Фандом: Сверхъестественное. Кроули с ловкостью опытного шулера тасует обстоятельства в свою пользу, а Сэм и Кастиэль просто пытаются разобраться в хитросплетениях интриг короля Ада и не дать новорожденному демону Дину увязнуть в них по самые уши.
Добавить в моё избранное
98 мин, 39 сек 939
Бенни знал, что причиной, по которой он вновь решил вернуться в мир людей, в котором ему после свершившейся мести, как оказалось, не место, были вовсе не долгие уговоры Динно и отнюдь не осознание того, как будет беситься Сэмюель по этому поводу. Он никогда не страдал слепотой и видел, что перерождение, так сказать во тьму, дорого обошлось новому адскому рыцарю. Вампир пристально следил за охотником, подмечая малейшие детали в поведении, делая выводы, заставляющие его непроизвольно морщиться. За год в Чистилище и еще полгода на земле Бенни понял, что все беды Дина вовсе не от выбранного им ремесла, а от его разрушительной любви к брату. То есть тень, гложущая его друга, означает, что у них с Сэмом что-то не так. Снова. Именно это понимание и заставило его вернуться на землю. Он нужен своему брату по оружию и по совместно пролитой в здешнем аду крови.
— Я рад, что ты цел, Бенни, — неловко промямлил Лосяра. На открытом лице, не способном утаить и малейшую эмоцию, огромными буквами было написано, что тот как ни в каком месте не рад этому знаменательному событию — тому было не по себе рядом с ручным кровососом Белки.
Что самое смешное — вампир тоже это прекрасно видел, но снисходительно молчал. Похоже, динов старый боевой товарищ по Чистилищу был тоже не в особом восторге от Сэма.
Интересненько… Раньше Кроули об этом не знал. Люцифер его подери, теперь он просто обязан узнать все подробности того, что произошло между обоими братьями и этим… Лаффитом.
— Я тоже, Сэмюель, — с весьма неприятной усмешкой ответил тому вампир.
Точно обязан — прищурился Кроули, подмечая, как сильно при этом перекосило Лосяру.
Пусть Кастиэль долгое время и охотился на Джесайу, но это не значит, что он не нашел времени встретиться с Кроули: сначала для того, чтобы прояснить ситуацию, а потом обсуждая условия их сотрудничества.
Их самый первый разговор — там, в нескольких километрах от Астории на парковке, был на редкость продуктивен, хотя и оставил после себя слишком много вопросов.
Кроули признался, что у него нет ни намерения, ни желания превращать Дина в кровожадное и неуправляемое чудовище. Как и в том, что тот нужен ему в здравом уме и трезвой памяти. Согласно сведениям демона, позже подтвержденной проведенным небесной канцелярией расследованием, как и Каин, Дин сможет остаться самим собой, если у него будет ради кого оставаться вменяемым, и чем больше будет этих «ради кого», тем лучше. Именно поэтому Сэма, когда он отлучается из бункера Мужей Знаний, тайно охраняют подчиненные Кроули; именно поэтому тот предупредил об этом Кастиэля и из-за этого же принял самое деятельное участие в помощи обустроиться на земле вновь вернувшемуся из Чистилища Бенни.
Конечно, Кроули отлично маскировал свои истинные мотивы, прикрываясь интригами и кружевами циничной болтовни, впрочем, нет — все это действительно было. Но Кастиэль не заострял на этом внимание, ибо с королем Ада по-другому было нельзя — все его слова и поступки имели не два и даже не пять скрытых мотивов. И если начать их искать, то можно сойти с ума раньше, чем в них разобраться. Однако каким бы ловким и хитрым ни был этот демон, за пару неформальных встреч двух заговорщиков, каким бы ни был теперь плохим ангелом Кастиэль, он все же сумел прочитать того.
У Кроули действительно был вагон и маленькая тележка планов на Дина, но также правда была и в том, что демон действительно по-своему, разумеется, привязан к нему. Они оба видели друг друга в моменты сильнейшей уязвимости, и оба сумели найти двери, каждый в своей запертой комнате с помощью друг друга. Правда была в том, что Кроули, опять же, исключительно в своей неповторимой манере, заботился о Дине, пусть и презирал себя за это.
Обрушиваясь на землю вместе с громами и молниями, он в красках представлял себе, как вывернет наизнанку и запечет мозг того придурка, что где-то умудрился раскопать ритуал призыва архангела.
Не явиться на зов Габриэль не мог — внутренности его сосуда словно бы зацепило невидимым крюком, который медленно, но верно тянул его к месту призыва.
«Адресно ведь призывает, гаденыш!» — то ли восхитился он, то ли возмутился находчивости таинственного самоубийцы.
