Фандом: Гарри Поттер. Вы когда нибудь задумывались о том, почему крёстным Гарри Поттера стал не Римус Люпин, а Сириус Блэк?
Добавить в моё избранное
66 мин, 1 сек 820
Директор наблюдал за детьми из-за стола, улыбаясь, а вперёд выступила пожилая волшебница, ранее представившаяся, как профессор МакГонагалл. Она достала длинный список с именами.
— Блэк, Сириус!
На ступени взошёл симпатичный мальчик с чёрными длинными волосами, бросив надменный взгляд на стол Слизерина и послав удовлетворённо-уверенную ухмылку друзьям.
— Гриффиндор!
Он довольно хмыкнул и проследовал к столу своего факультета, нарушив вековые традиции семьи. Лили подумала, что будет интересно следить за тем, как потечёт его жизнь в будущем, после чего надолго ушла в себя, а из раздумий её вывел голос профессора, объявивший:
— Люпин, Римус!
Увидев беспокойство в глазах новоиспечённой подруги, тот ободряюще улыбнулся. Его также определили на Гриффиндор.
Следующее имя, заставившее Лили обратить внимание на «подиум», принадлежало черноволосому мальчику. Джеймс Поттер был красивым, несмотря на юный возраст, с задорно блестящими глазами цвета миндаля и самоуверенной усмешкой на губах. Он взъерошил шевелюру, проведя по ней пальцами. Он заметил, что девочка с любопытством разглядывает его, и дёрнул бровью. Она чуть покраснела, но не успела даже подумать как ей отреагировать. В то время его отправили на факультет к друзьям.
Лили нащупала руку Северуса и крепко сжала.
Но и ему пришлось оставить её.
— Слизерин!
Он, безусловно, обрадовался, а её сердце провалилось в пятки — теперь она не знала, на какой факультет ей стремиться.
— Эванс, Лили!
Внутри бушевали эмоции. Она ведь и сама не знала толком, чего хотела. И сейчас её судьба так просто решится.
— Гриффиндор!
Северус выглядел несчастным. Но юной первокурснице ничего не оставалось, как поспешить к аплодирующим студентам.
Римус улыбнулся, опустив глаза.
— Эванс, — проговорил Поттер, тщательно повертев фамилию однокурсницы на языке. — Хорошо, что ты с нами. На змеином факультете придурков тебе не место.
Она вспыхнула тут же начиная спорить с нахальным обидчиком, ведь дело касалось её друга. Но тот подключил к дискуссии Блэка, а противостоять двоим сразу было значительно труднее, однако она не сдавалась.
— Рем, ну хоть ты её скажи! Ты же умный! — взвыл Джеймс.
Однако тот лишь закатил глаза и покачал головой, уставившись в тарелку с ещё нетронутой едой. Ещё только при знакомстве с новыми друзьями Римус понял, что с ними будет непросто.
А Лили поняла, что лучше просто игнорировать назойливых однокурсников и молча сидела, ковыряя вилкой кусок курицы. Она уже успела пожалеть о своём желании поближе с ними познакомиться.
— Привет, я Грейс, — послышалось рядом.
— Лили, — буркнула та.
Вздохнув, она начала разговор, чтобы избавиться от безрадостных мыслей. Они мигом нашли общий язык, но рыжая ведьмочка не могла не замечать хитрых улыбок Поттера и Блэка.
То, что произошло дальше, казалось девочке чудесным сном. Школа чародейства и волшебства — всё вокруг действительно было волшебным. Ей досталась спальня с Грейс и ещё двумя девочками, однако ей хотелось походить хотя бы по гостиной и рассмотреть всё.
Но два уже знакомых её наглых мальчишки по-хозяйски развалились на диване, а рядом сидели Римус и Питер, так что Лили от расследований пришлось временно отказаться.
На следующий день первокурсники в полной мере осознали, что между факультетами существует многовековая война. Нет, «война» — слишком громко сказано: вражда, жестокая и беспощадная. Со всего Гриффиндора одна только Лили не желала мириться с подобными отношениями и спокойно чувствовала себя, гуляя с Северусом. Но юный Снегг довольно быстро переметнулся на тёмную сторону — связался с неподходящей компанией, завёл сомнительных друзей, одним словом — испортился. Они с Лили стали всё реже общаться, от чего гриффиндорке порой становилось грустно. На Слизерине учился старший из последнего поколения благородного семейства Блэков — Регулус. Он был безумно похож на Сириуса, только ещё хуже. Раньше фамилия древнейшего рода внушала Лили уважение, а теперь к этому прибавились странные страх и неприязнь. Он бросал взгляды, полные презрения, ведь попасть на Гриффиндор — не шутка, а брат его отвечал тем же. Волнами негатива со стороны Слизерина захлёстывало и остальных студентов львиного факультета, и Лили, которой приходилось проводить много времени с однокурсниками, тоже доставалось.
Сентябрь довольно сильно измотал гриффиндорку. В воскресенье она, наконец, разделалась со всеми уроками и домашними заданиями и спустилась в гостиную. На своих обычных местах сидели четверо друзей, но ей слишком надоело торчать в спальне.
— Эванс, нам как раз тебя не хватало! — коротко рассмеялся Джеймс.
