Фандом: Гарри Поттер. Поиск крестражей. Гарри видит в лесу патронус-лань, и находит озеро, на дне которого — меч Гриффиндора. Но не Рон приходит к нему на помощь, и события получают шанс на другое развитие.
Добавить в моё избранное
225 мин, 23 сек 3964
И с вами в первую очередь, — глаза Снейпа сузились.
— Мне кажется, моя мама не единственная, чья смерть вам снится, — продолжил Гарри, серьёзно глядя на Снейпа. — Я слышал, как вы звали меня по имени. В ваших воспоминаниях…
— Я сказал, что не хочу обсуждать это, — перебил Снейп, повысив голос.
— Вы чего-то не договариваете мне! Вы всё время показывали мне, как ненавидели меня. Оскорбляли меня и моих друзей, не давали ни повода понять, что вы на нашей стороне. Что это — хорошая игра на публику? Но и наедине, на занятиях легилименцией — вы продолжали вести себя по отношению ко мне как полный… как последний… как я не заслуживал того! Вы ведь знаете, чем мне обернулись такие уроки.
— Вы обвиняете меня в том…
— Подождите, послушайте меня! Сейчас, когда я, рискуя всем на свете так опрометчиво и безрассудно явился сюда, именно так, как, возможно, это сделал бы мой отец или кто-то ещё, кого вы ненавидите так же сильно, пришёл без плана и тщательно обдуманной схемы, просто чтобы узнать правду… С вас будто стёрли вашу ненависть, обесцветили её! Вы не повышаете на меня голос, вы ни разу не упрекнули меня ни в чём. Вы объясняете мне, объясняете! Просто рассказываете, без упрёков, без запугивания, — Гарри несколько раз вдохнул и выдохнул. — Что происходит?
Снейп стоял с выражением, будто он не слышит стараний Гарри, и задумчиво смотрел мимо.
— Вы ведёте со мной так… И ваш сон. — Гарри запнулся и добавил тише: — Будто вы думаете, что я скоро умру.
Как-то стушевавшись, Гарри отвёл взгляд от Снейпа.
— Будто для вас это неизбежность, которая позволяет перестать ненавидеть меня, ведь какой смысл ненавидеть того, кто скоро умрёт? — тихо продолжал Гарри. — Ведь это…
— Замолчите, — Снейп резко повернулся к нему.
— Ни один не может жить, пока жив другой, — Гарри продолжал, глядя профессору прямо в глаза. — Так может, и когда другой мёртв, первый тоже жить не может?
— Поттер.
— Что? Теперь, когда у него остаётся всё меньше души, я чувствую каждую его потерю, я чувствую это так, будто часть меня умирает! Будто её выжигают у меня изнутри. Вы видели сами!
— Успокойтесь, Поттер, — медленно проговорил Снейп.
— Вы не отрицаете моей версии, — Гарри поджал губы, до белизны сжав их и, не выдержав, сорвался на крик. — Или это тоже часть плана Дамблдора? Позволить мне уничтожить все крестражи, а затем убить и меня, так, чтобы наверняка?! Наверняка он поручил это вам, и вы держите меня здесь, чтобы в нужный момент принять необходимые меры? Конечно, кого ещё Дамблдор мог попросить? Он ни разу не пресёк вашу ненависть ко мне, культивировал её, чтобы вам же было легче, так? Вы оставили меня безоружным, запертым в этих комнатах, абсолютно беспомощным, чтобы выполнить свою миссию, когда наступит время?! Отвечайте мне!
Гарри сделал шаг вперёд и сжал ладони в кулаки. Снейп, казалось, превратился в каменное изваяние — ни один мускул не дрогнул на его лице, только по глазам можно было заметить, насколько он зол.
— Что, боитесь признать, что я прав? Боитесь сказать мне это в лицо?!
Яркая, страшная картина предстала в сознании Гарри — ночь убийства Дамблдора. Он никогда не испытывал такой сильной, всепоглощающей ненависти, в то время он ненавидел Снейпа больше, чем Волдеморта, причинившего столько бед его близким, — за обман, за ложь, за предательство. Тогда он тоже обвинил его в трусости.
Застывшее выражение медленно сползало с лица Снейпа, искажая черты, возвращая ему образ, который Гарри видел в ту ночь. Он дёрнул рукой, словно собирался достать волшебную палочку, но подавил движение в самом начале. Гарри трясла мелкая дрожь, он чувствовал, что ещё немного — и кто-то из них сорвётся, и здесь он в явном проигрыше. Ожидая нападения, а, судя по лицу Снейпа, оно должно было состояться совсем скоро, он выпалил:
— Отвечайте! — и, не дожидаясь ответа, кинулся на Снейпа, схватил за воротник мантии и с силой толкнул к стене. Палочка моментально оказалась в руках профессора, но Гарри, которому сил придавала вспыхнувшая ярким огнём ненависть, заклинанием отбросил её. Секунда — и Снейп перехватил его руку, занесённую для удара, и завёл её за спину Гарри. Тот с силой рванулся из захвата, пытаясь вырваться, но Снейп сам разжал руки и отступил в сторону.
— Прекратите это! — жёстко сказал он тем тоном, которым пресекал нарушения дисциплины в классе. Как ни странно, это подействовало на Гарри — он как-то сразу затих и опустился на скамейку, спрятав пылающее лицо в ладонях. — Поттер, сцена, которую вы мне здесь устроили, должна была напомнить вам другую. В ночь смерти Дамблдора вы считали меня виновным, и я могу понять ваш гнев, но сейчас. Мне казалось, вы поняли, что были не правы.
