Интересно, что еще в начале 20 века в Монголии сохранялись зороастрийские представления о погребальной обрядности, и это при том, что монголы зороастрийцами формально не являлись, они практиковали буддизм и шаманизм…
Добавить в моё избранное
7 мин, 39 сек 15013
На данный момент сложно сказать, какая религиозная система (буддизм или шаманизм) позволила сохранить эти зороастрийские представления. Существует мнение, что зороастрийский обряд выставления (выбрасывания) трупов пришел в Монголию из Тибета вместе с ламаистским буддизмом, и сейчас в Тибете практикуется «воздушное погребение», когда трупы скармливают птицам. Но стоит отметить, что и на Дальнем Востоке (на Амуре, в Корее), а также у лесных народов севера (якуты, чукчи и др.) обряд выставления трупов сохранялся очень долго.
Рассказы русских путешественников 19 и начала 20 века дают хорошее представление о погребальных практиках в Монголии (и у монгольских народов, например, у калмыков). Русские очевидцы отмечали важную роль собаки (священного животного у зороастрийцев) в погребальных ритуалах.
Н. П. Пржевальский «Путешествие в Уссурийском крае. Монголия и страна тангутов»:
«Путешественник встречает более отвратительные сцены на кладбище, которое лежит возле самой Урги. Здесь трупы умерших не зарываются в землю, но прямо выбрасываются на съедение собакам и хищным птицам.»
Потрясающее впечатление производит подобное место, усеянное грудами костей, по которым, как тени, бродят стаи собак, исключительно питающихся человеческим мясом. Не успеют бросить сюда свежий труп, как его уже начинают терзать эти собаки, вместе с воронами и коршунами, так что через час или много два ничего не остается от мертвеца. Буддисты даже считают хорошим признаком, если труп будет скоро съеден — иначе человек, по их понятиям, не был при жизни угоден богу. Ургинские собаки до того привыкли к подобной поживе, что в то время когда труп несут на кладбище по улицам города, то вместе с родственниками за покойником неминуемо следуют собаки, часто из его собственной юрты«.»
Д. Федоров, подполковник Генерального штаба. Опыт военно-статистического описания Илийского края. — Ташкент, 1903.
«О больных калмыки заботятся мало, труднобольного часто бросают при перекочевке. Умершего не хоронят, а бросают на съедение волкам и собакам, и если труп долго не съедается, то покойника считают большим грешником и на молитвы по нем дают ламе денег. Поминки справляют на 40 день и через год, платя также ламе деньги. Траур носят 7 дней, траурный цвет белый».
И. Майский «Современная Монголия: Отчёт Монгольской экспедиции, снаряжённой Иркутской конторой Центрального союза потребительских обществ» Центросоюз«, 1921 г.»
«Иногда бывает, что семья, наскучившая уходом за каким-нибудь дряхлым стариком или безнадёжным больным, не дожидаясь момента наступления смерти, выносит на» кладбище«и оставляет там ещё не умершего, а лишь умирающего человека. Тогда кладбищенские собаки собираются в кружок около полутрупа — получеловека и, щёлкая зубами, ждут превращения его в полный труп, так как до наступления смерти они обычно не приступают к своему кровавому пиру.»
Эти собаки-людоеды очень злы и свирепы, и представляют серьёзную опасность для пешеходов, так как иногда, если бывают очень голодны, бросаются и на живых людей. Участвовавший в нашей экспедиции забайкальский казак, посещавший уже не раз Монголию, рассказывал мне, что несколько лет назад он ехал верхом с двумя товарищами в окрестностях Урги. Впереди на некотором расстоянии шёл китаец. На дороге был небольшой увал, за которым китаец скрылся. Когда казаки тоже подъехали к увалу, они заметили далеко внизу свору собак, но китайца не было. Подскакав ближе, они увидели, что китаец был разорван собаками и жадно ими пожирался. Только когда всадники сделали два выстрела из винтовок, собаки разбежались«.»
Этот отрывок хорошо раскрывает зловещую суть зороастрийского обряда «сагдид» (взгляд собаки), именно собака должна была определить умер человек или нет. Считалось также, что собака своим взглядом отгоняет демонов (дэвов).
Хитун С. Е.: «Город Урга был окружён кучами отбросов. На эту свалку монголы выносили умерших. Собаки были священными санитарами: по ритуалу умерший должен быть съеден собаками, если он угоден богам. Собаки тысячами жили на этих кучах в диком состоянии. По ночам лай этой тысячи тысяч собак сливался в шум, подобный резкому воющему ветру во время морского прибоя. Горе заблудившемуся пешеходу ночью на этой свалке».
Имшанецкий Б. И.: «Вообще собаки въ Монголіи, какъ ассенизаторы, играютъ большую роль; не будь ихъ вокругъ юртъ, особенно въ городахъ на улице — было бы нечто ужасное, если принять во вниманіе, что при многотысячномъ собачьемъ населеніи и теперь по некоторымъ улицамъ нельзя пройти отъ зловонія. По религіозному обычаю, и собакъ и щенятъ уничтожать нельзя, ввиду этого они расплодились въ необычайныхъ размерахъ».
