Фандом: Гарри Поттер. Поиск крестражей. Гарри видит в лесу патронус-лань, и находит озеро, на дне которого — меч Гриффиндора. Но не Рон приходит к нему на помощь, и события получают шанс на другое развитие.
Добавить в моё избранное
225 мин, 23 сек 3886
Гермиона игнорировала Рона весь день. Гарри чувствовал себя ребёнком рассорившейся пары — ему доставалось втрое больше внимания, но он знал, что всё это напускное. Сейчас его друзьям важнее разобраться в своих чувствах друг к другу.
— Я не знаю никого, у кого был бы патронус в виде лани, — без колебаний заявила Гермиона. — Его не мог послать никто из наших. Либо кто-то неизвестный, либо вообще враг!
— Не думаю, что пожиратели смерти могут вызывать патронусов, — возразил Гарри, и Гермиона нетерпеливо кивнула.
— Но это необязательно кто-то из пожирателей. Возможно, сторонники среди волшебников, которые только недавно присоединились к Во…
— Гермиона!
Рон вскочил на ноги. В его взгляде не было раздражения — только беспокойство, подбородок Гермионы, поднявшийся в знак того, что последует гневная реплика, опустился. Гарри выдохнул.
-К Тому-Кого-Нельзя-Называть, — кивнув себе, продолжила она. — Возможно, они хотят выслужиться перед ним и так проявить себя. Ты должен был разбудить меня, Гарри, а не рисковать так!
— Нет же, — Гарри нахмурился. Доводы казались ему абсолютно абсурдными, но он сам осознавал, что руководствуется больше своими ощущениями, чем логическими доводами. — Зачем его сторонникам приводить меня к мечу Гриффиндора?
Гермиона закусила губу.
— Ты же не помнишь, что случилось. На тебя могли напасть, и по чистой случайности, повторяю, именно по случайности, с моей палочкой, ты мог победить. Но враг оглушил тебя и скрылся, а меч — он же появляется в момент, когда особенно нужен.
— Это можно проверить, — продолжила Гермиона.
Но, протестировав собственную волшебную палочку, она не нашла ни единого заклинания для сражения. Рон хмыкнул, чем заслужил резкий взгляд.
Гарри вызвался нести дежурство первым, сославшись на то, что всё равно не сможет уснуть. Слова Гермионы, не нашедшие подтверждения, не давали ему покоя. Мог ли кто-то оглушить его заклинанием и затем положить рядом меч? Может, это и правда кто-то из сторонников Тёмного Лорда, но не тот, кто недавно перешёл к нему, а тот, кто решил переметнуться на их сторону.
«На мою сторону», — усмехнулся про себя Гарри.
Итак, зачем его возможному союзнику нападать на него? Если он не захотел раскрывать себя, то мог ли надеяться, что от удара о землю у Гарри вылетят из головы события ночи? «Обливиэйт», — словно со стороны он услышал не то шепот, не то шорох. Его могли заставить забыть! Теперь он был уверен в этом, и эта иррациональная уверенность, не подкреплённая ничем, росла с каждой минутой. Он чувствовал, как его рассудок сопротивляется наложенным чарам, как гудит в голове и стучит в висках. Он вспомнил, какое разочарование испытал, когда не смог догнать лань. Он снова хватал ртом воздух, всплыв в первый раз на поверхность, и снова чувствовал, как кто-то вытаскивает его из воды. Ещё немного, и он поймёт, кем был тот, кто заставил его забыть.
Тёмный силуэт словно нехотя выплывал из воспоминаний. Свободно и испуганно лежащий на ладони крестраж, направленная на него палочка. Снейп. Напряжённое лицо выдавало его тревогу. «Обливиэйт!», — заклинание понеслось к Гарри, и он, не желая снова забыть такие важные факты, отчаянно замотал головой.
— Нет, нет! — хотел произнести он, но что-то мешало, что-то сковывало, перед глазами стояла темнота. Снова, как и сутки назад, он почувствовал, как его трясут, пытаясь заставить очнуться. Он услышал голос Рона.
-Гарри!
— Нет, — теперь он смог сказать. — Рон.
— Всё нормально. Всё хорошо, Гарри, это был просто сон, — он увидел склонившихся над ним друзей. Гермиона без тени укора продолжала — Ты уснул.
Всё ещё не совсем владея ситуацией, Гарри оглянулся по сторонам. Всё верно, он у палатки, а не на берегу озера. Хотя он бы поспорил на что угодно, что увиденное им не было сном.
— Что случилось? — Рон нахмурился, больше не изображая пристыженное смирение перед Гермионой, как вчера. — У тебя такой вид, будто ты дементора увидел.
— Я всё вспомнил, — ответил Гарри и тут же пожалел о своей поспешной реакции. Хотелось всё обдумать самому, прежде чем делиться с кем-то информацией, не ясной до конца для него самого.
— Пойдём в палатку, — безапелляционно заявила Гермиона. — И ты нам всё расскажешь.
Гарри почувствовал, как замёрз. Внутри было ненамного, но теплее, и он тянул время, кутаясь в плед и обдумывая, что именно сказать друзьям. В итоге они узнали о его первой попытке нырнуть с крестражем на шее, о том, что крестраж был снят и оставлен на берегу и о том, как он всё-таки достал меч.
