Я человек очень мало верящий в мистику. По натуре научного склада, по профессии аналитик. Хотя сталкивалась со странными вещами достаточно часто. Самая странная история в моей жизни была про НЛО. Хотя мне годами казалось, что это был просто бред, приснилось, что это я сама себе придумала и поверила в это. До недавнего времени.
Добавить в моё избранное
11 мин, 56 сек 240
Да, я реально так считаю! Даже если придётся запереть меня тоже! Потому что мой«разум возмущённый» сейчас кипит и протестует против написанного бреда. Этого быть не может, потому что не может быть никогда!)
Млин, ничто не заставляет меня колбаситься настолько сильно, как этот разрывающий конфликт между воспоминаниями, чувствами и этим проклятым здравым рассудком. Или промыванием мозгов? Какая разница? Короче, прооралась и можно дальше. С подхихикиванием насчёт моего личного бреда.
Меня, как оказалось, всё-таки похитили, вроде бы, в шестнадцать, и — да, ради опытов. Потому что мои истошные вопли вызвали помехи в какой-то там системе особой связи в каких-то планетах, плюс на станции по дороге к той самой, «самой яркой звёздочке», на которую я орала мысленно «Братья по разуму, отзовитесь». Бедная малолетняя дура. Довопилась. Головные боли и прочее безобразие с самочувствием были последствиями гипноза. Меня заставляли забыть пребывание на корабле, но на меня это действовало плохо, в результате приходилось промывать мне мозги с утроенной силой, а от этого повышалось давление. И всё равно помогало плохо.
В конце-концов, меня признали опасной. Млин, я не люблю об этом говорить. Потому что напоминает хвастовство. Обычно вундеркинды превращаются в средних взрослых. Но моих способностей с лихвой хватит на пять средне-талантливых граждан. Поэтому так и было горько, что я почти ничего не добилась. И это же было причиной, почему на корабле решался вопрос: убить или забрать. Но поскольку народ всё ещё не настолько с ума посходил, чтобы убивать ребёнка, то меня взяли с собой.
Родителям подкинули заменыша. Чесслово, я не знаю, кто это такие и почему. Вроде бы, он должен был стереть им все чувства ко мне и сделать вид, что помер, но чтобы никто не страдал. К вопросу, «знала ли я, как будут страдать папа с мамой?». Да, знала, что страдать никто не будет. Мать у меня социопат. Кому хочется — почитайте в Википедии. Она мне с детства желала сдохнуть и била до полусмерти. Нет, я этого не унаследовала, проверялась специально у психиатра. А отец был добрый, бесхарактерный подкаблучник, озабоченный больше всего, чтобы его не трогали. Конечно, он за меня заступался, когда это уже становилось опасным. Но больше предпочитал, чтобы я к нему не лезла. Оба любили мою сестру, которая была хорошенькой, умненькой и послушной. А я, с моим взрослым разумом и чересчур красивой рожей, только выбешивала. (Ребёнок с внешностью куклы, умнее родителей — за такое «убить мало»). Мне открытым текстом говорили, что без меня им было бы лучше.
Я не знаю точно, что происходило на корабле. Знаю, что встретила его, того самого. Он не был человеком, но очень человекоподобный. Летали по разным местам, встречали странные существа, возили исследователей. Но это был не «Стар-Трек», а серьёзные правительственные экспедиции. У нас был дом, на побережье, где с одной стороны море, с другой лес или поля, а вдалеке виден город. Детей не было, разумеется, потому что ДНК всё-таки не настолько совпадали. Но это нам не мешало. Мы были счастливы. Прожили вместе несколько десятков лет. Такая долгая идиллия.
А потом всё сорвалось к чертям. Мы нашли что-то. Сделали что-то глупое. Вот эта часть вообще обрывками. Нас остановили, потому что даже информация об этом была опасна — не знаю, кому. Я сделала какую-то неимоверную глупость. Если бы вспомнить, какую. (Хороша же информация, млин, в стиле «пойти туда-не знаю куда», но что смогла, то и вытащила). Но в результате, власти вспомнили, что я не с их планеты и вообще, мне там делать нечего. Нас разлучили.
Его трогать было нельзя, потому что он из высокопоставленных. Я заложник его молчания? Или он меня не простил? Кто я вообще была? Вообще, ничего не могу вспомнить, кроме каких-то слабых, почти несвязных ощущений. Короче, мне стёрли память, «открутили» во времени на десятки лет, переместили назад в 14-летие и запихали обратно в мою реальную жизнь. Образовалась временнАя петля, которую они как-то разрулили. Не дали нам встретиться? Не позволили ему забрать меня? Я осталась с мигренью и тоской от вырванного сердца. С чем остался он — понятия не имею. У меня годами было чувство, что я просто всё себе придумала, высосала из пальца и т. п. Бред, короче.
Вот только любовь они убить не смогли. (Какая, млин, смешная патетика, не хватает романтического обморока и рюшечек.) Отпечаток любимого «человека» остался внутри. Они смогли стереть всю память, включая его внешний вид (не гарантия, что даже тот рисунок в 14 лет сделан правильно). Можно стереть то, что есть, но нельзя заполнить пустоту.
