Парнишка, лет одиннадцати на вид, поднял камень и, прицелившись во что-то, бросил. С громким и тягучим плеском камень упал в воду.
Добавить в моё избранное
6 мин, 36 сек 159
— Бли-ин… — расстроено протянул мальчик и присел на корточки, чтобы подобрать новый снаряд.
Виталик нашел подходящий, поднял его и на всякий случай обернулся. Нет, дед еще не вышел из гаража: ворота открыты, а машина (старенькая «шестерка») до сих пор стоит на улице. Заходящее солнце отражалось в боковых стеклах автомобиля, заставляя их яростно сверкать. Мальчик улыбнулся: что ж, у него было еще минимум минут пять на игру.
— Вижу фашистскую «подлодку»… Батарея, целься… пять градусов левее… — бормотал себе под нос парнишка. Он сощурил карие глаза, прицеливаясь, и крикнул: — ПЛИ!
Брошенный снаряд плюхнулся в небольшую речушку, заставив «подлодку»(роль которой играла бутылка из-под«растворителя») покачнуться на волнах. Виталик хмыкнул и снова присел, в надежде найти еще один камень.
Августовское солнце заливало гаражи приятным, слегка рассеянным светом. Речка — если ручей метра четыре в ширину можно было назвать речкой — радужно блестела масляными и бензиновыми пятнами, что, впрочем, мало волновало владельцев гаражей. На заросшем чахлыми камышами бережку то тут, то там валялись пустые бутылки из-под водки, пива и растворителя, перемежающиеся странными на взгляд мальчишки железяками, контуры которых были надежно скрыты слоем масла и грязи. Парнишка нашел кусочек асфальта и поднялся на ноги. Снова с надеждой оглянулся на гараж. Никого.
Прицелиться, бросок…
— Пли! — пауза и почти сразу разочарованный вздох, — эээээхх!
Камень слегка чиркнул по боку бутылки, но не разбил ее. Впрочем, Виталя не очень расстроился: игра интересная и идти домой пока не хотелось.
Виталик в свои одиннадцать понимал, что его мама не одобрила бы такой забавы. Как же, как же, подбирать камни и кидать их в бутылки с вполне определенной целью — чтобы они разбились! Мальчик даже сморщил обгоревший на солнце нос, представив, как она отчитывает его за грязные коленки и поясняет, что разбивать бутылки не-куль-тур-но. Он понимал, что мама, пожалуй, права, но ему нравилась эта игра: при удачном попадании стекло разлеталось, и бутылка с отбитым горлышком так забавно шла на дно!
Раздался звук заработавшего мотора и мальчик обернулся. Все верно, пора домой — дед заводил машину в гараж. Виталя вздохнул, бросил последний камень — опять мимо! — и пошел прочь от речки.
Дед уже загнал машину и Виталя заглянул в прохладное нутро гаража. Он всегда казался мальчику пещерой, полной непонятных сокровищ. Полки вдоль обеих стен ломились от всевозможных запчастей; одна вовсе была целиком уставлена коробочками, в которых, как парнишка знал, можно было найти и ржавые гвозди, и огромные болты, с накрученными на них гайками и еще кучу всяких непонятных приспособлений и штук. У дальней стены лежала свернутая надувная лодка, на которой этим летом они с дедом плавали по озеру и ловили карасей да «ротанов». Рядом стояли сломанные лыжи всего с одной палкой.
Его дед сидел в кабине «шестерки» вместе с дядей Лешей, соседом по гаражам. Они о чем-то говорили, иногда посмеивались. Виталя увидел, как сосед достал из-под ног бутылку и разлил что-то — наверное, водку — по стаканам. Мужчины чокнулись и выпили.
Виталя вздохнул и пошел к машине.
— Привет, Виталька! — поздоровался дядя Леша. Его лошадиная физиономия раскраснелась, он близоруко щурился, глядя на мальчика через грязноватые круглые очки в дешевой пластмассовой оправе.
— Здрасьте, дядя Леша, — без особого энтузиазма откликнулся паренек.
Дед посмотрел на него и сказал:
— Сейчас, минут через пять пойдем. Поиграй пока.
Виталик кивнул и вышел из гаража.
Опять этот дядя Леша… Сегодня дед может и не пил бы, если б не сосед.
Виталя вздохнул. Он имел весьма смутное представление, зачем взрослые пьют, но ему нравилось, что дед становился веселым и добродушным. Но вот бабушка опять будет орать, и они наверняка поругаются. А значит, дед будет оставшийся вечер мрачно смотреть в телевизор, а бабушка уйдет на скамейку около дома, и станет сидеть там, пока не стемнеет. И не видать Витальке обещанных блинов как своих ушей.
Паренек вышел на середину пыльного проезда между горожами, и начал кончиком сандаля ковырять серую грязь, рассеяно думая о вкусных блинах с вареньем. Солнце клонилось к горизонту, изредка доносился шум машин с дороги за гаражным кооперативом. Издалека долетел гудок поезда. Мальчик поднял голову и с надеждой подумал, что, быть может, ему повезет, и дедушка разрешит положить на рельсы пару 2-х копеечных монет. Было бы здорово! Виталя обещал показать ребятам во дворе, во что превращаются монетки после того, как по ним проедет состав…
За спиной раздался хлопок дверцы автомобиля, Виталя обернулся и увидел, как дед запирает «шестерку». Дядя Леша уже вышел из гаража и сейчас стоял, протирая футболкой очки.