— Если меч сам светился этим серебристым светом, — Гермиона, едва дослушав, высказывала свою версию, — а затем перестал сиять, может, это он послал лань? Я не слышала, чтобы волшебные артефакты могли творить заклинания, но что, если это был не патронус, а что-то ещё?
— Я не знаю никого, у кого был бы патронус в виде лани, — без колебаний заявила Гермиона. — Его не мог послать никто из наших. Либо кто-то неизвестный, либо вообще враг!
— Не думаю, что пожиратели смерти могут вызывать патронусов, — возразил Гарри, и Гермиона нетерпеливо кивнула.
— Но это необязательно кто-то из пожирателей. Возможно, сторонники среди волшебников, которые только недавно присоединились к Во…
— Гермиона!
Рон вскочил на ноги. В его взгляде не было раздражения — только беспокойство, подбородок Гермионы, поднявшийся в знак того, что последует гневная реплика, опустился. Гарри выдохнул.
-К Тому-Кого-Нельзя-Называть, — кивнув себе, продолжила она. — Возможно, они хотят выслужиться перед ним и так проявить себя. Ты должен был разбудить меня, Гарри, а не рисковать так!
— Нет же, — Гарри нахмурился. Доводы казались ему абсолютно абсурдными, но он сам осознавал, что руководствуется больше своими ощущениями, чем логическими доводами. — Зачем его сторонникам приводить меня к мечу Гриффиндора?
Гермиона закусила губу.
— Ты же не помнишь, что случилось. На тебя могли напасть, и по чистой случайности, повторяю, именно по случайности, с моей палочкой, ты мог победить. Но враг оглушил тебя и скрылся, а меч — он же появляется в момент, когда особенно нужен.
— Это можно проверить, — продолжила Гермиона.
Но, протестировав собственную волшебную палочку, она не нашла ни единого заклинания для сражения. Рон хмыкнул, чем заслужил резкий взгляд.
Гарри вызвался нести дежурство первым, сославшись на то, что всё равно не сможет уснуть. Слова Гермионы, не нашедшие подтверждения, не давали ему покоя. Мог ли кто-то оглушить его заклинанием и затем положить рядом меч? Может, это и правда кто-то из сторонников Тёмного Лорда, но не тот, кто недавно перешёл к нему, а тот, кто решил переметнуться на их сторону.
«На мою сторону», — усмехнулся про себя Гарри.
Итак, зачем его возможному союзнику нападать на него? Если он не захотел раскрывать себя, то мог ли надеяться, что от удара о землю у Гарри вылетят из головы события ночи? «Обливиэйт», — словно со стороны он услышал не то шепот, не то шорох. Его могли заставить забыть! Теперь он был уверен в этом, и эта иррациональная уверенность, не подкреплённая ничем, росла с каждой минутой. Он чувствовал, как его рассудок сопротивляется наложенным чарам, как гудит в голове и стучит в висках. Он вспомнил, какое разочарование испытал, когда не смог догнать лань. Он снова хватал ртом воздух, всплыв в первый раз на поверхность, и снова чувствовал, как кто-то вытаскивает его из воды. Ещё немного, и он поймёт, кем был тот, кто заставил его забыть.
Тёмный силуэт словно нехотя выплывал из воспоминаний. Свободно и испуганно лежащий на ладони крестраж, направленная на него палочка. Снейп. Напряжённое лицо выдавало его тревогу. «Обливиэйт!», — заклинание понеслось к Гарри, и он, не желая снова забыть такие важные факты, отчаянно замотал головой.
— Нет, нет! — хотел произнести он, но что-то мешало, что-то сковывало, перед глазами стояла темнота. Снова, как и сутки назад, он почувствовал, как его трясут, пытаясь заставить очнуться. Он услышал голос Рона.
-Гарри!
— Нет, — теперь он смог сказать. — Рон.
— Всё нормально. Всё хорошо, Гарри, это был просто сон, — он увидел склонившихся над ним друзей. Гермиона без тени укора продолжала — Ты уснул.
Всё ещё не совсем владея ситуацией, Гарри оглянулся по сторонам. Всё верно, он у палатки, а не на берегу озера. Хотя он бы поспорил на что угодно, что увиденное им не было сном.
— Что случилось? — Рон нахмурился, больше не изображая пристыженное смирение перед Гермионой, как вчера. — У тебя такой вид, будто ты дементора увидел.
— Я всё вспомнил, — ответил Гарри и тут же пожалел о своей поспешной реакции. Хотелось всё обдумать самому, прежде чем делиться с кем-то информацией, не ясной до конца для него самого.
— Пойдём в палатку, — безапелляционно заявила Гермиона. — И ты нам всё расскажешь.
Гарри почувствовал, как замёрз. Внутри было ненамного, но теплее, и он тянул время, кутаясь в плед и обдумывая, что именно сказать друзьям. В итоге они узнали о его первой попытке нырнуть с крестражем на шее, о том, что крестраж был снят и оставлен на берегу и о том, как он всё-таки достал меч.
— Если меч сам светился этим серебристым светом, — Гермиона, едва дослушав, высказывала свою версию, — а затем перестал сиять, может, это он послал лань? Я не слышала, чтобы волшебные артефакты могли творить заклинания, но что, если это был не патронус, а что-то ещё?
Страница 4 из 63
