Всё это началось с того, что погиб мой друг, Саша. Погиб страшной смертью — под колесами поезда (нелепая и жуткая случайность — так, по крайней мере, сказал следователь). То немногое, что осталось, хоронили в закрытом гробу.
Добавить в моё избранное
2 мин, 58 сек 58
Самое печальное в этой ситуации то, что моя лучшая подруга Стася была его гражданской женой, да и любили они друг друга без памяти… в общем, она вены резала, кричала на всех тогда. Оставить её одну мне просто-напросто не позволила совесть. В общем, решила пока пожить у неё, проследить, чтоб она ничего с собой не сделала. Ну, и с окружающими тоже. Вот с этого момента и пошло самое интересное…
В первый день после похорон легла спать около часу ночи, может, чуть раньше. Проснулась где-то около трёх. За окном, впрочем, как и в комнате, темно, Сна у меня с какого-то малопонятного чуда — ни в одном глазу. Села, подумала, что неплохо бы выползти на кухню, чаю сделать и успокоительного наглотаться. И тут слышу — шаги. Такие мягкие, аккуратные, словно шуршание тонкой ткани. Вначале подумала, что это Ленон (Стася и Саша где-то с месяц назад завели котёнка). Осознание идиотизма идеи пришло буквально спустя мгновение: обе двери плотно закрыты (комната проходная), а котёнка на ночь оставили на кухне. Нервы у меня пусть и не железобетонные, но достаточно крепкие, просто так я их тратить на барабашек, привидений и прочих бабаев не люблю, тем более, что за девятнадцать с лишним лет они мне порядком надоели (барабашки с привидениями, не нервы). Вот именно потому я и спросила тогда тихонько:
— Саня, ты?
Естественно, вопрос не блистал интеллектом (ещё бы, такое спрашивать у потустороннего создания!), но ничего умнее в голову на тот момент не пришло.
Вместо ответа послышался протяжный вздох. Шаги последовали к комнате Стаси…
Не знаю, какой продвинутый чёрт дёрнул меня перекреститься. В тот же миг шаги стихли…
С какого-то счастья на следующий день мне позвонила Даша — бывшая девушка Саши, ну, и по совместительству, моя знакомая. Сообщила она вот что:
— Ой, я вчера так погуляла, так погуляла! Крови напилась так, что на еду смотреть противно!
Хорошо, что я тогда сидела — а то бы упала. Как-то раньше за своими знакомыми и товарищами психических отклонений я не наблюдала. Полюбопытствовала не вполне в вежливой форме, а всё ли у неё в порядке с головой. На что получила жутковатый ответ. А заявила мне Даша примерно вот что:
— Я не обижаюсь, ты не понимаешь пока… мы с Сашкой отмечали такую дату важную, по-нашему отмечали, как он учил. Завтра опять на могилу пойдём веселиться, не хочешь с нами? Он с тобой поговорить хотел…
Теперь уже я вполне открыто заявила Даше, что её адекватность сильно вызывает сомнения, и хотела наговорить всяких интересных слов, но тут внезапно что-то загрохотало в соседней комнате. Позабыв обо всём, я рванула туда. Вот тут-то глаза у меня на лоб и полезли. Как выяснилось, упал шкаф. Достаточно тяжёлый, деревянный, довольно-таки устойчиво стоявший…
Стасю как можно более аккуратно расспросила о том, ничего ли она подозрительного и необычного не видела. Ответ был краток: Нет!
На этом всём, как я думала, непонятное окончилось, но — судьба вместо своего перста вновь предъявила мне смачную комбинацию из трёх пальцев.
Спустя три месяца мы праздновали день рождения Стаси (праздновать она в начале не хотела, но как-то толпой мы её всё-таки уговорили). В числе пришедших был некий Лёха по прозвищу Кот. Всё проходило тихо, мирно, цивилизованно, что для дней рождения в нашей компании — большая редкость. Я сидела в углу, пытаясь подобрать что-то на гитаре, а Стася тем временем открыла какую-то фотографию на компьютере и показала Коту.
— Вот, — судя по всему, говорила она о Сане, — мой любимый… и любящий.
