Сходил на Аю-Даг и переночевал там. Сначала вообще не хотел делиться этим опытом. Потом отпустило немного. Потом даже стало тянуть поделиться, чтобы облегчит ношу. Вдруг туда кто-то захочет подняться и переночевать? Вы думаете, я там Грааль нашел? Не ходите туда на ночь.
Добавить в моё избранное
12 мин, 15 сек 510
Я думал, что на Мишке ничего нет, то есть просто гора. Как оказалось, гора сверху донизу покрыта следами человеческой активности. Первый знак — еще до калитки находятся раскопки старинной православной часовни, сейчас рядом построен современный храм. Часовню нашли, когда в 1860-х годах стали прокладывать новую дорогу через гору в Гурзуф (старая дорога была построена непонятно кем и непонятно, сколько тысяч лет назад). Вот по этой новой старой дороге и происходит подъем. Перемахнув через калитку, начал подниматься.
Подъем нетрудный. Дорога петляет серпантином. Единственная трудность — дорога размыта, на ней тысячи мелких камней. Подниматься и особенно спускаться нужно аккуратно. Виды на долину Партенита открываются фантастические. Теплые золотые закатные полутона, все залито солнечным светом. Тишина, спокойствие, умиротворение — вот три слова, описывающие подъем. Рядом с новой дорогой местами сохранилась старая. Сюрреалистическое видение — большие булыжники, полностью заросшие мхом, подпирают узкую, местами еще сохранившуюся дорогу. Кто и сколько лет назад по ней ходил?
Первые странности начались недалеко от калитки. Мишка — гора популярная, народу восходит много. Это видно по следам человеческим. Направления удобно размечены стрелками, нарисованными на камнях. Не заблудишься. Иногда попадаются окурки. Увидев окурок, у меня появилось внутреннее желание его убрать с дороги. Не голос никакой, а намерение такое четкое. Типа, нужно убрать. И мысль внутри возникла сама собой: «Она этого не любит». В смысле, когда курят и мусорят. Намерение было настолько сильное, что я начал собирать окурки, редко попадающиеся на дороге, чтобы потом их выбросить. Со стороны, наверное, это выглядело комично, но я такие вот внутренние желания и позывы без внимания не оставляю, а тем более, такие сильные.
По пути пару раз попались спускающиеся туристы. Группы торопились вниз, а я торопился наверх. Дорога петляла, проходя рядом с дорогой старой. Тут и там появлялись какие-то развалины — кучи камней. Иногда по ним можно было определить контуры прошлых построек.
Ближе к вершине я увидел туристическую группу, возглавляемую гидом. Он бойко рассказывал про историю Мишки. Оказывается, на горе долгие века жили люди. Интересно то, что прямо под ногами, вперемежку с камнями, лежал бой керамики. Настоящая древняя керамика прямо под ногами. Я проверил — мать честная, это действительно так. Многие камешки — не камешки вовсе, а разбитые горшки, амфоры и тому подобное. Гид рассказал о том, что раз в два-три года кто-то обязательно находит куски редкой керамики с остатками росписи, а также монеты. Гид один раз нашел медную ременную пряжку. Закончив рассказ, гид начал торопить группу на спуск, ибо солнце уже садилось. Добрый такой дядька, нормальный, гору знает хорошо. Подойдя к нему, я спросил о хорошем месте, где можно переночевать. Он изменился в лице, бросил что-то типа: «Я тут ничего не знаю. Негде тут переночевать. Спускайтесь лучше вниз» и стал от меня убегать. По-настоящему убегать. Блин!
Сразу после группы попалась развилка, на камне были направления «К Монастырскому мысу» — налево и«К вершине» — направо. Мне на вершину, конечно же. Уверенный в правильности пути, я почти побежал. Надо же еще до заката устроиться. От развилки до вершины путь занял минут 20. Всего чуть больше часа. Легкий подъем, даже пенсионеры поднимутся. Дошел я до вершины, а там — поляна. На поляне — пирамидка из камней разного размера. На поляне — места стоянок с кострищами (привет незнающему гиду… А чуть ниже поляны, метров 50 вниз, — о, чудо! — место моей стоянки.
Представьте себе валуны, скалы тон по 50-100. Попадаются гладкие, как голыши, но есть и расколовшиеся на части, острые, с расселинами. Хаос такой, полосой тянущийся метров на 50. Форма — как язык, широкий в основании и сужающийся. То, что мне нужно! Вид с валунов — фантастика! Море — аж до Турции видно. Справа — Ласточкино гнездо, Ай-Петри, кусочек Ливадии, Ай-Даниль как на ладони, кусочек Гурзуфа и Адалары. Вот они, внизу, прямо как на ладони. Слева — море. Вокруг — сосны. Ты возвышаешься над ними, паришь прямо там над кронами деревьев. Нереальный пейзаж, сдобренный какофонией поющих цикад. Вот оно, вот почему меня сюда тянуло! И так будет всю ночь — море, горы вдалеке, огоньки на Ай-Петри, звезды, тишина, почти полная луна, серебрящая воду… Блин, ради это стоило напрягаться, чтобы сюда попасть. Я был счастлив.