— Леха, — дед кивнул на створку ворот гаража.
— Ща, погоди!
Виталик нашел подходящий, поднял его и на всякий случай обернулся. Нет, дед еще не вышел из гаража: ворота открыты, а машина (старенькая «шестерка») до сих пор стоит на улице. Заходящее солнце отражалось в боковых стеклах автомобиля, заставляя их яростно сверкать. Мальчик улыбнулся: что ж, у него было еще минимум минут пять на игру.
— Вижу фашистскую «подлодку»… Батарея, целься… пять градусов левее… — бормотал себе под нос парнишка. Он сощурил карие глаза, прицеливаясь, и крикнул: — ПЛИ!
Брошенный снаряд плюхнулся в небольшую речушку, заставив «подлодку»(роль которой играла бутылка из-под«растворителя») покачнуться на волнах. Виталик хмыкнул и снова присел, в надежде найти еще один камень.
Августовское солнце заливало гаражи приятным, слегка рассеянным светом. Речка — если ручей метра четыре в ширину можно было назвать речкой — радужно блестела масляными и бензиновыми пятнами, что, впрочем, мало волновало владельцев гаражей. На заросшем чахлыми камышами бережку то тут, то там валялись пустые бутылки из-под водки, пива и растворителя, перемежающиеся странными на взгляд мальчишки железяками, контуры которых были надежно скрыты слоем масла и грязи. Парнишка нашел кусочек асфальта и поднялся на ноги. Снова с надеждой оглянулся на гараж. Никого.
Прицелиться, бросок…
— Пли! — пауза и почти сразу разочарованный вздох, — эээээхх!
Камень слегка чиркнул по боку бутылки, но не разбил ее. Впрочем, Виталя не очень расстроился: игра интересная и идти домой пока не хотелось.
Виталик в свои одиннадцать понимал, что его мама не одобрила бы такой забавы. Как же, как же, подбирать камни и кидать их в бутылки с вполне определенной целью — чтобы они разбились! Мальчик даже сморщил обгоревший на солнце нос, представив, как она отчитывает его за грязные коленки и поясняет, что разбивать бутылки не-куль-тур-но. Он понимал, что мама, пожалуй, права, но ему нравилась эта игра: при удачном попадании стекло разлеталось, и бутылка с отбитым горлышком так забавно шла на дно!
Раздался звук заработавшего мотора и мальчик обернулся. Все верно, пора домой — дед заводил машину в гараж. Виталя вздохнул, бросил последний камень — опять мимо! — и пошел прочь от речки.
Дед уже загнал машину и Виталя заглянул в прохладное нутро гаража. Он всегда казался мальчику пещерой, полной непонятных сокровищ. Полки вдоль обеих стен ломились от всевозможных запчастей; одна вовсе была целиком уставлена коробочками, в которых, как парнишка знал, можно было найти и ржавые гвозди, и огромные болты, с накрученными на них гайками и еще кучу всяких непонятных приспособлений и штук. У дальней стены лежала свернутая надувная лодка, на которой этим летом они с дедом плавали по озеру и ловили карасей да «ротанов». Рядом стояли сломанные лыжи всего с одной палкой.
Его дед сидел в кабине «шестерки» вместе с дядей Лешей, соседом по гаражам. Они о чем-то говорили, иногда посмеивались. Виталя увидел, как сосед достал из-под ног бутылку и разлил что-то — наверное, водку — по стаканам. Мужчины чокнулись и выпили.
Виталя вздохнул и пошел к машине.
— Привет, Виталька! — поздоровался дядя Леша. Его лошадиная физиономия раскраснелась, он близоруко щурился, глядя на мальчика через грязноватые круглые очки в дешевой пластмассовой оправе.
— Здрасьте, дядя Леша, — без особого энтузиазма откликнулся паренек.
Дед посмотрел на него и сказал:
— Сейчас, минут через пять пойдем. Поиграй пока.
Виталик кивнул и вышел из гаража.
Опять этот дядя Леша… Сегодня дед может и не пил бы, если б не сосед.
Виталя вздохнул. Он имел весьма смутное представление, зачем взрослые пьют, но ему нравилось, что дед становился веселым и добродушным. Но вот бабушка опять будет орать, и они наверняка поругаются. А значит, дед будет оставшийся вечер мрачно смотреть в телевизор, а бабушка уйдет на скамейку около дома, и станет сидеть там, пока не стемнеет. И не видать Витальке обещанных блинов как своих ушей.
Паренек вышел на середину пыльного проезда между горожами, и начал кончиком сандаля ковырять серую грязь, рассеяно думая о вкусных блинах с вареньем. Солнце клонилось к горизонту, изредка доносился шум машин с дороги за гаражным кооперативом. Издалека долетел гудок поезда. Мальчик поднял голову и с надеждой подумал, что, быть может, ему повезет, и дедушка разрешит положить на рельсы пару 2-х копеечных монет. Было бы здорово! Виталя обещал показать ребятам во дворе, во что превращаются монетки после того, как по ним проедет состав…
За спиной раздался хлопок дверцы автомобиля, Виталя обернулся и увидел, как дед запирает «шестерку». Дядя Леша уже вышел из гаража и сейчас стоял, протирая футболкой очки.
— Леха, — дед кивнул на створку ворот гаража.
— Ща, погоди!
Страница 1 из 2
