Ночные будни

— А ты?

— Саймон.

Повисло молчание.

— Ммм… А что ты тут делаешь? — повторила я свой вопрос.

— Я просто шел, — Саймон продолжал стоять в той напряженной позе, в которой я его застала.

— А чем ты занимаешься? — продолжала любопытствовать я.

— Я убиваю монстров, — ответил мужчина, наконец показав вторую руку, вместе с зажатым в ней пистолетом.

— Оу… — В моей голове мгновенно появилось масса всяких разных мыслей на счет крипи и этого Саймона.

— У тебя волосы светятся… — изумленно произнес мой собеседник, но сразу выстроив в своей голове какую-то логическую цепочку, мне не ведомую, зарядил пистолет.

— Э, стоп! Я не монстр! Не надо меня убивать! — в голове огненными буквами всплыли слова Нами, о том, что бы я никуда не ввязывалась.

Саймон молча наставил на меня дуло.

Я поняла, что иного выхода не было — я сконцентрировала белый барьер для отражения пули, которая, врезавшись в белый туман, рассыпалась прахом.

Отпрыгнув назад, я на миг увидела глаза Саймона — безумные глаза человека, уже огромное количество времени находящегося среди кошмаров. Под глазами были мешки от недосыпа, а кожа была бледной как у наркомана.

— Стой, Саймон! Я не монстр! Я маг, понимаешь? Маг!

— Заткнись и умри.

Еще раз выстрелив, мужчина бросился на меня — решил устроить бой в рукопашную.

Я, не желая его убивать, убрала щит, и, сконцентрировав магию в ногах, что есть силы оттолкнулась от земли, пропуская изумленного Саймона под собой. Затем, я материализовала меч, что бы отражать пули и не подпускать к себе мужчину.

Скорость рук я так же усиливала магией — из-за этого руки светились золотым. Я отражала пули Саймона в течении нескольких минут, пока тот снова не бросился на меня, при этом не переставая стрелять.

— Прекрати! — пыталась я его уразумить, но, даже мне уже было понятно, что он сошел с ума, а поэтому его было уже не остановить.

Он подбежал на метра три-четыре, когда я снова его перепрыгнула, отбегая к противоположному концу поляны. Я снова встала в стойку защиты, готовая отражать пули.

Саймон остановился, поворачиваясь ко мне. Мы оба застыли, просто разглядывая друг друга. Краем уха я услышала приближающиеся шаги — быстрые, как будто кто-то бежал сюда.

Саймон поднял руку, направляя дуло пистолета на меня, и выстрелил.

Моя рука, в которой я держала меч дрогнула, опоздав на секунду.

Меч рассыпался, а из-за деревьев появилась Юми, что-то закричавшая, когда увидела меня.

Я хотела спросить у нее, что случилось, но на меня предательски наваливалась дремота.

Через секунду я заснула.

Эпилог

В особняке Безликих было спокойно. Уже два года.

Со смертью Кассандры у крипи все встало на свои места: Слендер спокойно убивал набредших в его лес людей, Джефф бродил по городу, периодически вырезая прохожим улыбочки, Оффендер развлекался, Спленди и Салли веселились. Все было как всегда.

Но, если безликие особо и не ввязывались в ведьминские дела, то Джеффу порой становилось скучно, да так, что даже жестокие убийства не веселили.

— Вот скажи, Смайл, почему некоторые люди как обычные игральные карты — сходишь ими, отложишь в сторону, и забудешь, а некоторые как Джокер — вроде и прошел его ход, а все равно помнишь… — рассуждал киллер, рассеянно гладя сидящего рядом хаски.

— Просто Джокер — слишком крупная карта, чтобы она так просто забывалась, — вместо пса Джеффу ответил Офф, раскуривающий у окна очередную сигарету.

Убийца хотел возмутиться, мол, он Смайла спрашивал, но улыбчивый хаски кивнул в знак согласия с насильником.

— И вообще, ты много философствуешь, — продолжал Оффендер, — Расслабься! Устрой где-нибудь массовую резню, может, полегчает. Слышать не могу эту философию!

— Не слушай, не к тебе же обращались, — недовольно ответил киллер, потрепав Смайла по холке.

— Ишь, какие мы капризные! — хохотнул Офф, уходя дымить в соседнюю комнату.

Черноволосый проигнорировал слова безликого. А через несколько секунд встал и пошел к выходу — устраивать, по совету Оффендера, массовую резню.

POV Кассандра.

Что заставило меня открыть глаза, сама не знаю, но это пробуждение мне не понравилось с самого своего начала.

А началось все с того, что я очнулась в гробу.

— Святые пингвины… Что за нахер?! — я с силой стукнула по крышке и тут же об этом пожалела — на меня посыпались щепки.

Ругнувшись, я попыталась вспомнить, что со мной было. Через минут двадцать непрерывного напряжения, в ходе которого выяснилось, что мои волосы все так же светятся, когда я сильно думаю, я смогла вспомнить, что со мной было. И поняла, что я умерла. И, как получается, воскресла.

Лежать в гробу я была не намерена, а поэтому собирала все свои силы, что бы сделать себе ход наверх.