Мне был год, когда умер мой прадедушка. В небольшой сибирской деревне, где тогда жила моя семья, церкви не было. Да и люди в те далекие советские времена о религии не слишком-то и задумывались.
Добавить в моё избранное
1 мин, 45 сек 10007
И вот, моей юной маме — комсомолке, студентке и просто красавице, начали сниться страшные сны.
Дедушка, который при жизни очень любил внучку, просто преследовал ее. Он молча гонялся за ней по всему дому, она убегала, пряталась, пыталась закричать, что— то сказать ему, но не могла.
Дальше я буду рассказывать от имени мамы.
Однажды дед Коля приснился мне совсем страшно. Как будто он заходит на веранду, и идет ко мне, я выбежала в дверь и через двор помчалась в дом к т. Вале. (В усадьбе стояли два дома, разделенные двором, в одном жили мамины родители и бабушка, в другом— ее тетя с семьей.)
Я смогла крикнуть, позвав их на помощь, и вот, вроде, они все побежали со мной, а на веранде, где был дед, уже никого нет.
И вдруг я слышу крик, просто дикий, и понимаю, что это ты кричишь. Я в комнату, а дед тебя на руки схватил, и мечется по комнате, хочет с тобой вместе спрятаться. Кричу ему:«Отдай!», и снова у меня голоса нет, вместо крика шепот получается. Хватаю его за руку, а рука холодная, просто ледяная. Проснулась среди ночи, к твоей кроватке сразу, ты спишь спокойно.
Баба Лена (прабабушка) говорила, что это потому, что его похоронили в крайней, последней в ряду могиле, и он теперь крайник, охраняет кладбище. А чего меня тогда мучает?
Длилось это три года, причем, когда мама вышла из академа и вернулась в свой институт в Иркутске, сны не прекращались.
А потом отца отправили на новое место службы, на Украину. Небольшое село, но там церковь была. И мама однажды пожаловалась квартирной хозяйке, бабе Наташе на эти сны. Та, не задумываясь, сказала: «Давай я его в поминальник запишу, скоро Илья (Ильин день), вот батюшка и отпоет его».
Так и сделали. И все, сны прекратились. Только один раз еще он пришел к моей маме, взял ее за руку и сказал: «Спасибо тебе».
И рука была не ледяной, а теплой.
Перед тем, как писать историю, я позвонила маме, и спросила:«Ма, а он точно тебе больше вообще не снился?» «Ни разу больше», — ответила она.
Вот такая история. И она была, верите вы в это, или нет.
Дедушка, который при жизни очень любил внучку, просто преследовал ее. Он молча гонялся за ней по всему дому, она убегала, пряталась, пыталась закричать, что— то сказать ему, но не могла.
Дальше я буду рассказывать от имени мамы.
Однажды дед Коля приснился мне совсем страшно. Как будто он заходит на веранду, и идет ко мне, я выбежала в дверь и через двор помчалась в дом к т. Вале. (В усадьбе стояли два дома, разделенные двором, в одном жили мамины родители и бабушка, в другом— ее тетя с семьей.)
Я смогла крикнуть, позвав их на помощь, и вот, вроде, они все побежали со мной, а на веранде, где был дед, уже никого нет.
И вдруг я слышу крик, просто дикий, и понимаю, что это ты кричишь. Я в комнату, а дед тебя на руки схватил, и мечется по комнате, хочет с тобой вместе спрятаться. Кричу ему:«Отдай!», и снова у меня голоса нет, вместо крика шепот получается. Хватаю его за руку, а рука холодная, просто ледяная. Проснулась среди ночи, к твоей кроватке сразу, ты спишь спокойно.
Баба Лена (прабабушка) говорила, что это потому, что его похоронили в крайней, последней в ряду могиле, и он теперь крайник, охраняет кладбище. А чего меня тогда мучает?
Длилось это три года, причем, когда мама вышла из академа и вернулась в свой институт в Иркутске, сны не прекращались.
А потом отца отправили на новое место службы, на Украину. Небольшое село, но там церковь была. И мама однажды пожаловалась квартирной хозяйке, бабе Наташе на эти сны. Та, не задумываясь, сказала: «Давай я его в поминальник запишу, скоро Илья (Ильин день), вот батюшка и отпоет его».
Так и сделали. И все, сны прекратились. Только один раз еще он пришел к моей маме, взял ее за руку и сказал: «Спасибо тебе».
И рука была не ледяной, а теплой.
Перед тем, как писать историю, я позвонила маме, и спросила:«Ма, а он точно тебе больше вообще не снился?» «Ни разу больше», — ответила она.
Вот такая история. И она была, верите вы в это, или нет.