Гарри молчал, не поднимая лица.
— А сейчас я прав? — его голос прозвучал тихо и приглушённо, но Снейп не мог сделать вид, что не услышал.
— Мне кажется, моя мама не единственная, чья смерть вам снится, — продолжил Гарри, серьёзно глядя на Снейпа. — Я слышал, как вы звали меня по имени. В ваших воспоминаниях…
— Я сказал, что не хочу обсуждать это, — перебил Снейп, повысив голос.
— Вы чего-то не договариваете мне! Вы всё время показывали мне, как ненавидели меня. Оскорбляли меня и моих друзей, не давали ни повода понять, что вы на нашей стороне. Что это — хорошая игра на публику? Но и наедине, на занятиях легилименцией — вы продолжали вести себя по отношению ко мне как полный… как последний… как я не заслуживал того! Вы ведь знаете, чем мне обернулись такие уроки.
— Вы обвиняете меня в том…
— Подождите, послушайте меня! Сейчас, когда я, рискуя всем на свете так опрометчиво и безрассудно явился сюда, именно так, как, возможно, это сделал бы мой отец или кто-то ещё, кого вы ненавидите так же сильно, пришёл без плана и тщательно обдуманной схемы, просто чтобы узнать правду… С вас будто стёрли вашу ненависть, обесцветили её! Вы не повышаете на меня голос, вы ни разу не упрекнули меня ни в чём. Вы объясняете мне, объясняете! Просто рассказываете, без упрёков, без запугивания, — Гарри несколько раз вдохнул и выдохнул. — Что происходит?
Снейп стоял с выражением, будто он не слышит стараний Гарри, и задумчиво смотрел мимо.
— Вы ведёте со мной так… И ваш сон. — Гарри запнулся и добавил тише: — Будто вы думаете, что я скоро умру.
Как-то стушевавшись, Гарри отвёл взгляд от Снейпа.
— Будто для вас это неизбежность, которая позволяет перестать ненавидеть меня, ведь какой смысл ненавидеть того, кто скоро умрёт? — тихо продолжал Гарри. — Ведь это…
— Замолчите, — Снейп резко повернулся к нему.
— Ни один не может жить, пока жив другой, — Гарри продолжал, глядя профессору прямо в глаза. — Так может, и когда другой мёртв, первый тоже жить не может?
— Поттер.
— Что? Теперь, когда у него остаётся всё меньше души, я чувствую каждую его потерю, я чувствую это так, будто часть меня умирает! Будто её выжигают у меня изнутри. Вы видели сами!
— Успокойтесь, Поттер, — медленно проговорил Снейп.
— Вы не отрицаете моей версии, — Гарри поджал губы, до белизны сжав их и, не выдержав, сорвался на крик. — Или это тоже часть плана Дамблдора? Позволить мне уничтожить все крестражи, а затем убить и меня, так, чтобы наверняка?! Наверняка он поручил это вам, и вы держите меня здесь, чтобы в нужный момент принять необходимые меры? Конечно, кого ещё Дамблдор мог попросить? Он ни разу не пресёк вашу ненависть ко мне, культивировал её, чтобы вам же было легче, так? Вы оставили меня безоружным, запертым в этих комнатах, абсолютно беспомощным, чтобы выполнить свою миссию, когда наступит время?! Отвечайте мне!
Гарри сделал шаг вперёд и сжал ладони в кулаки. Снейп, казалось, превратился в каменное изваяние — ни один мускул не дрогнул на его лице, только по глазам можно было заметить, насколько он зол.
— Что, боитесь признать, что я прав? Боитесь сказать мне это в лицо?!
Яркая, страшная картина предстала в сознании Гарри — ночь убийства Дамблдора. Он никогда не испытывал такой сильной, всепоглощающей ненависти, в то время он ненавидел Снейпа больше, чем Волдеморта, причинившего столько бед его близким, — за обман, за ложь, за предательство. Тогда он тоже обвинил его в трусости.
Застывшее выражение медленно сползало с лица Снейпа, искажая черты, возвращая ему образ, который Гарри видел в ту ночь. Он дёрнул рукой, словно собирался достать волшебную палочку, но подавил движение в самом начале. Гарри трясла мелкая дрожь, он чувствовал, что ещё немного — и кто-то из них сорвётся, и здесь он в явном проигрыше. Ожидая нападения, а, судя по лицу Снейпа, оно должно было состояться совсем скоро, он выпалил:
— Отвечайте! — и, не дожидаясь ответа, кинулся на Снейпа, схватил за воротник мантии и с силой толкнул к стене. Палочка моментально оказалась в руках профессора, но Гарри, которому сил придавала вспыхнувшая ярким огнём ненависть, заклинанием отбросил её. Секунда — и Снейп перехватил его руку, занесённую для удара, и завёл её за спину Гарри. Тот с силой рванулся из захвата, пытаясь вырваться, но Снейп сам разжал руки и отступил в сторону.
— Прекратите это! — жёстко сказал он тем тоном, которым пресекал нарушения дисциплины в классе. Как ни странно, это подействовало на Гарри — он как-то сразу затих и опустился на скамейку, спрятав пылающее лицо в ладонях. — Поттер, сцена, которую вы мне здесь устроили, должна была напомнить вам другую. В ночь смерти Дамблдора вы считали меня виновным, и я могу понять ваш гнев, но сейчас. Мне казалось, вы поняли, что были не правы.
Гарри молчал, не поднимая лица.
— А сейчас я прав? — его голос прозвучал тихо и приглушённо, но Снейп не мог сделать вид, что не услышал.
Страница 21 из 63
