Фандом: Сверхъестественное. Кроули с ловкостью опытного шулера тасует обстоятельства в свою пользу, а Сэм и Кастиэль просто пытаются разобраться в хитросплетениях интриг короля Ада и не дать новорожденному демону Дину увязнуть в них по самые уши.
Добавить в моё избранное
98 мин, 39 сек 889
— Это все метка Каина, Сэм, она не захотела меня отпускать, — грустно усмехнулся Дин и виновато потупился, ожидая сакраментального «а я ведь тебе говорил» от главного умника в их тандеме, но тот, — о чудо! — промолчал на эту тему.
— Не волнуйся, Дин, мы найдем выход, — обняв своего едва не потерянного родственника, не то поклялся, не то пообещал Сэм, на что Кроули не удержался от скептического хмыканья. Он-то, в отличие от погрязшего в своих личностных переживаниях Лося, потрудился изучить матчасть.
— И вот на этой потрясающей братской ноте я вынужден вас покинуть — дела, — почувствовав, что еще немного, и его стошнит, поморщился он. — И, Дин, если все же решишься осваивать свои новые способности, звони, — продемонстрировав жест, во всем мире обозначающий переговоры по телефону, милостиво разрешил Кроули и поспешил покинуть эту обитель братской любви, пока его не вывернуло наизнанку.
Ему следовало бы спуститься хотя бы для того, чтобы отдать дань уважения тому, кто был ему больше чем другом, тому, кто стал его учителем и братом в мире людей. Но глядеть на пустую оболочку, которую оставила дерзкая, мятежная душа Дина, было выше его сил.
Собратья были непоколебимо уверены, что только он достоин быть новым предводителем ангельского воинства, но Кастиэль не чувствовал в себе силы вести за собою Небеса. Со смертью необычного человека, что научил его свободе выбора, казалось, у него начисто пропал тот внутренний стержень, что привлекал к нему сторонников. Украденная благодать вытекала по капле, каждую минуту причиняя невыносимую боль, но еще больше страдало сердце. Кастиэль понимал, что скоро её не останется вовсе, и он ничем не будет отличаться от обычного человека; совсем скоро придется спуститься на землю, навсегда забыть о Небесах и доживать отпущенное ему время смертным. Не то чтобы ему хотелось оставаться среди полной разрухи, но возвращаться на землю, где больше нет Дина, не хотелось еще больше.
«Кас! Ты нам нужен! Пожалуйста, Кас!» — тревожно кольнуло в висок.
Это Сэм, и ему нужна его помощь — с трудом идентифицировал далекую мольбу Кастиэль и вздрогнул, теряя концентрацию. Пелена, скрывающая его от собратьев, развеялась словно дым, чем те тут же и воспользовались, возникнув рядом с ним из ниоткуда. Двое профессионально схватили его за руки, так что он не мог вырваться при всем своем желании. В былое время ему бы удалось расшвырять их как котят, но только не сейчас, когда Кастиэль напоминал лишь слабую тень самого себя. Он был слаб и телом, и духом, так что ему не оставалось ничего иного, как покорно повиснуть на руках у своих пленителей и переместиться вместе с ними.
Оказавшись перед распахнутыми дверьми темницы Метатрона, Кастиэль вздрогнул. Неужели их решили поменять местами? Даже если и так, он не будет противиться — решил бывший мятежник. Но нет — еще двое из числа воинства крепко держали яростно вращающего глазами писаря с кляпом во рту, не давая ему даже шелохнуться. Прямо в камере возник еще один собрат, которого Кастиэль почитал павшим от руки Уриэля.
— Это ради твоего же блага, — резким движением полоснув по горлу забившегося в крепкой хватке Метатрона ангельским клинком, заверил его Джесайа, толкнув прямо на хрипевшего и содрогающегося в конвульсиях писаря.
— Зачем? — только и смог спросить Кастиэль, ощущая, как живительным потоком вливается в него чужая благодать. Получилось откровенно жалко и совсем не похоже на бывшего несгибаемого лидера сопротивления, но в данный момент его это не волновало.
— Ты нужен нам, брат, — даже не представляя, что почти слово в слово повторил мольбу Сэма, уважительно склонил голову Джесайа, явно метящий в число его ближайших сторонников.
Нужно было сразу убить Метатрона — с горечью понял он, покосившись на труп у своих ног. Так нет же, чтобы избежать принятия тяжелого решения, малодушно решил оставить гнить того до скончания веков в казематах, решив, что у него нет ни сил, ни желания судить за закрытие Небес и за гибель многих достойных братьев и сестер. Кастиэль просто радовался тому, что все наконец закончилось, не находя в себе сил сражаться дальше. Но кто же знал, что у ангельского воинства другое мнение?
— Зачем, Джесайа?