Вот только… откуда заклятье-то? Не говоря уже о том, чтобы раздобыть все необходимое по весьма немаленькому списку ингредиентов? А уж чтобы расшифровать, мягко скажем, несколько витиеватый текст на енохианском и суметь правильно выполнить ритуал, нужно быть как минимум гением и иметь доступ к уже давно мертвым знаниям.
В свое время, сбегая из лона семьи, мятежный архангел отлично потрудился, чтобы о них как можно быстрее позабыли — работающий ритуал призыва по имени здорово бы навредил его программе защиты свидетелей. И вот теперь, спустя столько лет его вновь жаждут лицезреть… будь оно все не ладно.
— Позволь представиться, я…
— Я рад, что ты цел, Бенни, — неловко промямлил Лосяра. На открытом лице, не способном утаить и малейшую эмоцию, огромными буквами было написано, что тот как ни в каком месте не рад этому знаменательному событию — тому было не по себе рядом с ручным кровососом Белки.
Что самое смешное — вампир тоже это прекрасно видел, но снисходительно молчал. Похоже, динов старый боевой товарищ по Чистилищу был тоже не в особом восторге от Сэма.
Интересненько… Раньше Кроули об этом не знал. Люцифер его подери, теперь он просто обязан узнать все подробности того, что произошло между обоими братьями и этим… Лаффитом.
— Я тоже, Сэмюель, — с весьма неприятной усмешкой ответил тому вампир.
Точно обязан — прищурился Кроули, подмечая, как сильно при этом перекосило Лосяру.
Пусть Кастиэль долгое время и охотился на Джесайу, но это не значит, что он не нашел времени встретиться с Кроули: сначала для того, чтобы прояснить ситуацию, а потом обсуждая условия их сотрудничества.
Их самый первый разговор — там, в нескольких километрах от Астории на парковке, был на редкость продуктивен, хотя и оставил после себя слишком много вопросов.
Кроули признался, что у него нет ни намерения, ни желания превращать Дина в кровожадное и неуправляемое чудовище. Как и в том, что тот нужен ему в здравом уме и трезвой памяти. Согласно сведениям демона, позже подтвержденной проведенным небесной канцелярией расследованием, как и Каин, Дин сможет остаться самим собой, если у него будет ради кого оставаться вменяемым, и чем больше будет этих «ради кого», тем лучше. Именно поэтому Сэма, когда он отлучается из бункера Мужей Знаний, тайно охраняют подчиненные Кроули; именно поэтому тот предупредил об этом Кастиэля и из-за этого же принял самое деятельное участие в помощи обустроиться на земле вновь вернувшемуся из Чистилища Бенни.
Конечно, Кроули отлично маскировал свои истинные мотивы, прикрываясь интригами и кружевами циничной болтовни, впрочем, нет — все это действительно было. Но Кастиэль не заострял на этом внимание, ибо с королем Ада по-другому было нельзя — все его слова и поступки имели не два и даже не пять скрытых мотивов. И если начать их искать, то можно сойти с ума раньше, чем в них разобраться. Однако каким бы ловким и хитрым ни был этот демон, за пару неформальных встреч двух заговорщиков, каким бы ни был теперь плохим ангелом Кастиэль, он все же сумел прочитать того.
У Кроули действительно был вагон и маленькая тележка планов на Дина, но также правда была и в том, что демон действительно по-своему, разумеется, привязан к нему. Они оба видели друг друга в моменты сильнейшей уязвимости, и оба сумели найти двери, каждый в своей запертой комнате с помощью друг друга. Правда была в том, что Кроули, опять же, исключительно в своей неповторимой манере, заботился о Дине, пусть и презирал себя за это.
Обрушиваясь на землю вместе с громами и молниями, он в красках представлял себе, как вывернет наизнанку и запечет мозг того придурка, что где-то умудрился раскопать ритуал призыва архангела.
Не явиться на зов Габриэль не мог — внутренности его сосуда словно бы зацепило невидимым крюком, который медленно, но верно тянул его к месту призыва.
«Адресно ведь призывает, гаденыш!» — то ли восхитился он, то ли возмутился находчивости таинственного самоубийцы.
Вот только… откуда заклятье-то? Не говоря уже о том, чтобы раздобыть все необходимое по весьма немаленькому списку ингредиентов? А уж чтобы расшифровать, мягко скажем, несколько витиеватый текст на енохианском и суметь правильно выполнить ритуал, нужно быть как минимум гением и иметь доступ к уже давно мертвым знаниям.
В свое время, сбегая из лона семьи, мятежный архангел отлично потрудился, чтобы о них как можно быстрее позабыли — работающий ритуал призыва по имени здорово бы навредил его программе защиты свидетелей. И вот теперь, спустя столько лет его вновь жаждут лицезреть… будь оно все не ладно.
— Позволь представиться, я…
Страница 26 из 28