Она поморщилась и проследовала в дальний угол комнаты.
— Ну Эванс, иди сюда! — подхватил Сириус
— Замолчите хоть на минутку!
— Блэк, Сириус!
На ступени взошёл симпатичный мальчик с чёрными длинными волосами, бросив надменный взгляд на стол Слизерина и послав удовлетворённо-уверенную ухмылку друзьям.
— Гриффиндор!
Он довольно хмыкнул и проследовал к столу своего факультета, нарушив вековые традиции семьи. Лили подумала, что будет интересно следить за тем, как потечёт его жизнь в будущем, после чего надолго ушла в себя, а из раздумий её вывел голос профессора, объявивший:
— Люпин, Римус!
Увидев беспокойство в глазах новоиспечённой подруги, тот ободряюще улыбнулся. Его также определили на Гриффиндор.
Следующее имя, заставившее Лили обратить внимание на «подиум», принадлежало черноволосому мальчику. Джеймс Поттер был красивым, несмотря на юный возраст, с задорно блестящими глазами цвета миндаля и самоуверенной усмешкой на губах. Он взъерошил шевелюру, проведя по ней пальцами. Он заметил, что девочка с любопытством разглядывает его, и дёрнул бровью. Она чуть покраснела, но не успела даже подумать как ей отреагировать. В то время его отправили на факультет к друзьям.
Лили нащупала руку Северуса и крепко сжала.
Но и ему пришлось оставить её.
— Слизерин!
Он, безусловно, обрадовался, а её сердце провалилось в пятки — теперь она не знала, на какой факультет ей стремиться.
— Эванс, Лили!
Внутри бушевали эмоции. Она ведь и сама не знала толком, чего хотела. И сейчас её судьба так просто решится.
— Гриффиндор!
Северус выглядел несчастным. Но юной первокурснице ничего не оставалось, как поспешить к аплодирующим студентам.
Римус улыбнулся, опустив глаза.
— Эванс, — проговорил Поттер, тщательно повертев фамилию однокурсницы на языке. — Хорошо, что ты с нами. На змеином факультете придурков тебе не место.
Она вспыхнула тут же начиная спорить с нахальным обидчиком, ведь дело касалось её друга. Но тот подключил к дискуссии Блэка, а противостоять двоим сразу было значительно труднее, однако она не сдавалась.
— Рем, ну хоть ты её скажи! Ты же умный! — взвыл Джеймс.
Однако тот лишь закатил глаза и покачал головой, уставившись в тарелку с ещё нетронутой едой. Ещё только при знакомстве с новыми друзьями Римус понял, что с ними будет непросто.
А Лили поняла, что лучше просто игнорировать назойливых однокурсников и молча сидела, ковыряя вилкой кусок курицы. Она уже успела пожалеть о своём желании поближе с ними познакомиться.
— Привет, я Грейс, — послышалось рядом.
— Лили, — буркнула та.
Вздохнув, она начала разговор, чтобы избавиться от безрадостных мыслей. Они мигом нашли общий язык, но рыжая ведьмочка не могла не замечать хитрых улыбок Поттера и Блэка.
То, что произошло дальше, казалось девочке чудесным сном. Школа чародейства и волшебства — всё вокруг действительно было волшебным. Ей досталась спальня с Грейс и ещё двумя девочками, однако ей хотелось походить хотя бы по гостиной и рассмотреть всё.
Но два уже знакомых её наглых мальчишки по-хозяйски развалились на диване, а рядом сидели Римус и Питер, так что Лили от расследований пришлось временно отказаться.
На следующий день первокурсники в полной мере осознали, что между факультетами существует многовековая война. Нет, «война» — слишком громко сказано: вражда, жестокая и беспощадная. Со всего Гриффиндора одна только Лили не желала мириться с подобными отношениями и спокойно чувствовала себя, гуляя с Северусом. Но юный Снегг довольно быстро переметнулся на тёмную сторону — связался с неподходящей компанией, завёл сомнительных друзей, одним словом — испортился. Они с Лили стали всё реже общаться, от чего гриффиндорке порой становилось грустно. На Слизерине учился старший из последнего поколения благородного семейства Блэков — Регулус. Он был безумно похож на Сириуса, только ещё хуже. Раньше фамилия древнейшего рода внушала Лили уважение, а теперь к этому прибавились странные страх и неприязнь. Он бросал взгляды, полные презрения, ведь попасть на Гриффиндор — не шутка, а брат его отвечал тем же. Волнами негатива со стороны Слизерина захлёстывало и остальных студентов львиного факультета, и Лили, которой приходилось проводить много времени с однокурсниками, тоже доставалось.
Сентябрь довольно сильно измотал гриффиндорку. В воскресенье она, наконец, разделалась со всеми уроками и домашними заданиями и спустилась в гостиную. На своих обычных местах сидели четверо друзей, но ей слишком надоело торчать в спальне.
— Эванс, нам как раз тебя не хватало! — коротко рассмеялся Джеймс.
Она поморщилась и проследовала в дальний угол комнаты.
— Ну Эванс, иди сюда! — подхватил Сириус
— Замолчите хоть на минутку!
Страница 2 из 19
