Фандом: Гарри Поттер. Маггловские розы, скучающий Люциус и скромный молодой герболог Невилл Лонгботтом.
Добавить в моё избранное
6 мин, 31 сек 135
Лето выдалось жаркое, знойное, в августе парило, как в середине июля, да не в Англии, а где-нибудь в Италии… Солнце, наглое и довольное, катилось по небу, блестя лучами в окна и раздражая Люциуса. Впрочем, его в последнее время раздражало все — или почти все.
Люциусу Малфою было откровенно скучно. Нет, он, разумеется, не жалел о временах Темного Лорда, но и жить вот так, без интриги, без привкуса опасности — скучно, господа! Когда-то у него министр по струночке ходил, с руки ел, а теперь оставалось сидеть в поместье, командовать немногочисленными оставшимися домовиками да радоваться, что у Поттера хватило гриффиндорства заступиться за Малфоев. Люциус не сомневался, что рано или поздно вернет себе и своему семейству надлежащий блеск, но дело это долгое и муторное, а пока надо было Малфой-мэнор, пострадавший сначала от друзей-Пожирателей, потом от авроров-правдоискателей, восстанавливать.
Он отложил в сторону перо и недописанное письмо, подошел к окну, обвел взглядом полуразрушенный сад. Да, былой красоты тут еще долго не видать! Клумбы вытоптаны, павлины передушены… Люциус заметил чуть в стороне, там, где когда-то был розарий, высокую фигуру, присмотрелся, и губы сами собой растянулись в улыбке, а тоскливая скука отступила, сменившись возбуждением и почти охотничьим азартом.
Какая скука может быть, если в розарии, ну, или там, где его когда-то разбила матушка, работает Невилл Лонгботтом, нанятый Нарциссой специально для ухода за капризными розовыми кустами? Выбранные ею модные сорта были маггловскими, яркими, с крупными ароматными цветками, и, на беду, а может, и на счастье, абсолютно не выносили никакой магии: от прикосновений домовика вяли, а при поливе им же — гнили. Спокойный, немногословный и знающий, как иногда казалось далекому от садоводства Люциусу, о растениях все и даже больше, Невилл Лонгботтом, несмотря на заслуги перед магическим обществом, чувствовал себя вполне комфортно, орудуя лопатой в саду Малфой-мэнора. При взгляде на то, как он обращается с растениями, становилось понятно: герболог из него вышел куда более талантливый, чем аврор…
Пожалуй, в такой прекрасный день сидеть в четырех стенах не стоило. Письмо в министерство можно дописать и позже, вечером. А сейчас — прогуляться к розарию и расположиться в близлежащей к нему беседке, уютно увитой плотными зарослями клематисов… а заодно посмотреть, как там дела у Лонгботтома. Предложить ему чего-нибудь освежающего, как и подобает радушному хозяину. Люциус велел домовику приготовить в беседке напитки для двоих и спустился в сад. Подходить к Лонгботтому он не спешил — зачем отвлекать от работы занятого человека? Если можно, скрывшись в тени дерева, просто посмотреть, как ходят под тонкой рубашкой мышцы на широкой спине, как вытертые джинсы обтягивают сильные ноги, как напрягаются руки, переворачивая пласт земли, как золотятся выгоревшие на солнце короткие волосы … Невилл, остановившись, стянул мокрую от пота рубаху, повесил ее на ветку, вытер пот со лба и снова вернулся к работе.
Люциус, засмотревшийся на крепкие загорелые плечи и крупную родинку под правой лопаткой, к которой так хотелось прижаться губами, неловко переступил с ноги на ногу, хрустнула ветка. Лонгботтом резко обернулся на звук, сжимая лопату, но тут же расслабился, узнав хозяина поместья.
— Теряете квалификацию, мистер Малфой — не можете подобраться к объекту наблюдения без лишнего шума, — спокойно констатировал Невилл. Во взгляде его плясали хитрые бесенята.
— Подобраться? К объекту? — Люциус подошел ближе, потянул носом, слегка, совсем незаметно раздувая ноздри — от Невилла знакомо пахло землей, разгоряченным молодым телом и нарциссиными розами. Розы он готов был простить. — Я просто подумал, а не сделать ли вам перерыв, Невилл? Выпить чего-нибудь… холодного… А то вы совсем вспотели.
Он проследил взглядом за капелькой пота, скатившейся по виску Лонгботтома, потом стер ее легким прикосновением. Невилл слегка покраснел под загаром, но возражать не стал, прошел вслед за Люциусом в беседку.
В небольшой беседке царили уютная прохлада и полумрак, несмотря на жаркий день. На столике обнаружился запотевший кувшин с вишневым соком и пара стаканов.
— Позволите, Невилл? Я за вами поухаживаю, как подобает радушному хозяину, — их пальцы слегка соприкоснулись, и Люциус не торопился отводить руку. Как же ему не хватало всего этого! Флирт, прикосновения, от которых кровь быстрее бежит по жилам, ощущение, что ты живешь, живешь полной жизнью! Нет, все-таки как хорошо, что обожаемая супруга решила посадить именно маггловские сорта с невыговариваемыми названиями, и что мистер Невилл Лонгботтом как раз искал работу после не слишком удачной попытки стать аврором.