Зачем я туда пришел? Как я уже говорил, была мечта. Даже и не мечта, а мечтишка. Из разряда «Хорошо бы»… Хорошо бы на кабриолете от Лос-Анджелеса до Сан-Франциско прокатиться. Хорошо бы на Прасониси на кайтсерфе погонять. Хорошо бы в Красном море с аквалангом нырнуть. Хорошо бы на Медведь-Гору забраться и переночевать. А поскольку я человек упертый, то многие мои «хорошобы» сбываются. Вот и с Мишкой так,«хорошоба» сбылась. Залез. И начал ловить кайф.
Как уже сказал, вид открывался потрясающий. Простор. Свобода.
Подъем нетрудный. Дорога петляет серпантином. Единственная трудность — дорога размыта, на ней тысячи мелких камней. Подниматься и особенно спускаться нужно аккуратно. Виды на долину Партенита открываются фантастические. Теплые золотые закатные полутона, все залито солнечным светом. Тишина, спокойствие, умиротворение — вот три слова, описывающие подъем. Рядом с новой дорогой местами сохранилась старая. Сюрреалистическое видение — большие булыжники, полностью заросшие мхом, подпирают узкую, местами еще сохранившуюся дорогу. Кто и сколько лет назад по ней ходил?
Первые странности начались недалеко от калитки. Мишка — гора популярная, народу восходит много. Это видно по следам человеческим. Направления удобно размечены стрелками, нарисованными на камнях. Не заблудишься. Иногда попадаются окурки. Увидев окурок, у меня появилось внутреннее желание его убрать с дороги. Не голос никакой, а намерение такое четкое. Типа, нужно убрать. И мысль внутри возникла сама собой: «Она этого не любит». В смысле, когда курят и мусорят. Намерение было настолько сильное, что я начал собирать окурки, редко попадающиеся на дороге, чтобы потом их выбросить. Со стороны, наверное, это выглядело комично, но я такие вот внутренние желания и позывы без внимания не оставляю, а тем более, такие сильные.
По пути пару раз попались спускающиеся туристы. Группы торопились вниз, а я торопился наверх. Дорога петляла, проходя рядом с дорогой старой. Тут и там появлялись какие-то развалины — кучи камней. Иногда по ним можно было определить контуры прошлых построек.
Ближе к вершине я увидел туристическую группу, возглавляемую гидом. Он бойко рассказывал про историю Мишки. Оказывается, на горе долгие века жили люди. Интересно то, что прямо под ногами, вперемежку с камнями, лежал бой керамики. Настоящая древняя керамика прямо под ногами. Я проверил — мать честная, это действительно так. Многие камешки — не камешки вовсе, а разбитые горшки, амфоры и тому подобное. Гид рассказал о том, что раз в два-три года кто-то обязательно находит куски редкой керамики с остатками росписи, а также монеты. Гид один раз нашел медную ременную пряжку. Закончив рассказ, гид начал торопить группу на спуск, ибо солнце уже садилось. Добрый такой дядька, нормальный, гору знает хорошо. Подойдя к нему, я спросил о хорошем месте, где можно переночевать. Он изменился в лице, бросил что-то типа: «Я тут ничего не знаю. Негде тут переночевать. Спускайтесь лучше вниз» и стал от меня убегать. По-настоящему убегать. Блин!
Сразу после группы попалась развилка, на камне были направления «К Монастырскому мысу» — налево и«К вершине» — направо. Мне на вершину, конечно же. Уверенный в правильности пути, я почти побежал. Надо же еще до заката устроиться. От развилки до вершины путь занял минут 20. Всего чуть больше часа. Легкий подъем, даже пенсионеры поднимутся. Дошел я до вершины, а там — поляна. На поляне — пирамидка из камней разного размера. На поляне — места стоянок с кострищами (привет незнающему гиду… А чуть ниже поляны, метров 50 вниз, — о, чудо! — место моей стоянки.
Представьте себе валуны, скалы тон по 50-100. Попадаются гладкие, как голыши, но есть и расколовшиеся на части, острые, с расселинами. Хаос такой, полосой тянущийся метров на 50. Форма — как язык, широкий в основании и сужающийся. То, что мне нужно! Вид с валунов — фантастика! Море — аж до Турции видно. Справа — Ласточкино гнездо, Ай-Петри, кусочек Ливадии, Ай-Даниль как на ладони, кусочек Гурзуфа и Адалары. Вот они, внизу, прямо как на ладони. Слева — море. Вокруг — сосны. Ты возвышаешься над ними, паришь прямо там над кронами деревьев. Нереальный пейзаж, сдобренный какофонией поющих цикад. Вот оно, вот почему меня сюда тянуло! И так будет всю ночь — море, горы вдалеке, огоньки на Ай-Петри, звезды, тишина, почти полная луна, серебрящая воду… Блин, ради это стоило напрягаться, чтобы сюда попасть. Я был счастлив.
Зачем я туда пришел? Как я уже говорил, была мечта. Даже и не мечта, а мечтишка. Из разряда «Хорошо бы»… Хорошо бы на кабриолете от Лос-Анджелеса до Сан-Франциско прокатиться. Хорошо бы на Прасониси на кайтсерфе погонять. Хорошо бы в Красном море с аквалангом нырнуть. Хорошо бы на Медведь-Гору забраться и переночевать. А поскольку я человек упертый, то многие мои «хорошобы» сбываются. Вот и с Мишкой так,«хорошоба» сбылась. Залез. И начал ловить кайф.
Как уже сказал, вид открывался потрясающий. Простор. Свобода.
Страница 2 из 4
