Фандом: Гарри Поттер. Министр Поттер может по праву гордиться своей Первой леди. Но все ли является тем, чем кажется на первый взгляд?
Добавить в моё избранное
5 мин, 28 сек 152
Туда он предпочитал не заходить — Джинни устроила под домом личную мастерскую, совмещенную с лабораторией — но сейчас из-под двери клубами полз густой дым, и Гарри, прошептав заклинание головного пузыря, спустился вниз.
Джинни лежала на полу без движения, окруженная кусками какого-то устройства, которое он не смог опознать. Гарри выволок ее наверх, быстро проветрил дом и склонился над женой. К счастью, она была в порядке, поэтому Гарри присел рядом с ней на диван и осторожно потряс за плечо.
— Джин! Эй, Джинни, очнись.
Она некоторое время не шевелилась, затем ее тело напряглось, и Джинни резко подскочила с дивана. Гарри не успел и охнуть, как оказался поваленным навзничь, с прижатой к горлу собственной палочкой.
— Что ты видел? — прошипела Джинни ему в лицо, и в свете лампы Гарри с ужасом увидел, что радужка ее глаз окрасилась в алый.
— А… — Гарри хотел что-то ответить, но только сейчас до него дошло, что Джинни обратилась к нему не на английском. Это был парселтанг. — Что… кто ты?
Джинни в ответ только мотнула головой, вздохнула и отстранилась. Гарри остался лежать — ошеломленный, испуганный. До него медленно доходил смысл всей ситуации, и внутри все сжималось от злости и страха.
— Волдеморт… — в конце концов прошипел он с ненавистью. — Что ты сделал с Джинни? Верни мою жену обратно!
— Все-таки, Поттер, ты непроходимый идиот, — устало отозвался его давний враг голосом Джинни. Он привычным жестом убрал с лица рыжую прядь, повернулся к Гарри, и тот с удивлением разглядел в его глазах отголоски усталой, застарелой боли. — Видимо, ты и через сто лет не способен будешь понять.
Он направил на Гарри палочку, и в следующий миг комнату заполнил белый свет.
Утро субботы выдалось до отвращения ясным и солнечным. Гарри зарылся глубже в одеяла, стараясь скрыться от головной боли, но через несколько минут сдался и вышел из спальни.
Джинни, как всегда собранная и деловая, пила кофе и читала свежую периодику. Она мельком взглянула на проснувшегося мужа и нахмурилась, но почти сразу лицо ее разгладилось, и она коротко улыбнулась Гарри. Тот подошел и нежно поцеловал ее в рыжую макушку.
— Зелье возле твоей чашки.
— И как ты всегда угадываешь, что у меня болит голова? — Гарри сел напротив и залпом выпил кисловатое варево.
— Я слишком хорошо тебя знаю, — тонко улыбнулась Джинни.
Гарри на это только рассмеялся и наконец стал завтракать, не заметив мелькнувших на миг красных искр в глазах жены.
Джинни лежала на полу без движения, окруженная кусками какого-то устройства, которое он не смог опознать. Гарри выволок ее наверх, быстро проветрил дом и склонился над женой. К счастью, она была в порядке, поэтому Гарри присел рядом с ней на диван и осторожно потряс за плечо.
— Джин! Эй, Джинни, очнись.
Она некоторое время не шевелилась, затем ее тело напряглось, и Джинни резко подскочила с дивана. Гарри не успел и охнуть, как оказался поваленным навзничь, с прижатой к горлу собственной палочкой.
— Что ты видел? — прошипела Джинни ему в лицо, и в свете лампы Гарри с ужасом увидел, что радужка ее глаз окрасилась в алый.
— А… — Гарри хотел что-то ответить, но только сейчас до него дошло, что Джинни обратилась к нему не на английском. Это был парселтанг. — Что… кто ты?
Джинни в ответ только мотнула головой, вздохнула и отстранилась. Гарри остался лежать — ошеломленный, испуганный. До него медленно доходил смысл всей ситуации, и внутри все сжималось от злости и страха.
— Волдеморт… — в конце концов прошипел он с ненавистью. — Что ты сделал с Джинни? Верни мою жену обратно!
— Все-таки, Поттер, ты непроходимый идиот, — устало отозвался его давний враг голосом Джинни. Он привычным жестом убрал с лица рыжую прядь, повернулся к Гарри, и тот с удивлением разглядел в его глазах отголоски усталой, застарелой боли. — Видимо, ты и через сто лет не способен будешь понять.
Он направил на Гарри палочку, и в следующий миг комнату заполнил белый свет.
Утро субботы выдалось до отвращения ясным и солнечным. Гарри зарылся глубже в одеяла, стараясь скрыться от головной боли, но через несколько минут сдался и вышел из спальни.
Джинни, как всегда собранная и деловая, пила кофе и читала свежую периодику. Она мельком взглянула на проснувшегося мужа и нахмурилась, но почти сразу лицо ее разгладилось, и она коротко улыбнулась Гарри. Тот подошел и нежно поцеловал ее в рыжую макушку.
— Зелье возле твоей чашки.
— И как ты всегда угадываешь, что у меня болит голова? — Гарри сел напротив и залпом выпил кисловатое варево.
— Я слишком хорошо тебя знаю, — тонко улыбнулась Джинни.
Гарри на это только рассмеялся и наконец стал завтракать, не заметив мелькнувших на миг красных искр в глазах жены.
Страница 2 из 2