Обручев В. А. От Кяхты до Кульджи. Путешествие в Центральную Азию и Китай.
«Население все помои и отбросы выносило из дворов и жилищ на улицу, и только обилие бродячих собак, игравших роль санитаров, предохраняло улицы от окончательного загрязнения, так как всё съедобное, включая и экскременты, поедалось.
Рассказы русских путешественников 19 и начала 20 века дают хорошее представление о погребальных практиках в Монголии (и у монгольских народов, например, у калмыков). Русские очевидцы отмечали важную роль собаки (священного животного у зороастрийцев) в погребальных ритуалах.
Н. П. Пржевальский «Путешествие в Уссурийском крае. Монголия и страна тангутов»:
«Путешественник встречает более отвратительные сцены на кладбище, которое лежит возле самой Урги. Здесь трупы умерших не зарываются в землю, но прямо выбрасываются на съедение собакам и хищным птицам.»
Потрясающее впечатление производит подобное место, усеянное грудами костей, по которым, как тени, бродят стаи собак, исключительно питающихся человеческим мясом. Не успеют бросить сюда свежий труп, как его уже начинают терзать эти собаки, вместе с воронами и коршунами, так что через час или много два ничего не остается от мертвеца. Буддисты даже считают хорошим признаком, если труп будет скоро съеден — иначе человек, по их понятиям, не был при жизни угоден богу. Ургинские собаки до того привыкли к подобной поживе, что в то время когда труп несут на кладбище по улицам города, то вместе с родственниками за покойником неминуемо следуют собаки, часто из его собственной юрты«.»
Д. Федоров, подполковник Генерального штаба. Опыт военно-статистического описания Илийского края. — Ташкент, 1903.
«О больных калмыки заботятся мало, труднобольного часто бросают при перекочевке. Умершего не хоронят, а бросают на съедение волкам и собакам, и если труп долго не съедается, то покойника считают большим грешником и на молитвы по нем дают ламе денег. Поминки справляют на 40 день и через год, платя также ламе деньги. Траур носят 7 дней, траурный цвет белый».
И. Майский «Современная Монголия: Отчёт Монгольской экспедиции, снаряжённой Иркутской конторой Центрального союза потребительских обществ» Центросоюз«, 1921 г.»
«Иногда бывает, что семья, наскучившая уходом за каким-нибудь дряхлым стариком или безнадёжным больным, не дожидаясь момента наступления смерти, выносит на» кладбище«и оставляет там ещё не умершего, а лишь умирающего человека. Тогда кладбищенские собаки собираются в кружок около полутрупа — получеловека и, щёлкая зубами, ждут превращения его в полный труп, так как до наступления смерти они обычно не приступают к своему кровавому пиру.»
Эти собаки-людоеды очень злы и свирепы, и представляют серьёзную опасность для пешеходов, так как иногда, если бывают очень голодны, бросаются и на живых людей. Участвовавший в нашей экспедиции забайкальский казак, посещавший уже не раз Монголию, рассказывал мне, что несколько лет назад он ехал верхом с двумя товарищами в окрестностях Урги. Впереди на некотором расстоянии шёл китаец. На дороге был небольшой увал, за которым китаец скрылся. Когда казаки тоже подъехали к увалу, они заметили далеко внизу свору собак, но китайца не было. Подскакав ближе, они увидели, что китаец был разорван собаками и жадно ими пожирался. Только когда всадники сделали два выстрела из винтовок, собаки разбежались«.»
Этот отрывок хорошо раскрывает зловещую суть зороастрийского обряда «сагдид» (взгляд собаки), именно собака должна была определить умер человек или нет. Считалось также, что собака своим взглядом отгоняет демонов (дэвов).
Хитун С. Е.: «Город Урга был окружён кучами отбросов. На эту свалку монголы выносили умерших. Собаки были священными санитарами: по ритуалу умерший должен быть съеден собаками, если он угоден богам. Собаки тысячами жили на этих кучах в диком состоянии. По ночам лай этой тысячи тысяч собак сливался в шум, подобный резкому воющему ветру во время морского прибоя. Горе заблудившемуся пешеходу ночью на этой свалке».
Имшанецкий Б. И.: «Вообще собаки въ Монголіи, какъ ассенизаторы, играютъ большую роль; не будь ихъ вокругъ юртъ, особенно въ городахъ на улице — было бы нечто ужасное, если принять во вниманіе, что при многотысячномъ собачьемъ населеніи и теперь по некоторымъ улицамъ нельзя пройти отъ зловонія. По религіозному обычаю, и собакъ и щенятъ уничтожать нельзя, ввиду этого они расплодились въ необычайныхъ размерахъ».
Обручев В. А. От Кяхты до Кульджи. Путешествие в Центральную Азию и Китай.
«Население все помои и отбросы выносило из дворов и жилищ на улицу, и только обилие бродячих собак, игравших роль санитаров, предохраняло улицы от окончательного загрязнения, так как всё съедобное, включая и экскременты, поедалось.
Страница 1 из 3
