Как стать капитаном

— котенка небрежно приподняли повыше, чтобы рассмотреть как следует. — Клянусь той загогулиной, которую морские коньки по недоразумению называют хвостом, это же мокрая кошка!

— Я не кошка! — возмущенно пискнул Рыжехвост. Конечно же, он хотел сказать, что кот и кошка это очень даже большая разница, но тому, в чьи лапы угодил, было все равно.

— И кто ж ты тогда? Уж точно не собака. Поверь тому, кто пожил на свете побольше тебя, глупого малька, — сверкнул немаленькими клыками зверь, из крепкой хватки которого трепыхающемуся котику все никак не удавалось вырваться. Как он ни старался, только тщетно молотил в воздухе лапами.

— Я — кот! — пропыхтел мокрый пленник. — Путешественник! Я — капитан Рыжехвост! У меня самый лучший корабль в мире! И если ты обо мне еще не слышал, то непременно услышишь. И очень-очень скоро! От-пу-сти ме-ня! — это наглое кошачье вранье сопровождалось подергиваниями в цепких когтях незнакомца.

— Ха-ха-ха! Ох, уморил! Отпустить капитана? — страшные когти разжались, и Рыжехвост оказался всеми конечностями в воде. Хоть тут и было мелко, но подмоченной оказалась не только его прекрасная шерстка (в который уже раз!), но и репутация.

— Прости, малек, но до капитана ты не дотянул, — огромная лапа снова протянулась к беззащитному загривку, и Рыжехвоста втащили на лодку, усадив на деревянную скамью. — Смотри, не свались с банки!

Котенок начал оглядываться в поисках «банки», даже посмотрел себе под хвост, но не увидел ничего похожего на стеклянную емкость. Он уже хотел спросить об этом, однако даже слово вставить не успел.

— Много я повидал на своем веку капитанов, знаменитых и не очень, — во всю глотку вещал огромный серый волк, которым оказался встреченный котенком рыбак. — Тебе до них, как вплавь от экватора до Северного полюса. Спорим на хвост от кильки, что даже не знаешь, что делает капитана капитаном?

С этими словами волчище водрузил себе на голову морскую фуражку, достал из бездонного кармана курительную трубку с изогнутым мундштуком и стал неторопливо набивать ее табаком из непромокаемого кисета.

— Морская шапка и трубка? — нерешительно мяукнул котик.

— Эх ты, салага! Капитана делают капитаном годы упорного каторжного труда, тысячи кровавых мозолей от канатов и тонны знаний, впитанных с тяготами и морской солью. Что нос повесил, новобранец? Это вовсе не значит, что ты никогда им не станешь. При должном обучении… с хорошим наставником… который научит всем тонкостям морского дела… Сечешь?

— Значит, ты — самый настоящий капитан? — глаза котенка стали совсем круглыми от восторга. Еще бы, на одиноком острове встретить всамделишного капитана!

— Хм-м-м… — Волк отчего-то смутился. — Можно и так сказать. Почти капитан.

— А разве бывают «почти капитаны»?

— Видишь ли, мой маленький друг, иногда случается — что-то, к чему ты привык, перестает быть тем, чем было, и становится чем-то другим.

Котенок помотал головой, чтобы эта мысль лучше улеглась в голове, но все равно ничего, совсем ничегошеньки не понял.

— Ладно, расскажу, — тяжко вздохнул Волк. — Врать не стану, не дело это, маленьких обманывать, клянусь пятым щупальцем морской звезды! А ты сиди, слушай, да на ус мотай.

А дело было так. Шли мы как-то Северным морем. Город, куда держали курс, тоже назывался Северный. Рыбы — хоть горстями из воды вылавливай. Сама шла в лапы. И так уж вышло, что, сойдя на берег, команда была вынуждена зазимовать в Северном. Грянула зима, море возле берега превратилось в ледяную кашу. Наше судно приросло бортами к чужой земле. Так бывает, морякам не привыкать. Но городок был неплохой. В самый раз для путешественников. По улицам там ходят волки и медведи. Лисицы, опять же. А какая там клюква! Раскидистая, что твоя вишня. И вот такая крупная! — Волк помахал в воздухе увесистым кулачищем. — Там-то я и повстречал ЕЕ. Свою Волчицу. Эх, Рыжий, если б ты ее увидел, то и сам бы влюбился, хоть и не волк. И когда по весне пришла пора возвращаться домой, я позвал ее с собой. Но моя красавица оказалась сухопутной душой. И мы уговорились, что я к ней вернусь, как только доставлю своих к родным берегам. Ведь капитан не может бросить команду на произвол судьбы. Моя Волчица обещала ждать.

И вот, когда мы уже были близко к родному порту, разыгрался ужаснейший шторм. Шхуну, как щепку, швыряло то вправо, то влево, вода заливала палубу. А я, вместо того, чтобы думать о своем корабле, не мог выкинуть из головы мыслей о своей избраннице. Страшнее всего было — никогда больше не увидеться с ней. Если бы я не отвлекся, наверняка бы заметил рифы, на которые, клянусь дохлой каракатицей, и напоролся наш корабль. Так что мой тебе совет, малыш: когда вырастешь и станешь капитаном, оставляй свою любовь на берегу. Никогда не бери ее в море, даже в мыслях, иначе беды не миновать.

— И корабль погиб? — котенок чуть не плакал.