Последствия, правда, есть и позитивные. Они в том, что я очень медленно старею. Мне за 40, а я выгляжу так, словно и тридцати нет. А чтобы я не смогла ничего изменить, за мной реально годами «приглядывали». Потому что я была слишком опасной. Слишком талантливой. Я могла вспомнить.
Сейчас я вспомнила что-то. И вспомню больше. А некоторые вещи помогают вспомнить.
Млин, ничто не заставляет меня колбаситься настолько сильно, как этот разрывающий конфликт между воспоминаниями, чувствами и этим проклятым здравым рассудком. Или промыванием мозгов? Какая разница? Короче, прооралась и можно дальше. С подхихикиванием насчёт моего личного бреда.
Меня, как оказалось, всё-таки похитили, вроде бы, в шестнадцать, и — да, ради опытов. Потому что мои истошные вопли вызвали помехи в какой-то там системе особой связи в каких-то планетах, плюс на станции по дороге к той самой, «самой яркой звёздочке», на которую я орала мысленно «Братья по разуму, отзовитесь». Бедная малолетняя дура. Довопилась. Головные боли и прочее безобразие с самочувствием были последствиями гипноза. Меня заставляли забыть пребывание на корабле, но на меня это действовало плохо, в результате приходилось промывать мне мозги с утроенной силой, а от этого повышалось давление. И всё равно помогало плохо.
В конце-концов, меня признали опасной. Млин, я не люблю об этом говорить. Потому что напоминает хвастовство. Обычно вундеркинды превращаются в средних взрослых. Но моих способностей с лихвой хватит на пять средне-талантливых граждан. Поэтому так и было горько, что я почти ничего не добилась. И это же было причиной, почему на корабле решался вопрос: убить или забрать. Но поскольку народ всё ещё не настолько с ума посходил, чтобы убивать ребёнка, то меня взяли с собой.
Родителям подкинули заменыша. Чесслово, я не знаю, кто это такие и почему. Вроде бы, он должен был стереть им все чувства ко мне и сделать вид, что помер, но чтобы никто не страдал. К вопросу, «знала ли я, как будут страдать папа с мамой?». Да, знала, что страдать никто не будет. Мать у меня социопат. Кому хочется — почитайте в Википедии. Она мне с детства желала сдохнуть и била до полусмерти. Нет, я этого не унаследовала, проверялась специально у психиатра. А отец был добрый, бесхарактерный подкаблучник, озабоченный больше всего, чтобы его не трогали. Конечно, он за меня заступался, когда это уже становилось опасным. Но больше предпочитал, чтобы я к нему не лезла. Оба любили мою сестру, которая была хорошенькой, умненькой и послушной. А я, с моим взрослым разумом и чересчур красивой рожей, только выбешивала. (Ребёнок с внешностью куклы, умнее родителей — за такое «убить мало»). Мне открытым текстом говорили, что без меня им было бы лучше.
Я не знаю точно, что происходило на корабле. Знаю, что встретила его, того самого. Он не был человеком, но очень человекоподобный. Летали по разным местам, встречали странные существа, возили исследователей. Но это был не «Стар-Трек», а серьёзные правительственные экспедиции. У нас был дом, на побережье, где с одной стороны море, с другой лес или поля, а вдалеке виден город. Детей не было, разумеется, потому что ДНК всё-таки не настолько совпадали. Но это нам не мешало. Мы были счастливы. Прожили вместе несколько десятков лет. Такая долгая идиллия.
А потом всё сорвалось к чертям. Мы нашли что-то. Сделали что-то глупое. Вот эта часть вообще обрывками. Нас остановили, потому что даже информация об этом была опасна — не знаю, кому. Я сделала какую-то неимоверную глупость. Если бы вспомнить, какую. (Хороша же информация, млин, в стиле «пойти туда-не знаю куда», но что смогла, то и вытащила). Но в результате, власти вспомнили, что я не с их планеты и вообще, мне там делать нечего. Нас разлучили.
Его трогать было нельзя, потому что он из высокопоставленных. Я заложник его молчания? Или он меня не простил? Кто я вообще была? Вообще, ничего не могу вспомнить, кроме каких-то слабых, почти несвязных ощущений. Короче, мне стёрли память, «открутили» во времени на десятки лет, переместили назад в 14-летие и запихали обратно в мою реальную жизнь. Образовалась временнАя петля, которую они как-то разрулили. Не дали нам встретиться? Не позволили ему забрать меня? Я осталась с мигренью и тоской от вырванного сердца. С чем остался он — понятия не имею. У меня годами было чувство, что я просто всё себе придумала, высосала из пальца и т. п. Бред, короче.
Вот только любовь они убить не смогли. (Какая, млин, смешная патетика, не хватает романтического обморока и рюшечек.) Отпечаток любимого «человека» остался внутри. Они смогли стереть всю память, включая его внешний вид (не гарантия, что даже тот рисунок в 14 лет сделан правильно). Можно стереть то, что есть, но нельзя заполнить пустоту.
Последствия, правда, есть и позитивные. Они в том, что я очень медленно старею. Мне за 40, а я выгляжу так, словно и тридцати нет. А чтобы я не смогла ничего изменить, за мной реально годами «приглядывали». Потому что я была слишком опасной. Слишком талантливой. Я могла вспомнить.
Сейчас я вспомнила что-то. И вспомню больше. А некоторые вещи помогают вспомнить.
Страница 3 из 4