Люциус смотрел, как он пьет, жадно, большими глотками опустошая стакан, как несколько темно-красных капель устремляются через край, прочерчивая алую струйку к подбородку, а от него — к острой ключице.
Люциусу Малфою было откровенно скучно. Нет, он, разумеется, не жалел о временах Темного Лорда, но и жить вот так, без интриги, без привкуса опасности — скучно, господа! Когда-то у него министр по струночке ходил, с руки ел, а теперь оставалось сидеть в поместье, командовать немногочисленными оставшимися домовиками да радоваться, что у Поттера хватило гриффиндорства заступиться за Малфоев. Люциус не сомневался, что рано или поздно вернет себе и своему семейству надлежащий блеск, но дело это долгое и муторное, а пока надо было Малфой-мэнор, пострадавший сначала от друзей-Пожирателей, потом от авроров-правдоискателей, восстанавливать.
Он отложил в сторону перо и недописанное письмо, подошел к окну, обвел взглядом полуразрушенный сад. Да, былой красоты тут еще долго не видать! Клумбы вытоптаны, павлины передушены… Люциус заметил чуть в стороне, там, где когда-то был розарий, высокую фигуру, присмотрелся, и губы сами собой растянулись в улыбке, а тоскливая скука отступила, сменившись возбуждением и почти охотничьим азартом.
Какая скука может быть, если в розарии, ну, или там, где его когда-то разбила матушка, работает Невилл Лонгботтом, нанятый Нарциссой специально для ухода за капризными розовыми кустами? Выбранные ею модные сорта были маггловскими, яркими, с крупными ароматными цветками, и, на беду, а может, и на счастье, абсолютно не выносили никакой магии: от прикосновений домовика вяли, а при поливе им же — гнили. Спокойный, немногословный и знающий, как иногда казалось далекому от садоводства Люциусу, о растениях все и даже больше, Невилл Лонгботтом, несмотря на заслуги перед магическим обществом, чувствовал себя вполне комфортно, орудуя лопатой в саду Малфой-мэнора. При взгляде на то, как он обращается с растениями, становилось понятно: герболог из него вышел куда более талантливый, чем аврор…
Пожалуй, в такой прекрасный день сидеть в четырех стенах не стоило. Письмо в министерство можно дописать и позже, вечером. А сейчас — прогуляться к розарию и расположиться в близлежащей к нему беседке, уютно увитой плотными зарослями клематисов… а заодно посмотреть, как там дела у Лонгботтома. Предложить ему чего-нибудь освежающего, как и подобает радушному хозяину. Люциус велел домовику приготовить в беседке напитки для двоих и спустился в сад. Подходить к Лонгботтому он не спешил — зачем отвлекать от работы занятого человека? Если можно, скрывшись в тени дерева, просто посмотреть, как ходят под тонкой рубашкой мышцы на широкой спине, как вытертые джинсы обтягивают сильные ноги, как напрягаются руки, переворачивая пласт земли, как золотятся выгоревшие на солнце короткие волосы … Невилл, остановившись, стянул мокрую от пота рубаху, повесил ее на ветку, вытер пот со лба и снова вернулся к работе.
Люциус, засмотревшийся на крепкие загорелые плечи и крупную родинку под правой лопаткой, к которой так хотелось прижаться губами, неловко переступил с ноги на ногу, хрустнула ветка. Лонгботтом резко обернулся на звук, сжимая лопату, но тут же расслабился, узнав хозяина поместья.
— Теряете квалификацию, мистер Малфой — не можете подобраться к объекту наблюдения без лишнего шума, — спокойно констатировал Невилл. Во взгляде его плясали хитрые бесенята.
— Подобраться? К объекту? — Люциус подошел ближе, потянул носом, слегка, совсем незаметно раздувая ноздри — от Невилла знакомо пахло землей, разгоряченным молодым телом и нарциссиными розами. Розы он готов был простить. — Я просто подумал, а не сделать ли вам перерыв, Невилл? Выпить чего-нибудь… холодного… А то вы совсем вспотели.
Он проследил взглядом за капелькой пота, скатившейся по виску Лонгботтома, потом стер ее легким прикосновением. Невилл слегка покраснел под загаром, но возражать не стал, прошел вслед за Люциусом в беседку.
В небольшой беседке царили уютная прохлада и полумрак, несмотря на жаркий день. На столике обнаружился запотевший кувшин с вишневым соком и пара стаканов.
— Позволите, Невилл? Я за вами поухаживаю, как подобает радушному хозяину, — их пальцы слегка соприкоснулись, и Люциус не торопился отводить руку. Как же ему не хватало всего этого! Флирт, прикосновения, от которых кровь быстрее бежит по жилам, ощущение, что ты живешь, живешь полной жизнью! Нет, все-таки как хорошо, что обожаемая супруга решила посадить именно маггловские сорта с невыговариваемыми названиями, и что мистер Невилл Лонгботтом как раз искал работу после не слишком удачной попытки стать аврором.
Люциус смотрел, как он пьет, жадно, большими глотками опустошая стакан, как несколько темно-красных капель устремляются через край, прочерчивая алую струйку к подбородку, а от него — к острой ключице.
Страница 1 из 2