— Как? Какого?
Я оторвалась от гитары и поглядела на Кота, который цветом лица напоминал недавно побеленный потолок.
— В общем, — Кот выдохнул, явно стараясь успокоиться, — я вчера на кладбище был, у бабушки… я его там видел — стоял такой весь из себя на меня смотрел и ухмылялся.
В первый день после похорон легла спать около часу ночи, может, чуть раньше. Проснулась где-то около трёх. За окном, впрочем, как и в комнате, темно, Сна у меня с какого-то малопонятного чуда — ни в одном глазу. Села, подумала, что неплохо бы выползти на кухню, чаю сделать и успокоительного наглотаться. И тут слышу — шаги. Такие мягкие, аккуратные, словно шуршание тонкой ткани. Вначале подумала, что это Ленон (Стася и Саша где-то с месяц назад завели котёнка). Осознание идиотизма идеи пришло буквально спустя мгновение: обе двери плотно закрыты (комната проходная), а котёнка на ночь оставили на кухне. Нервы у меня пусть и не железобетонные, но достаточно крепкие, просто так я их тратить на барабашек, привидений и прочих бабаев не люблю, тем более, что за девятнадцать с лишним лет они мне порядком надоели (барабашки с привидениями, не нервы). Вот именно потому я и спросила тогда тихонько:
— Саня, ты?
Естественно, вопрос не блистал интеллектом (ещё бы, такое спрашивать у потустороннего создания!), но ничего умнее в голову на тот момент не пришло.
Вместо ответа послышался протяжный вздох. Шаги последовали к комнате Стаси…
Не знаю, какой продвинутый чёрт дёрнул меня перекреститься. В тот же миг шаги стихли…
С какого-то счастья на следующий день мне позвонила Даша — бывшая девушка Саши, ну, и по совместительству, моя знакомая. Сообщила она вот что:
— Ой, я вчера так погуляла, так погуляла! Крови напилась так, что на еду смотреть противно!
Хорошо, что я тогда сидела — а то бы упала. Как-то раньше за своими знакомыми и товарищами психических отклонений я не наблюдала. Полюбопытствовала не вполне в вежливой форме, а всё ли у неё в порядке с головой. На что получила жутковатый ответ. А заявила мне Даша примерно вот что:
— Я не обижаюсь, ты не понимаешь пока… мы с Сашкой отмечали такую дату важную, по-нашему отмечали, как он учил. Завтра опять на могилу пойдём веселиться, не хочешь с нами? Он с тобой поговорить хотел…
Теперь уже я вполне открыто заявила Даше, что её адекватность сильно вызывает сомнения, и хотела наговорить всяких интересных слов, но тут внезапно что-то загрохотало в соседней комнате. Позабыв обо всём, я рванула туда. Вот тут-то глаза у меня на лоб и полезли. Как выяснилось, упал шкаф. Достаточно тяжёлый, деревянный, довольно-таки устойчиво стоявший…
Стасю как можно более аккуратно расспросила о том, ничего ли она подозрительного и необычного не видела. Ответ был краток: Нет!
На этом всём, как я думала, непонятное окончилось, но — судьба вместо своего перста вновь предъявила мне смачную комбинацию из трёх пальцев.
Спустя три месяца мы праздновали день рождения Стаси (праздновать она в начале не хотела, но как-то толпой мы её всё-таки уговорили). В числе пришедших был некий Лёха по прозвищу Кот. Всё проходило тихо, мирно, цивилизованно, что для дней рождения в нашей компании — большая редкость. Я сидела в углу, пытаясь подобрать что-то на гитаре, а Стася тем временем открыла какую-то фотографию на компьютере и показала Коту.
— Вот, — судя по всему, говорила она о Сане, — мой любимый… и любящий.
— Как? Какого?
Я оторвалась от гитары и поглядела на Кота, который цветом лица напоминал недавно побеленный потолок.
— В общем, — Кот выдохнул, явно стараясь успокоиться, — я вчера на кладбище был, у бабушки… я его там видел — стоял такой весь из себя на меня смотрел и ухмылялся.