— Не волнуйся, Дин, мы найдем выход, — обняв своего едва не потерянного родственника, не то поклялся, не то пообещал Сэм, на что Кроули не удержался от скептического хмыканья. Он-то, в отличие от погрязшего в своих личностных переживаниях Лося, потрудился изучить матчасть.
— И вот на этой потрясающей братской ноте я вынужден вас покинуть — дела, — почувствовав, что еще немного, и его стошнит, поморщился он. — И, Дин, если все же решишься осваивать свои новые способности, звони, — продемонстрировав жест, во всем мире обозначающий переговоры по телефону, милостиво разрешил Кроули и поспешил покинуть эту обитель братской любви, пока его не вывернуло наизнанку.
Глава 2
Спускаться с Небес на землю не было никакого желания. Только не теперь, не после того, как Метатрон с самодовольным видом сообщил ему о смерти Дина. Хотелось запереться где-нибудь в тесной, темной каморке и не выходить из неё в ближайшие пару тысячелетий, оплакивая свою потерю. Увы, желание или нежелание Кастиэля в данном случае не имело никакого значения. Внизу остался Сэм и без дружеской помощи ему не справиться, и хотя он не обольщался насчет своих способностей на поприще врачевателя душ, тому сейчас гораздо тяжелее — у него больше никого не осталось. А горе, если разделить его на двоих, возможно, будет не так уж и ужасно, но Кастиэль не был в этом уверен наверняка.Ему следовало бы спуститься хотя бы для того, чтобы отдать дань уважения тому, кто был ему больше чем другом, тому, кто стал его учителем и братом в мире людей. Но глядеть на пустую оболочку, которую оставила дерзкая, мятежная душа Дина, было выше его сил.
Собратья были непоколебимо уверены, что только он достоин быть новым предводителем ангельского воинства, но Кастиэль не чувствовал в себе силы вести за собою Небеса. Со смертью необычного человека, что научил его свободе выбора, казалось, у него начисто пропал тот внутренний стержень, что привлекал к нему сторонников. Украденная благодать вытекала по капле, каждую минуту причиняя невыносимую боль, но еще больше страдало сердце. Кастиэль понимал, что скоро её не останется вовсе, и он ничем не будет отличаться от обычного человека; совсем скоро придется спуститься на землю, навсегда забыть о Небесах и доживать отпущенное ему время смертным. Не то чтобы ему хотелось оставаться среди полной разрухи, но возвращаться на землю, где больше нет Дина, не хотелось еще больше.
«Кас! Ты нам нужен! Пожалуйста, Кас!» — тревожно кольнуло в висок.
Это Сэм, и ему нужна его помощь — с трудом идентифицировал далекую мольбу Кастиэль и вздрогнул, теряя концентрацию. Пелена, скрывающая его от собратьев, развеялась словно дым, чем те тут же и воспользовались, возникнув рядом с ним из ниоткуда. Двое профессионально схватили его за руки, так что он не мог вырваться при всем своем желании. В былое время ему бы удалось расшвырять их как котят, но только не сейчас, когда Кастиэль напоминал лишь слабую тень самого себя. Он был слаб и телом, и духом, так что ему не оставалось ничего иного, как покорно повиснуть на руках у своих пленителей и переместиться вместе с ними.
Оказавшись перед распахнутыми дверьми темницы Метатрона, Кастиэль вздрогнул. Неужели их решили поменять местами? Даже если и так, он не будет противиться — решил бывший мятежник. Но нет — еще двое из числа воинства крепко держали яростно вращающего глазами писаря с кляпом во рту, не давая ему даже шелохнуться. Прямо в камере возник еще один собрат, которого Кастиэль почитал павшим от руки Уриэля.
— Это ради твоего же блага, — резким движением полоснув по горлу забившегося в крепкой хватке Метатрона ангельским клинком, заверил его Джесайа, толкнув прямо на хрипевшего и содрогающегося в конвульсиях писаря.
— Зачем? — только и смог спросить Кастиэль, ощущая, как живительным потоком вливается в него чужая благодать. Получилось откровенно жалко и совсем не похоже на бывшего несгибаемого лидера сопротивления, но в данный момент его это не волновало.
— Ты нужен нам, брат, — даже не представляя, что почти слово в слово повторил мольбу Сэма, уважительно склонил голову Джесайа, явно метящий в число его ближайших сторонников.
Нужно было сразу убить Метатрона — с горечью понял он, покосившись на труп у своих ног. Так нет же, чтобы избежать принятия тяжелого решения, малодушно решил оставить гнить того до скончания веков в казематах, решив, что у него нет ни сил, ни желания судить за закрытие Небес и за гибель многих достойных братьев и сестер. Кастиэль просто радовался тому, что все наконец закончилось, не находя в себе сил сражаться дальше. Но кто же знал, что у ангельского воинства другое мнение?
— Зачем, Джесайа?
Страница 3 из 28
