Все-таки не зря говорят: с магией шутки плохи. Вот захочешь любимого приворожить, а какие потом последствия будут — и предположить страшно.
Добавить в моё избранное
5 мин, 41 сек 117
Убивалась по умершему, рыдала, голосила. Ночевать на могиле оставалась. Бабка ее только с погоста заберет, чтобы хоть поела и переоделась, как та опять туда бежит.
Однажды баба Рая в очередной раз пришла за внучкой на кладбище. Смотрит — нет ее. Всю деревню обошла, все только плечами пожимали. Спустя два дня поняла бабка, что случилось страшное. Пошла к Витьке-дурачку. Он бэкал-мэкал, а в итоге расплакался и признался.
Витька, как всегда, наблюдал за Машей из-за памятников. Она припала на холмик, а платьице ее подвернулось. У дурачка на глаза словно пелена нашла. Он подошел сзади, ударил Машеньку по голове лопатой, с которой не расставался. Снасильничал над ней. А когда понял, что натворил, испугался. Витька, хоть и дурак, но быстренько сообразил, что делать, — холмик поглубже разрыл да туда тело и спрятал. Обратно прикопал, не придерешься — все, как было, составил, даже венки в том же порядке положил. Бабка, когда внучку из могилы Бориса выкапывали, нечеловеческим голосом рыдала. Голосила: «Прости, Машенька, ошиблась я-а-а!»
Раю домой отнесли, та трое суток помирала, тяжело, страшно. Ведьма она, не ведьма, но решили, что надо крышу разобрать, чтобы душа вылетела. Как только сделали — бабка в иной мир и отошла. Похоронили Машу рядом с любимым Борей, бабку — на окраине кладбища. Дурачка милиция забрала. Долго потом еще в деревне обсуждали все это.
Баба Галя помолчала. А потом добавила: «Видно, ошиблась Райка с приворотом-то с тем. Мож, заговор не тот девке дала, черт ее знает. Только встретились вот души ее внучки да неудавшегося зятя и на земле, и на небе. И сорока дней не прошло».
Я сообразил, что в этом доме, где я сейчас крыльцо расковырял, умерший Боря жил. Признаться, мне не по себе стало. От всей этой истории, от того, что в любой момент ты под колдовские чары можешь попасть, даже у себя дома. Мои мысли прервала баба Галя: «Пойду, Зинке про это расскажу. Не зря все-таки мы Райку в колдовстве подозревали. А ты находку выкинь-то, а лучше сожги. Как бы и тебя это не коснулось». Я совету соседки последовал. Долго мне еще пришлось в этом доме жить. И ни на один день я не забывал о случившемся. Мне предлагали отдать дом в безвозмездное пользование. Я бы, может, и согласился. Но, как говорится, осадочек-то остался. Потому, когда пришло время, собрал вещи и уехал.
Однажды баба Рая в очередной раз пришла за внучкой на кладбище. Смотрит — нет ее. Всю деревню обошла, все только плечами пожимали. Спустя два дня поняла бабка, что случилось страшное. Пошла к Витьке-дурачку. Он бэкал-мэкал, а в итоге расплакался и признался.
Витька, как всегда, наблюдал за Машей из-за памятников. Она припала на холмик, а платьице ее подвернулось. У дурачка на глаза словно пелена нашла. Он подошел сзади, ударил Машеньку по голове лопатой, с которой не расставался. Снасильничал над ней. А когда понял, что натворил, испугался. Витька, хоть и дурак, но быстренько сообразил, что делать, — холмик поглубже разрыл да туда тело и спрятал. Обратно прикопал, не придерешься — все, как было, составил, даже венки в том же порядке положил. Бабка, когда внучку из могилы Бориса выкапывали, нечеловеческим голосом рыдала. Голосила: «Прости, Машенька, ошиблась я-а-а!»
Раю домой отнесли, та трое суток помирала, тяжело, страшно. Ведьма она, не ведьма, но решили, что надо крышу разобрать, чтобы душа вылетела. Как только сделали — бабка в иной мир и отошла. Похоронили Машу рядом с любимым Борей, бабку — на окраине кладбища. Дурачка милиция забрала. Долго потом еще в деревне обсуждали все это.
Баба Галя помолчала. А потом добавила: «Видно, ошиблась Райка с приворотом-то с тем. Мож, заговор не тот девке дала, черт ее знает. Только встретились вот души ее внучки да неудавшегося зятя и на земле, и на небе. И сорока дней не прошло».
Я сообразил, что в этом доме, где я сейчас крыльцо расковырял, умерший Боря жил. Признаться, мне не по себе стало. От всей этой истории, от того, что в любой момент ты под колдовские чары можешь попасть, даже у себя дома. Мои мысли прервала баба Галя: «Пойду, Зинке про это расскажу. Не зря все-таки мы Райку в колдовстве подозревали. А ты находку выкинь-то, а лучше сожги. Как бы и тебя это не коснулось». Я совету соседки последовал. Долго мне еще пришлось в этом доме жить. И ни на один день я не забывал о случившемся. Мне предлагали отдать дом в безвозмездное пользование. Я бы, может, и согласился. Но, как говорится, осадочек-то остался. Потому, когда пришло время, собрал вещи и уехал.
Страница 2 из 2
