Фандом: Гарри Поттер. Полнолуние — самое страшное время для Тедди Люпина.
Добавить в моё избранное
4 мин, 40 сек 205
Волк, щурясь, ткнулся ему в руку.
— Откуда он тут? — Тед непонимающе обернулся на мать. Та усмехнулась.
— Помнишь, папа каждый месяц болеет? Это и есть его болезнь: каждое полнолуние он превращается в волка-оборотня.
— Это… опасно? — Тедди смотрел на зверя — отца? — во все глаза. — Ему очень плохо, да?
— В одиночестве — очень, — подтвердила Нимфадора. — И без лекарств плохо. Но мы можем постараться ему помочь, и папе будет легче.
Тед уселся на колени и, обхватив волчью шею, потёрся щекой о заострённую морду.
— Можно я здесь буду спать? — он оглянулся на мать умоляюще. — Пожалуйста.
— Ладно, — разрешила Дора, улыбнувшись. Тедди погладил волка по спине, всклокочив длинную серо-серебристую шерсть. Папа-волк был тёплым и мерно дышал — как всегда дышал в человечьем облике, и это как-то сразу успокоило Теда.
Когда Нимфадора вернулась с одеялом, она обнаружила, что Тедди спит, распластавшись прямо на волчьей спине. Поведя ухом, Ремус повернул голову и, аккуратно ухватив краешек принесённого Дорой покрывала, подтянул его и носом заботливо подоткнул под бок Теду.
Она наклонилась и порывисто поцеловала его в переносицу.
— Прости, — прошептала Нимфадора еле слышно и, не сдержавшись, улыбнулась, — но ты всегда справлялся с убаюкиванием Тедди лучше всех из нас.
— Откуда он тут? — Тед непонимающе обернулся на мать. Та усмехнулась.
— Помнишь, папа каждый месяц болеет? Это и есть его болезнь: каждое полнолуние он превращается в волка-оборотня.
— Это… опасно? — Тедди смотрел на зверя — отца? — во все глаза. — Ему очень плохо, да?
— В одиночестве — очень, — подтвердила Нимфадора. — И без лекарств плохо. Но мы можем постараться ему помочь, и папе будет легче.
Тед уселся на колени и, обхватив волчью шею, потёрся щекой о заострённую морду.
— Можно я здесь буду спать? — он оглянулся на мать умоляюще. — Пожалуйста.
— Ладно, — разрешила Дора, улыбнувшись. Тедди погладил волка по спине, всклокочив длинную серо-серебристую шерсть. Папа-волк был тёплым и мерно дышал — как всегда дышал в человечьем облике, и это как-то сразу успокоило Теда.
Когда Нимфадора вернулась с одеялом, она обнаружила, что Тедди спит, распластавшись прямо на волчьей спине. Поведя ухом, Ремус повернул голову и, аккуратно ухватив краешек принесённого Дорой покрывала, подтянул его и носом заботливо подоткнул под бок Теду.
Она наклонилась и порывисто поцеловала его в переносицу.
— Прости, — прошептала Нимфадора еле слышно и, не сдержавшись, улыбнулась, — но ты всегда справлялся с убаюкиванием Тедди лучше всех из нас.
Страница 2 из 2
