её Гермионой в ответ на то, что она привычно зовёт меня по имени. Не то чтобы мы были друзьями или часто виделись… Она и в Министерстве сейчас редкий гость. А я намеренно стараюсь решать все свои дела там только через неё.

Если поначалу, как бы противно это ни звучало, я был доволен состоянием Уизли, то сейчас я понял, как сильно мне не повезло. Отбить, увести у него Гермиону было бы сложно, но выполнимо. А то, что он представляет собой сейчас, она ни за что не сможет оставить. Знал бы ты, как сильно это угнетает. Но я не сдамся. Наверное, я лишь одному тебе могу признаться, но дело тут не только в том, что союз с героиней войны поможет восстановить мою репутацию в обществе.