Мистические события, описанные здесь, взяты из старых дневников моей прабабушки…
Добавить в моё избранное
6 мин, 11 сек 139
Больше 200 лет назад это кладбище запечатывали уже, пришло время, видимо, восстановить печать.
Люди начали суетится, собирать все ингредиенты, да побольше. В полдень мужчины со старушкой и с мешками смеси ушли. Несколько мужчин вскоре вернулись и приказали семьям собирать только нужное и уезжать, не отвечая на вопросы соседей, они уехали ещё до вечера. Остальные мужчины вернулись только тогда, когда почти стемнело.
Пожилая старушка тогда ещё дня два у нас на хуторе пожила, а перед уходом сказала:
— Радость будет не вечной. Когда-то настанет момент, что накопившееся зло и обида в этих душах разобьют заговор снова, как сделали это уже. Но раньше ваших взрослых внуков этого не увидят. Прощайте.
Разговаривать об этом событии до сих пор не торопятся у нас, пытаются забыть то время, но события в метель той ночью происходили не только с нашим домом. Оказалось, что некоторым в дом даже просились. Умоляли впустить отогреться, вначале умоляюще, а потом, не дождавшись желаемого, слышались угрозы и удары в дверь«.»
ЭПИЛОГ:
Согласно дневнику, Ирину похоронили рядом с отцом в день ухода старухи, и больше она никому не являлась. А мужики рассказали, что, когда были со старухой у того места, то видели разодранного козла, с которым была старушка, часть тела была высоко на ветках. Когда спросили старуху, как это понять, она им и ответила: «А зачем, по-вашему, я его с собой повела? Или я, или он». После этих слов пару мужиков буквально убегало оттуда.
Много семей из хутора уехало в тот же год в город и дальше, некоторые даже просто, оставив дома. Моя прабабушка с семьёй была из тех, кто остался жить на родной земле. Из хутора переехали, но только когда моей маме было 3 года. Видимо, всё же слова старушки не были забыты и сквозь десятилетия. Хотя я их и не понимаю лично, почему они сразу не уехали, прадед был из рода дворян, прапрабабка была из польских помещиков, деньги были, да и было куда ехать. К сожалению, этого нет в текстах.
Сейчас в хуторе и вовсе никого нет, вымер. Вымерли многие старые хутора да сёла, а те, что не вымерли — умирают. Леса там почти не осталось, вырубили. Дома рушатся. Ездим туда периодически могилы предков убирать. Любопытно, что в этом брошенном хуторе нет ни собак, ни котов, в то время как в соседнем брошенном селе в получасе на машине, через которое мы проезжаем, когда едем туда и обратно, они живут и здравствуют. Выросли уже внуки живших в хуторе, выросли и правнуки, а может, и праправнуки есть у кого то, но разрушен ли заговор, неизвестно, хотя то, что там нет животных, вполне говорит само за себя. Правда, вряд ли кто-то знает наверняка, живущих-то там нету больше.
Люди начали суетится, собирать все ингредиенты, да побольше. В полдень мужчины со старушкой и с мешками смеси ушли. Несколько мужчин вскоре вернулись и приказали семьям собирать только нужное и уезжать, не отвечая на вопросы соседей, они уехали ещё до вечера. Остальные мужчины вернулись только тогда, когда почти стемнело.
Пожилая старушка тогда ещё дня два у нас на хуторе пожила, а перед уходом сказала:
— Радость будет не вечной. Когда-то настанет момент, что накопившееся зло и обида в этих душах разобьют заговор снова, как сделали это уже. Но раньше ваших взрослых внуков этого не увидят. Прощайте.
Разговаривать об этом событии до сих пор не торопятся у нас, пытаются забыть то время, но события в метель той ночью происходили не только с нашим домом. Оказалось, что некоторым в дом даже просились. Умоляли впустить отогреться, вначале умоляюще, а потом, не дождавшись желаемого, слышались угрозы и удары в дверь«.»
ЭПИЛОГ:
Согласно дневнику, Ирину похоронили рядом с отцом в день ухода старухи, и больше она никому не являлась. А мужики рассказали, что, когда были со старухой у того места, то видели разодранного козла, с которым была старушка, часть тела была высоко на ветках. Когда спросили старуху, как это понять, она им и ответила: «А зачем, по-вашему, я его с собой повела? Или я, или он». После этих слов пару мужиков буквально убегало оттуда.
Много семей из хутора уехало в тот же год в город и дальше, некоторые даже просто, оставив дома. Моя прабабушка с семьёй была из тех, кто остался жить на родной земле. Из хутора переехали, но только когда моей маме было 3 года. Видимо, всё же слова старушки не были забыты и сквозь десятилетия. Хотя я их и не понимаю лично, почему они сразу не уехали, прадед был из рода дворян, прапрабабка была из польских помещиков, деньги были, да и было куда ехать. К сожалению, этого нет в текстах.
Сейчас в хуторе и вовсе никого нет, вымер. Вымерли многие старые хутора да сёла, а те, что не вымерли — умирают. Леса там почти не осталось, вырубили. Дома рушатся. Ездим туда периодически могилы предков убирать. Любопытно, что в этом брошенном хуторе нет ни собак, ни котов, в то время как в соседнем брошенном селе в получасе на машине, через которое мы проезжаем, когда едем туда и обратно, они живут и здравствуют. Выросли уже внуки живших в хуторе, выросли и правнуки, а может, и праправнуки есть у кого то, но разрушен ли заговор, неизвестно, хотя то, что там нет животных, вполне говорит само за себя. Правда, вряд ли кто-то знает наверняка, живущих-то там нету больше.
Страница 2 из 2
