Смерть зовущая

Синдром Вертера, или Смерть из подражания

Бестселлер имел небывалый успех — молодые люди одевались как Вертер, вели себя как Вертер и говорили как Вертер. Четверть века спустя Наполеон Бонапарт, обеспокоенный нескончаемой чередой самоубийств у себя в армии, даже запретил чтение этого романа. Большинство современников Гете искренне полагали, что писатель совершил непростительную ошибку, внушив молодежи гибельную мысль. Пик самоубийств в подражание Вертеру закончился только с началом XIX века. Но и в последующие годы мода на суицид неоднократно возобновлялась. Поводом к этому служила добровольная смерть кого-либо из знаменитостей, причем их поклонники, пожелавшие отправиться вслед за ними на тот свет, использовали именно тот способ сведения счетов с жизнью, что и кумир.

Волна подражаний в России того времени была вызвана выходом в свет повести Н. М. Карамзина «Бедная Лиза». Главная героиня сводит счеты с жизнью, страдая от несчастной любви. Она бросается в пруд. Поскольку место этого печального события было указано писателем точно — Лисин пруд вблизи Симонова монастыря в Подмосковье, — вся история воспринималась как подлинная. Именно Лисин пруд и стал традиционным местом, куда приходили топиться все девицы, разочаровавшиеся в любви. Пруд вскоре переименовали в Лизин пруд, а кора окружающих его деревьев была изрезана надписями несчастных любовников, которые не нашли в себе силы для самоубийства, но реализовали эту потребность эпистолярным способом.

Негативная информация

Известно, что феномен Вертера в последующие годы повторялся, но уже в новых вариациях. Многие молодые американки, последовав примеру Мэрилин Монро, пытались покончить жизнь самоубийством, приняв лошадиную дозу снотворного. Копировали самоубийства не только кумиров, но и вполне обыкновенных людей. Примером является настоящая эпидемия очень мучительных способов самоубиения посредством питья уксусной кислоты, распространившаяся в начале XX века по всей Европе. Ученые считают, что подражательные самоубийства чаще всего встречаются среди молодых людей и девиц, подверженных групповому конформизму, с неустойчивой психикой.

Этот феномен был детально изучен во второй половине XX века американским социологом Д. Филипсом. Им было установлено, что широкое освещение случаев самоубийств по телевидению и в печати действует как реклама, после которого частота суицидов значительно возрастает. Более того, увеличивается и количество несчастных случаев со смертельным исходом, что поначалу было совсем уж непонятно. Казалось бы, что может быть общего между суицидом и гибелью, например, в автокатастрофе?

Д. Филипс установил, что не столько сам факт самоубийства влияет на сознание людей, сколько масштабные сообщения о нем. Аварии и несчастные случаи со стабильным постоянством происходили именно в тех регионах, где эпизоды завершенных суицидов становились известными населению. Ученый сделал вывод: навязчивые сообщения в прессе о случаях наложения на себя рук вызывают подсознательное желание подражания у всех тех, кто имел хотя бы незначительные недовольства жизнью. Д. Филипс пришел к заключению, что несчастные случаи — это тоже специфический вид самоуничтожения, когда человек стремится к смерти подсознательно.

Им установлено, что наибольший риск попасть в аварию или погибнуть во время авиакатастрофы возникает после трех-четырех суток со времени сообщения. Примерно через семь дней вновь возникает опасность подобных несчастных случаев. И только через десять дней синдром Вертера теряет силу.

Поскольку запретить прессе сообщать о самоубийствах в условиях демократического государства не представляется возможным, психологи рекомендуют после каждой такой новости быть особо внимательным в своем поведении. В дни риска, пока это не забудется, нужно быть осторожным за рулем автомобиля, не совершать воздушных путешествий, избегать рискованных поездок и экстремальных видов спорта. Идеальным было бы вообще не читать газет, не смотреть телевизор и сидеть дома, не выходя на улицу, но в современных условиях это почти невозможно.

Программа самоуничтожения

Психологи считают, что такая программа заложена в каждой живой твари. Впервые об этом заявил отец психоанализа Зигмунд Фрейд, назвав эту исподволь действующую тенденцию «инстинктом смерти». У животных она включается, когда резкий рост численности особей одного вида угрожает гибелью всему сообществу вследствие нехватки корма. Считается, что именно «зов смерти» и объясняет массовые самоубийства дельфинов, выбрасывающихся на берег, и леммингов, тысячами бросающихся в воду. Такой«зов смерти» имеется и у особей с физическими дефектами, которые уходят из стаи, чтобы сохранить выживаемость вида. В немалой степени это относится и к людям.

В этом случае программу самоуничтожения могут запустить климатические аномалии, нарушения экологии, социальные и личные потрясения, а также различного рода девиантные учения и секты, романтизирующие и приветствующие смерть.