Сава

Каждый её день чем-то похож на предыдущий.

Сава просыпается в маленькой комнате и замечает, что её подушка в некоторых местах пропиталась кровью, а из носа по губам и подбородку всё ещё стекают тонкие багровые струйки. У Савы часто случаются кровотечения из носа, поэтому она особо не пугается, утирает лицо рукавом и оглядывается по сторонам.

В её комнате из мебели есть только железная кровать. Ни окон, ни шкафа, ни стола — ничего. Стены и пол были покрыты белым кафелем с мелкими трещинами, на потолке висела одна единственная тусклая лампочка. Кому-то такое «жильё» покажется ужасным, но Саву всё более чем устраивало. Вещей у неё мало, всё спокойно помещается под кроватью.

Сразу после пробуждения, Сава собирается на работу.

Несколько раз в неделю к ней приходят «заказчики». Работа Савы заключалась в том, что она должна развлекать заказчиков, исполнять их прихоти. Таких как Сава здесь было много, ведь в одиночку невозможно уделить внимание всем пришедшим. Их здесь, по понятной причине, называли Исполняющими. За свои услуги они получали деньги, а иногда и другие сюрпризы в качестве бонуса, если заказчики были довольны. Сава всегда старалась выполнять все приказы и никогда не опаздывать на назначенные встречи.

Она подходит к массивной железной двери, толкает её и оказывается в длинном коридоре с множеством точно таких же дверей. Из-за некоторых время от времени раздаются приглушённые крики. Сава не обращает на них внимания и шагает дальше по коридору. За несколько лет она слышала столько криков, что сейчас почти разучилась их различать. Для неё они все были почти однотипны, и бессмысленны, ведь комнаты и коридоры находились на подземном — 2 этаже, глубоко под землёй, так что сверху никто ничего не услышит, сколько не надрывайся.

Наконец впереди показалась нужная дверь. Она выглядела хуже всех остальных, была сильно исцарапана, а вокруг на грязном дверном косяке остались следы грязи и не отмытой крови. За рабочей комнатой Савы следили не так хорошо, как за рабочими комнатами других Исполняющих, но кого это волнует?

Сава входит в помещение. Оно мало чем отличается от комнаты, в которой она ночует: один и тот же цвет стен, такое же слабое освещение, но вместо железной кровати стоит массивны стол с прикрученными к нему кандалами. Дальняя стена была полностью сделана из прочного стекла. Его, в отличие от всего остального, намывали до блеска, чтобы зрителям по ту сторону было всё хорошо видно.

Люди за стеклом поднимают взгляд на Саву. Старые заказчики, приходившие к ней уже не один раз, незаметно улыбаются ей под масками, а новые зрители удивлённо рассматривают низкорослую девушку. Она немного не похожа на Исполняющего, скорее походит на театральную игрушку — куклу с большими красноватыми глазами и бледной кожей, в длинной чёрной рубашке и колготках в ярко-красную и белую полоску. Вот только её светлые волосы были совсем не «кукольными» — жёсткие, секущиеся, пострижены неровно. Для удобства Сава заплетала их в два коротких хвостика, но кривая чёлка всё равно лезла в лицо.

В комнату входят двое крепких мужчин (Сава не знала их имён, они здесь редко разговаривают друг с другом), волоча за собой человека с чёрным пакетом на голове. Никто из Исполняющих не носили масок, даже находясь перед своей «публикой». Заказчиками были исключительно проверенные люди (абы кого на этаж не пускали), которым просто незачем сдавать их. Да и кому придёт в голову это делать? За такое можно поплатиться, оказавшись на месте того, кого сейчас тащат с пакетом на башке.

Жертву бросают на стол, сковывая железом руки и ноги, снимают мешок и позволяют всем присутствующим посмотреть на её лицо. Сегодня жертвой была маленькая девочка с заплаканными, покрасневшими глазами. Те, что притащили её сюда, покидают комнату. Жертва не понимает, что происходит, она вертит головой в разные стороны, ищет кого-то взглядом и находит Саву. Та уже успела достать из железного ящика длинную спицу, а для завершения — кухонный топорик.

— Где я? — спросила жертва, но Сава даже не поморщилась от этого писклявого детского голоса.

— Не бойся, только не бойся — тут же подала голос Сава. Её без эмоциональное выражение лица совершенно не успокаивало испуганного ребёнка, а скорее наоборот — вселяло ещё больше страха и недоверия. — Это единственное правильное решение для тебя.

Сава кивком указала на тёмные силуэты за стеклом.

— Если не будешь показывать страх и кричать, возможно им наскучит и тебе будет больно не так уж долго.

— Я хочу к маме, — девочка хнычет, не обращая внимания на слова Исполняющего. — Я хочу к маме!

— Тише, тише, — шепчет Сава, освобождает дрожащую руку жертвы из оков и задирает рукав детской пижамы, — дай ручку… вот так, да.

Она крепко держит девочку за запястье, сильнее сжимает в бледной руке спицу и прикладывает к локтю жертвы.